Возможно, это любовь
Шрифт:
— Нет, я этого не скажу, — мягко произнесла она.
В его голосе прозвучали раздражение и презрение.
— Тогда зачем утверждать… — начал он, но Селия прервала его:
— Грег, я больше ничего не буду говорить. Это бессмысленно. Я сказала вам правду. Когда-нибудь вы это узнаете. Но теперь вас ничто не разубедит, поэтому давайте оставим все как есть.
Казалось, он хотел что-то сказать, но передумал и вышел из комнаты. Пенни и Селия остались одни. Помолчав, Пенни спросила сдавленным голосом:
— Почему ты не выдала меня?
Селия задумчиво посмотрела на нее:
— Думаю, на это есть много причин. Но одна из них заключается в тебе. Тебе нужна любовь! — Не сознавая, что делает, Селия пригладила растрепанные волосы Пенни и поцеловала ее.
Пенни зажала руками рот и почти выбежала из комнаты. Селия вернулась к посуде. «Похоже, у меня дар отпугивать членов семьи Рейвнскар от кухни!» — насмешливо подумала она, а потом вспомнила, что один из них еще не пришел. Вин…
Прошло еще полчаса, прежде чем он появился. Выглядел он подавленным.
— Будешь завтракать? — нарочито весело поинтересовалась Селия.
Вин вздернул плечи:
— Нет, ради всего святого! Чашку кофе, если можно.
Он рухнул на стул и молчал, пока Селия готовила кофе.
— Спасибо, — поблагодарил он и принялся сосредоточенно перемешивать напиток.
Селия смахнула со скатерти крошки и пробурчала:
— Все нормально.
— Правда? — переспросил Вин и взял ее ладонь в свои руки. — Прости, Селия. Не бойся, этого больше не повторится. Просто прошлой ночью я совсем вышел из себя. Сначала Грег, потом ты…
И ни слова о своем безответственном поведении, которое вызвало гнев Грега и ее безмолвное осуждение. Селия вздохнула и в очередной раз подумала, сможет ли она когда-нибудь положиться на Вина, как на… Она удержалась от упоминания имени, мягко высвободила руку и повторила:
— Все в порядке!
Вин больше ничего не стал говорить и скоро ушел. День прошел тихо. Селия занималась домашними делами. В рутинной работе было что-то успокаивающее. Единственная неприятность заключалась в том, что миссис Рейвнскар была в каком-то странном настроении и порывалась всюду следовать за Селией. Нельзя сказать, что она была разговорчива. На этот раз она была особенно молчалива, и когда Селия завела разговор, миссис Рейвнскар поджала губы.
«Если бы она была ребенком, — подумала Селия, — я бы решила, что она собирается сделать какую-то шалость и не хочет об этом говорить заранее, чтобы ей не помешали. Но она уже взрослый человек, и это глупо. Кажется, Грега не раздражает, что она ездит в город…»
После поездки в город миссис Рейвнскар сильно изменилась. Нет, работать она не начала, зато принялась следить за своей внешностью. Вместо вороньего гнезда на голове появилась аккуратная прическа, а руки стали более ухоженными. Грустно взглянув на свои руки, Селия вздохнула. После прибытия в Мэллардс ей пришлось работать больше, чем обычно, к тому же у нее почти не было выходных. Селия опять вздохнула и принялась мысленно оценивать результаты своей работы. Она с удовлетворением ощутила, что сделала все, что в ее силах. И все же никогда прежде Селия не чувствовала себя более несчастной. Вин, Грег, миссис Рейвнскар, Пенни — все доставляли ей одни хлопоты. Однако вместе с тем она ощутила какое-то чувство стабильности, постоянства. «Кажется, я знаю, что это, — с изумлением подумала Селия. — Я становлюсь домовитой, а Мэллардс поистине можно гордиться!»
Это была правда. Старый дом отозвался на ее заботу, словно живой человек. Он сверкал и сиял, словно приветствуя свою хозяйку. Вспомнив, что нужно еще позаботиться о птице, Селия отогнала прочь мысли. Эта работа была ей еще в новинку. Правда, куры не вызывали у нее особой симпатии из-за своей склонности слепо и взбалмошно бросаться за своим петухом, который был, похоже, единственным разумным существом. Однако это были ее подопечные, они жили в относительно неплохих условиях и, что самое главное, неслись. Селия покормила кур, проследив, чтобы самые слабые не остались голодными, и собрала яйца. Она принесла полную миску в залитую солнцем кухню и записала количество в особой тетради — Грег показал ей, как это делать. Куры стали нестись больше с тех пор, как она приступила к своим обязанностям, и Селия с гордостью отметила этот факт.
Воскресенье было тяжелым днем. Каждый член семьи ходил в церковь, хотя и с некоторой неохотой. Вин утверждал, что от церкви ему мало пользы, а миссис Рейвнскар там откровенно скучала. Однако никто из них не возражал. Сначала Селия думала, что всех заставляет ходить Грег, но потом поняла, что это не совсем так. Посещение церкви было в деревне своего рода привычкой. Она была центром, вокруг которого сосредоточивалась вся жизнь, и это было важно даже для таких закрытых людей, как миссис Рейвнскар.
Селия с первого взгляда полюбила приземистое серое здание церкви с покрытым соломенной подстилкой алтарем и маленьким ухоженным двориком. Внутри церковь была еще лучше. Изящное резное дерево, столь же аккуратно выточенные каменные изваяния и ярко начищенная медь говорили о любовном уходе. Качество витражей также было превосходным. Повсюду царила атмосфера мира и благодати — резкий контраст с напряженной аурой Мэллардс.
В это утро они пришли в церковь довольно рано, и, слушая серебряные звуки органа, пронизывающие все здание, Селия подумала о том, как воспринимают службу остальные. Вероятно, для Вина она мало значила. Его мать сидела тихо. А Пенни? Селия взглянула на девочку, расположившуюся между ней и Грегом. Ее лицо было необычайно торжественно, а глаза смотрели куда-то вдаль. Рядом с ней сидел Грег, скрестив руки на груди, с лицом, полностью лишенным всякого выражения, — возможно, маска, чтобы скрыть свои чувства. Он был сложным и порой непредсказуемым человеком.
Вскоре появились Уикемы. Мистер Уикем был похож скорее на делового человека, чем на фермера, а Эдита выглядела странно в юбке, а не в привычных бриджах. С ними была незнакомая женщина. Нет, не совсем так. Ей было где-то за тридцать, и Селия вспомнила, что уже видела ее в деревне. Было видно, что это городская жительница. Что-то подсказывало, что с Уикемом ее связывали деловые, а не дружеские отношения. Потом началась служба, и до самого конца Селия забыла об Уикемах и их гостье. Когда они вышли во двор, мистер Уикем представил им мисс Рентон. Селия, стоя поодаль, заметила, как нахмурилась Эдита. Однако это ее не касалось, и Селия была рада, когда ей представилась возможность ускользнуть на ферму. Она уже заранее решила, что приготовит на обед. Когда остальные вернулись, еда была почти готова. Миссис Рейвнскар была необычайно разговорчива.
— Интересно, кто такая эта мисс Рентон? Мистер Уикем собирается на ней жениться?
— Не думаю, — небрежно заметил Вин. — Она его секретарша.
— Тогда он точно женится на ней, — торжествующе произнесла миссис Рейвнскар. — Деловые люди всегда женятся на своих секретаршах!
Вин коротко рассмеялся:
— Думаю, Эдита не обрадуется. Тебе стоит держать ухо востро, Грег. Эдита не будет уже такой выгодной партией, если старик женится, ведь она перестанет быть единственной наследницей.
— Женится мистер Уикем или нет, совершенно не повлияет на мои чувства к Эдите, — коротко ответил Грег. — И ты это прекрасно знаешь!
Вин пожал плечами и замолчал. У остальных членов семьи тоже пропало желание говорить, и Селия не могла заставить себя прервать молчание. Зато ей было о чем подумать. Значит, это правда — Грег и Эдита действительно поженятся. Она почувствовала, как глаза застилают слезы, и обрадовалась, когда наступило время убирать со стола.
К радости Селии, Цветок Вереска быстро поправилась, и все события того трагического вечера были благополучно позабыты. Однако Селия понимала, что это только видимость. Она не была злопамятной и понимала, что Грег был груб с ней под влиянием обстоятельств. Тем не менее, ее беспокоила не только враждебность Эдиты и Пенни, но и тот факт, что ничто не могло убедить Грега в том, что она говорит правду. Селия чувствовала, что он наблюдает за ней и что даже та крупица доверия, которую он когда-то питал к ней, растаяла. Пенни тоже изменилась. Селия с сожалением думала о том, что ей так и не удалось наладить контакт с девочкой. Пенни ходила по дому как привидение, и Селия часто ловила встревоженный взгляд Грега. Иногда она подумывала о том, чтобы рассказать ему всю правду, но что-то ее удерживало.