Чтение онлайн

– О, это так мило с вашей стороны. С удовольствием съедим его – пропустив нас внутрь, я помог Кристин снять ее белый длинный пиджак на молнии, а затем разделся сам.

Все это время на нас смотрела моя мать. Выглядела она так, будто ей было не по себе.

– Ну, ладно. Может, пройдем внутрь? И где Милли с Эшли?

– Они задерживаются в школе. Внеклассные занятия – пояснила она, продолжая стоять на месте и не сводить взволнованного взгляда с Кристин.

– Ма? – спросил я, не понимая в чем дело.

– Извините – встрепенулась она. – Я просто очень долго мечтала об этом моменте, но никак не ожидала увидеть кого-то вроде вас со своим сыном.

Закатив глаза, выругался про себя.

Трудностей я ожидал с другой стороны.

– И что это значит?

– Нет, Вернон. Она права. Я понимаю, о чем вы. Но вы можете задавать мне любые вопросы, и поймете, что я искренна.

– Еще раз извините меня. Что же это? Держу вас в дверях. Проходите, располагайтесь – мама приобняла Крис за талию и повела в небольшую гостиную. Но выглядела она рядом с ней немного неуклюже.

Мама была миниатюрной женщиной. Стройной, как тростиночка и очень милой, не смотря на свой возраст. Кристин же выглядела как супермодель, возвышающаяся над ней на добрых девять дюймов.

Уверенность, пластичность и грациозность ее движений были несравнимы. И хоть в моих глазах мама была лучшей женщиной на свете, я понимал, что она проигрывала Крис.

Расположились на диване, мне оставили место в одном из кресел, стоящих сбоку от них.

– Кристин, позвольте узнать, сколько вам лет? Вы кажетесь немного старше – вопрос сконфузил только маму. Мы же только открыто улыбнулись ему.

– Мне двадцать два года. Надеюсь, для вас это не станет проблемой?

– Три года, это не настолько большая разница, чтобы вызывать опасения. Но почему-то мне кажется, что вы намного зрелее, чем должны быть. Мой Вернон тоже рано повзрослел, но так и не утратил юношеского мальчишества – мама была в своем репертуаре. Ущипнув за щеку, она растрепала мои волосы, и, кажется, действительно смогла получить от этого удовольствие.

– Я же просил больше так не делать! – возмутился я, проводя пальцами по волосам.

– Конечно-конечно. Ты ведь уже взрослый мальчик – когда она отводила глаза, я узнал взгляд. Она вспоминала Микки. Моего маленького братишку, погибшего в результате несчастного случая. Но постаралась отвлечься от грустных мыслей, продолжая задавать вопросы гостьи.

– Кристин, может, вы голодны? У меня все готово.

– О, прошу, забудьте о формальностях. Вы можете обращаться ко мне, как вам удобно. Ваш сын, например, пользуется исключительно сокращенным вариантом – кажется, кто-то напрашивался.

Подмигнув мне, она быстро сосредоточила свое внимание на моей матери, и я почувствовал себя слегка обделенным.

– И думаю, будет лучше подождать Эшли с Милли. Они уже долго не сидели за одним столом со своим братом.

– Ты права. Этот мальчишка появляется здесь очень редко!

– Ну, все, пошли очередные упреки. А от тебя, детка я не ожидал такой подставы! Позже поговорим.

– Обязательно, малыш.

– Вы отлично ладите. Знаешь, с ним довольно трудно найти общий язык, но я вижу, что ты подобрала нужный ключик.

– Скорее это сделал ваш сын. Это со мной сложно.

– Разве? Нельзя не заметить, что ты из другого социального статуса. Прекрасная образованная и обеспеченная девушка, которая не кичиться своими деньгами. Твои манеры и способ подачи… Я такое видела исключительно в фильмах. На тебя приятно смотреть, милая. Но о каких сложностях ты говоришь? – а это еще что такое?

– Я же тебя предупреждал, что нужно быть готовым ко всему, входя в этот дом. Ну, вот. Эксцентризм моей мамочки, один из таких вещей – хлопнув меня по колену, я увидел, как ее щеки покраснели. Черт, а это было забавно.

– Ты опять пытаешься третировать родную мать, Вернон Эндрю Мид?! – она всегда так поступала, когда пыталась выказать недовольство мной. Произносила мое полное имя.

– Эндрю?

– Да. Мы назвали его в честь наших с Виктором дедов. Мой был чистокровным немцем, чья семья эмигрировала в Америку перед Первой мировой войной. А дед Виктора, Эндрю, всегда был северянином. Он родился и жил в этой стране. Я пыталась как-то узнать, переселенцами какой этнической группы были его предки, но ничего не вышло.

– Никогда бы не подумала, что вас так сильно интересует генеалогия .

– Конечно! Я считаю, что знать собственную историю так же важно, как знать историю страны, в которой ты родился.

– Тем самым она хочет сказать, что немного помешана – я понял, что нахожусь в клетке, когда они обе с укором посмотрели на меня, а затем продолжили говорить друг с другом.

– А какие корни у тебя? Кто твои родители? Чем они занимаются? – мне тоже было любопытно послушать о ее семье.

И почему только я раньше не спрашивал ее о них? В особенности об их мнении, относительно ее сожительства с говнюком Оуэном.

– Кристин? – моя мать окликнула ее, и только после этого, я заметил, что происходило что-то неладное. Она вся собралась, уставилась в одну точку, а руки ее подрагивали.

– Детка?

– Извините – один вдох, и маска улыбчивой вежливой девушки снова одета. – Я просто…

– Я спросила о чем-то болезненном?

– Вовсе нет. Просто между нами произошла ссора, и некоторое время мы не общались.

– Ох, деточка. Надеюсь, ты в скором времени исправишь это. Кто бы ни был виноват, но семейные узы очень важны. Не стоит затягивать с примирением.

– Вы совершенно правы. Пожалуй, я так и поступлю – это был первый раз, когда я понял, что даже блеск ее глаз способен на обман. Слова Оуэна ворвались в мой разум, и сейчас я не считал их настолько бессмысленными.

– Ссора произошла из-за него? Ваши семьи, что, не одобряют выбор своих детей? Или как?

– Из-за него? Я не понимаю – может, я поступил не красиво, втягивая в личное свою мать, но в ее присутствии Крис не сможет так легко отвертеться. И увидеть правду мне будет легче.

– Прошу прощения, миссис Мид. Таким образом, Вернон решил сообщить, что я живу с другом. С мужчиной, который, как он считает, обеспечивает меня – лицо у мамы вытягивается. Глаза широко распахнуты, а рот открыт. Выпуская из себя один звук, она смотрит то на меня, то на Кристин.