Чтение онлайн

Муж (несколько вальяжно, лежа на диване перед tv ): А ты не ищи... какие наши проблемы? Это вот потерял 200 миллионов на бирже... вот это проблемы. А мы что?

Это называется противостояние, и в лучшем случае оно заканчивается очередной нелицеприятной ссорой. И, между прочим, бросив свой разумный взгляд на хотя бы последнее тысячелетие, можно подумать, что Европа представляла собой типичную "ячейку общества", о которой буквально грезят некоторые патриотично настроенные гос. моралисты: все противостоят всем!

И это вместо того, чтобы учиться друг у друга, т.е. отталкиваться друг от друга, расти в поистине человеческие выси! И как же величественно высятся на этом прискорбном фоне отдельные, немногие Личности. Прочтите труд по естествознанию Гете. Какое он человеческое уважение расточает даже по отношению к своим недругам, какая здесь великая надежда великого поэта и ученого, что настанет тот всеобъемлющий вдохновенный момент, когда наконец это противостояние обернется вечным Общечеловеческим Делом.

Но тогда как же должен был ответить многодетный муж своей такой убедительно справедливой жене, оттолкнувшись от её правдивого разумения, описав круг и прибыв на Свидание? Вообразим.

Муж: Дорогая моя, счастливая, но что же женщина находит, когда рождает детей? Неужели не правды?

177

Но что за, так скажем, идеи несет в себе мужчина? Идеи эти всецело светлые и гениальные, летучие (ну да, возразите вы мне, ещё десятилетие таких светлых и гениальных, летучих идей - и можем мы все облысеть от банального дождичка!). Ну что ж, это возражение ничего из вышесказанного не отменяет и даже кое-что доказывает!.. по крайней мере, летучесть.

Хорошо. Ну что же тогда за идеи несет женщина? Я попробовал бы ответить так, и, естественно, по-мужски: живу вот я и летаю лет так 25 на Земле и думаю себе, что женщина - это не случайно!

Поэтому, дорогие женщины и критики, уже завтра, быть может, настигнет истинное вдохновение и ученые секты, и эти убежденные обязательно опомнятся, придут в себя, даже, может быть, сочинят несколько воодушевляющих науку стихотворений!

Потому, дети! храните себя от квантовых идолов! и берегите Землю, то есть женщин.

178

Один любезный врач в нелегких перипетиях спора с философом сообщил (сообщением этим врач, наверняка, желал засветить оппоненту в самый его, философией засверкавший, глаз, чем отправить мудреца в желанный, ученый нокаут), что благодаря некоторому открытию, которое философ умудряется и не очень-то, и даже напоказ, чтить, известное число людей были вырваны буквально из лап этой мерзостной сучки - смерти!

Хорошо, пусть будет так. Но ученый доктор, только благодаря Смерти вы и ваши коллеги сумели вообще дойти до вашего почтенного открытия и настенных грамот. Зачем же тогда так по-мужицки оскорблять вашу всё-таки не менее почтенную коллегу? Имейте всё-таки совесть, оскорбляйте, и сколько вашей будет душе угодно, болезни, но... не Смерть!

179

Наше отношение к так называемой дьявольщине не может быть более пересмотрено, после того, как мы её извлекли на Свет со страниц опустошающей теологии, чтобы эта "дьявольщина" наконец осмотрелась на Местности; она, если это могли вы, избранные смельчаки, заметить, несколько расхохоталась, узнав о своей как бы прописки в едва ли не в каждом втором человеческом побуждении и изобретении! Короче, она поставлена нами на самое себя осознающее место для того, чтобы и самые почетные адепты научной мысли не смогли никаким образом обнаружить это место, не придя, собственно, в Жизнь, т.е. поистине в себя.

Поэтому, в отличие от пылких религиозных натур, мы отказываем этой сайнс– в "дьявольщине", т.е. она не могла ею побуждаться никоим образом. Нет ни одного сомнения в том, что вся эта подчеркнутая механизация и махинация - не что иное, как невинное ребячество. По правде сказать, этот отныне заводской мир опустел и даже осиротел до такой степени, что такой блудный сын, кажется, не способен даже вспомнить о своем Отце, Матери и негодующем уже Брате. Дело идет к Семейной, Человеческой Трагедии.

180

Интересно: вчера мне рассказали занимательную историю о том, как одна молодая девушка, доказывая свою изрядную развитость и даже, собственно, ум человеческий, высчитывала за несколько минут интегралы. Как мне ещё досказали: все присутствующие при этом несказанном математическом волшебстве остались ею весьма довольными.

К этому-то образованному довольству, видимо, прогрессивное наше дело и шло. Только 200 лет тому назад девицы-невесты требовали что-то математически нового - от своих женихов, отказывая им наотрез в противном случае. Сегодня же, как становится ясно, девицы взялись за дело, обеспечивающее "будущность", своими так называемыми мозгами. Ещё докажите мне, что в этом поистине безвдохновенном горе отнюдь не виновата уважаемая нейрофизиология.

181

"Призвание варягов" есть мой юношеский, честный труд. Ни в чем правдивом я не могу отказать этому труду, а значит и юношеству. Видимо, уже тогда мне было достаточно заметно, чьими так называемыми наследниками являются эти свидетели якобы Павла:

Дир

...И вот эта спесь-надежда

Вид имеет глуповат,

Лицедейская одежда

Не к лицу! И нам чреват

Взгляд намыленный шута

Когда казна совсем пуста!

Каков дружины знаем хват

"Обращённой во спасенье";

Знай к Олегу опасенье.

Глаза его блестят, как клад!

Бранный час, поверь, мной чуем;

Вся дружина! Неспроста!

Ты своей отплатишь (...)

Иль рассказом про Христа?!..

"Рассказом про Христа" и сегодня мало кому удастся заплатить. Рассказы про Христа поистине ничего не стоят, - это-то и узнал сам Павел ещё за тысячу лет до начала победного шествия по северным полулесам известного религиозного корпоратива, которому ещё в общем-то даже повезло, глядя на то, как выбирал себе гос. корпоратив известный креститель.

Павел буквально съел и переварил "рассказы про Христа". Что переваривали как бы последыши вести Павла, до сих пор остается известной сладкой историей... И по праву "замечательны" и "культурны" те естественные выделения, что мы имеем на полууголовном выходе этой братии и всех их выучеников и радетелей. Но прощается, как известно, всё. Разглядывая собственные лицемерные рясы, ещё можно скорее разглядеть своего "бога" "дьяволом", и наоборот, чтобы, наконец, задуматься о Человеке и Духе, который невыносимо видимо оставил эти шаровидные, иногда же замученные, но в обоих случаях страдальческие, тела.