Возможная Жизнь
Шрифт:
– Ты кретин, Вер! Я тебе это уже говорил.
– Говорил. Но я все же не могу понять, из-за чего ты так взбесился – абсолютно спокойно проговорил я, замечая, как вздулась вена не его виске.
– Да, потому что мне осточертело смотреть, как ты играешься с девчонками! Я молчал, когда это были телки, знакомые с правилами твоей игры. На них мне насрать. Но ты же вечно лезешь к наивным созданиям, которые виноваты только в том, что искусились на такого засранца, как ты! – поняв, из-за какого дерьма кипятился этот парень, я ощутил облегчение.
– До сих пор не можешь простить мне Саммер? – стало даже смешно. – Это невинное создание, как ты выразился, само вешалось мне на шею и расстегивало ширинку – на слове «невинное» мне захотелось блевать.
– Лучше заткнись, Вер! – предостерег Роб, но я продолжил. Пора было ему понять, что она из себя представляет.
– Эта стерва сообщила всем вокруг, что встречается со мной, когда я ее даже в глаза не видел. Потом сблизилась с тобой, чтобы подобраться ко мне. Чувак, тебя просто использовали, а ты развел целую драму из-за подобной девки. Открой уже глаза, и посмотри вокруг себя – обведя рукой пространство, я наткнулся взглядом на последнюю причину моей ярости, которая сейчас стояла неподалеку от меня и разговаривала по телефону.
Изогнув вопросительно бровь, я откровенно уставился на мужчину, который явно превосходил по возрасту здешних студентов. Неужели это преподавало?
Мои кулаки сжались сами собой, когда на меня нахлынули воспоминания того вечера в клубе. Уже практически потухший огонь омерзения и раздражения изверг в пространство новые горящие искры и разжегся с новой силой. Я практически рычал, когда потребовал у Роба ответа на свой вопрос:
– Что он здесь делает?!
– Кто? – Роб выглядел растерянным из-за моей внезапной вспышки гнева, и это помогло ему на время забыть о своей. А, ведь готов поклясться, еще слово из моих губ, и он ударил бы меня, отбросив в сторону все свои принципы.
– Тот блондинистый педрила! – указав головой в нужном направлении, я даже не посмотрел на парня рядом с собой. Все мое внимание было сосредоточенно на одной конкретной личности, которую мне отчаянно хотелось задушить, предварительно пустив его кровь. Но когда в мой разум ворвался взволнованный и даже немного испуганный голос моего друга, я все же перевел взгляд, и был удивлен тем, что увидел. Казалось, что Роб смотрел на какое-то чудовище омерзительной наружности, а не на простого человека.
Что, твою мать, так настораживало его в том парне?
– Вернон, откуда ты знаешь его?
– Это мне следует спросить, что ты знаешь о нем такого, чтобы так реагировать?
– Ничего я о нем не знаю – повернувшись ко мне, как-то поспешно и нервозно выплюнул Роб. – Просто ходит много неприятных слухов о них двоих.
– О них? – я повернулся в тот самый момент, когда блондин что-то крикнул девушке, стоящей спиной ко мне. Я смотрел и видел, как резко менялось выражение на его лице. В одно мгновение сердитое и полыхающее гневом, а в другое – полное раскаяния и сожаления. Это было так очевидно – его чувства к ней, что я даже не мог поверить в это. Я думал, что он просто игрок, отличный манипулятор, забавляющийся женщинами любого возраста и сорта. Ведь я помнил, как в тот день, когда он уходил, высокомерно забавляясь моей яростью, женщина, что была с ним, побежала следом, умоляя его не бросать ее. Но даже ее рыдания не остановили его. Не уверен, какой была бы моя реакция, окажись я в подобной ситуации, но уж точно меня не оставили бы равнодушным чьи-то искренние слезы. А когда я случайно наткнулся на статью в одном из журналов Мари, в которой говорилось о здешнем бизнесмене и его крупном пожертвовании для больницы, у меня закрались определенные подозрения на счет того, кем был этот парень. Ведь на фото рядом с тем бизнесменом в обнимку стояла та самая женщина, являющаяся его супругой.
Но вся эта история становилась немного запутанной, если принимать в расчет девушку, стоящую напротив него.
Зачем была нужна другая женщина? Зачем он устроил тот спектакль, в котором я невольно стал участником? Кем в действительности был этот парень? Каковы были его мотивы? – вопросы вихрем крутились в моей голове, и я не находил ответов, ровно до тех пор, пока он сам не заметил меня.
Глава 2
Вернон
Все-таки забавно, как жизнь меняется в одно мгновение. Еще секунду назад мне было безразлично до тех двоих. Немного любопытно, не более. Но теперь, когда я вижу его оборонительную позицию для защиты девушки только от одного моего взгляда, я понимаю, насколько уязвленным он может быть. Уязвленным мною!
Растянув губы в хищном оскале, я чувствую, как адреналин разливается по моим венам. Это непревзойденное чувство, которое делает мою жизнь не такой пресной, полностью управляет мной. Последние годы я делал все, для того, чтобы продолжать испытывать его. Гнался за ним как ненормальный, лишь бы спасаться в том взрыве эмоций, которые помогали мне не думать и не вспоминать.
– Кто такая? – сверля спину удаляющейся брюнетки, которая смотрелась достаточно скромно на фоне своего обожателя, я начал прокручивать возможные варианты, которыми она могла так привязать к себе парня, способного на то же самое с любой другой, даже более интересной женщиной.
Хотя я и не видел ее лица, но успел отметить все достоинства фигуры. Стройная, с бесконечно длинными ровными ногами и крепкой подтянутой попкой – это все, что я мог сказать, оценивая мельком со стороны. Но вот ростом она была повыше окружающих ее студенток – не меньше пяти и девяти футов. Всего лишь на дюйм или два ниже меня! Одень каблуки, и уже мне пришлось бы смотреть на нее снизу вверх.
Но одежда ее была слишком простой и дешевой в сравнении с тем, что было надето на блондине: узкие джинсы, куртка-блузон светло-кофейного оттенка и ботинки-дезерты в тон ей. Никаких брендовых вещей и аксессуаров. И это отсутствие создавало сильную дисгармонию в их внешнем облике, заставляя задаваться вопросами: «Неужели он не мог принарядить ее под стать себе? Или же спускал все «заработанное» исключительно на себя?»
Да, выглядел он как пижон, но очень интеллигентный пижон. В этом платиновом блондине было много лоска и элегантности, что никак не сочеталось с моим стилем. Этакий джентльмен, знающий назубок все правила этикета – вот кем он мне представлялся. Но также он был искусителем, способным завлекать в свои сети женщин совершенно из разных слоев общества, положения и возраста.
«Не имеющий границ» - так бы я охарактеризовал его.
Возраст колебался от двадцати пяти до двадцати восьми лет. Серьезный, зрелый, собранный – он не позволит себя одурачить или водить за нос. Но еще ему можно было приписать излишнюю самонадеянность и некоторую отчаянность поступков.
Смог бы он вызвать у меня симпатию, при других обстоятельствах? Не думаю. Всем своим существом он пробуждал во мне какой-то внутренний протест, раздражение, агрессию и злость.
– Кристин Адерли? Даже не думай! – я окинул его вопросительно-сомнительным взглядом.
– Вер, она не похожа на всех остальных. Держится особняком, и кроме профессоров ни с кем не разговаривает. В смысле, все это немного пугает. То, как она зависит от Лео, и как он защищает ее ото всех, словно цербер. Почему нельзя просто общаться? Мы же не съедим ее. Да, она очень красива, но…
– Значит, сам делает, все что вздумается, а ее держит под жестким контролем? Интересно.
– Что ты имеешь в виду, под «делает что вздумается»?
– Трахается на стороне.
– Но они не встречаются, если ты к этому ведешь.
– Что? Ты его лицо видишь? Он же готов задушить меня, если я сделаю в ее сторону хотя бы шаг. А какими глазами он на нее смотрел? Это любовь, Роб.
– Я не говорю, что это. Я лишь сказал, что они не встречаются. И это его собственные слова.
– Блондина?