Чтение онлайн

— Рану, скорее всего, придется зашить, — Блейк цокнула, дотрагиваясь до плеча. Я дернулась. Ну почему опять руки? — Тише, я только посмотрю, — она преступила через меня, оказываясь перед глазами. Милое, я бы даже сказала кукольное, личико. Никогда не сказала бы, что она работает в борделе.

Сзади раздались еще шаги. Опасаясь, что подонок вернулся, чтобы расправиться еще и с Блейк за помощь, я попыталась встать. Идея оказалась неудачной.

— Помоги вернуть ее в комнату, — обратилась она к кому-то за моей спиной. Судя по отсутствию враждебности в ее голосе, это кто-то другой.

Я застонала, когда меня подхватили на руки. По ощущениям нож попал в район правой лопатки, из-за чего не цеплять его не получалось. Стоило отдать должное человеку с широкими плечами, который меня нес, он старается изо всех сил не давить туда.

Мы прошли комнат десять, прежде чем зашли в мою. Брови удивлено взлетели. Не думала, что пробежала столько, но, как и предполагалось, клетка находится в самом конце коридора.

— Для Марини ты выглядишь целой, если не считать сегодняшних вмятин, — попыталась пошутить Блейк. Я из вежливости натянуто улыбнулась. Может, в будущем, я смогу посмеяться над этим.

Данталиан

Я устало помассировал виски, сидя между Каем и Тристаном, которые беспечно играли в приставку. Сукин сын слишком был озабочен собственным благополучием, чтобы следить за городами и людьми. Мне приходится разгребать его плоды правления, хотя мог бы плавать в бассейне и думать об укреплении союза с Калифорнией. Дисциплина и слаженная работа, которая была при отце, испарилась при Марини. Посредники и солдаты творят что хотят, а Капитаны озабочены только процентом выручки, не видя сколько денег проходит мимо них.

Их семейка никогда не казалась мне гениальной. Нелла — гулящая мамаша семейства — сама пришла к Дарио Сандерсу с готовым предложением. Дядя всегда смеялся с ее умения вылезти из любой дыры. Бывшая официантка Конуры смогла заинтересовать Младшего босса настолько, что он на ней женился и заимел двоих детей. Для мафии это была разгромная новость, после которой каждая шлюха и работница казино пыталась выкрутиться перед Капитаном и солдатами рангом повыше.

Джакомо Марини последний раз я видел подростком. Мы редко перекались в зале тренировок, потому что, к личному оскорблению его отца, он занимался с детьми Капитанов. И еще реже оказывались рядом на торжествах, но всякий раз, когда я встречал этого парня, он повторял одну и ту же фразу: «Папа назвал меня в честь уничтожения, значит, мне под силу все». В бегах, я со смехом вспоминал ее. Сомневаюсь, что этот парень по-настоящему может кого-то уничтожить.

Про Данте Марини мне не удается вспоминать без красной пелены перед глазами. Даже находясь на том свете, он выводит меня из равновесия только одним упоминанием. Легче от его смерти не стало, потому что я не успел насладиться страданиями. Сукин сын настолько слаб, что у него остановилось сердце от страха. Его полные глаза ужаса стали лучшим подарком на все четыре дня рождения, которые он заставил нас пересиживать в маленьком городишке Калифорнии. Насколько надо быть тупым, чтобы отправлять солдат с годичным стажем работы на убийство троих детей с опытом живой борьбы.

Меньше всего я думал о судьбе Дианы, которой попросту не повезло родиться в семье сукиного сына. Я не мог отпустить ее бежать, как брат или мамаша. Не мог кинуть на растерзание людей, потому что Марини — моя головная боль. И, по иронии, человек, для которого у меня не было приготовлено ничего, единственный оказался в полном распоряжении.

Мне стоило бы отыграться на ней за всю ту боль и каждую минуту в бегах, но все, что я могу — это запереть ее и морить голодом. Отец вырастил нас с мыслью, что наказывать женщин надо только в случаях, когда этого не избежать, и я свято верю, что это как раз та ситуация, пока не вижу перед глазами призрак из детства. Каждый раз во мне появляется злость и ненависть к самому себе за слабость. И я вижу по взгляду Тристана, что он чувствует то же.

Яростный рев мотора пронесся по гостиной.

— Научись ездить, идиот, — недовольно воскликнул Кай. — Что в жизни, что тут тебе неизвестны правила приличия.

Почти беззаботные вечера в компании приставки определенно доставляют мне удовольствие.

— Что ты пообещал Мортимеру взамен на помощь? — Тристан отложил джойстик в сторону. Теперь он Консильери — лучший статус для никогда не затыкающегося парня. С моей стороны было бы слишком жестоко заставлять его тихо отсиживаться в стороне.

— В случае накала страстей помочь им с Портлендом. Там сейчас тоже новый Босс, который одержим идеей перекрыть кислород всем, кто с ним граничит, — я закатил глаза. Отец всегда предупреждал их, что смешение крови внутри семьи до добра не доведет.

— Но мы тоже с ним граничим, — со смешком отметил Кай. На моих губах расплылась довольная усмешка.

— Поэтому и согласился на эти условия.

Я благодарен Мортимеру — Боссу Калифорнии — за то, что он без лишних допросов приютил нас на своей территории и не сдал Марини раньше положенного. Вернон стал лучшим пристанищем для неспешного продумывая плана и усиленных тренировок.

— Я проехался по территории пока тебя не было, — сказал Тристан, закидывая ноги на журнальный столик. — Раньше здесь было меньше борделей.

— Не удивлюсь, если он внутри поставил еще и казино. Этот сукин сын был ненасытным, — фыркнул. Помимо их я обратил внимание на несколько новых школ и торговых центров — отличные места для отмывания денег. — Ставлю пятьсот баксов на то, что это дьявольское отродье снесло все церкви.

— И поставил на их месте бордели, — Кай весело хмыкнул.

— Секс с монашками? За такое развлечение я бы заплатил, — хохотнул Тристан и начал активно печатать в телефоне.

— Ты знаешь место, где за секс с правильной девочкой можно не платить.

Предостерегающий взгляд метнулся к Каю, который только пожал плечами. Тристан оторвался от телефона и хмуро на него посмотрел.

— Что? Вы все время смотрели на нее как на чудо природы, а сейчас пытаешься заставить себя ненавидеть. Делайте это хотя бы с пользой.

Я скривился. Ужасное пятно в биографии — испытывать мальчишеское влечение к дочери сукиного сына. В то время она слишком много крутилась рядом, а я только познал прелести секса, чтобы не замечать девчонку рядом.

— Она — Марини, — прошипел я. Этого аргумента достаточно.

— А мы Кастро. Это была перекличка? — лицо Кая стало серьезным. Редкое явление, на самом деле. — Я всей душой ненавижу эту семейку с их папашей, но ты ничего не сможешь ей сделать, Данталиан. Смирись и отправь работать. Для девушки, которая всю жизнь прожила за счет семьи — это будет лучшее наказание.

— Я больше не могу позволить семейству Марини разгуливать по моему городу.

— Пусть возьмет девичью фамилию матери, — закатил он глаза. Тристан, на удивление, притих. — Ты упираешь в условности, хотя нам куда важнее поймать двух мудаков, которые разъехались в разные от Америки стороны. Подумай, кому ты больше хочешь отомстить: ублюдкам, которые стояли за взрывом или призрак Марини в глазах маленькой подружки Тристана? Уверен, она даже не плакала, когда узнала о его смерти.