Возрожденная
Шрифт:
Симона, детка, ты в порядке? Мы нашли Ангел и завтра отправимся в царство.
Люсьен молчал, хотя я чувствовала исходящее от него напряжение. Пергамент засветился, и я крепче сжала его, наблюдая, как исчезают написанные мной слова.
— Что это значит? — спросила я, наклоняя голову, чтобы увидеть Тень.
— Она прочла, — коротко ответил он.
Ладно, отлично. Это была отличная новость.
Здесь все хорошо.
Слова светились на странице, и я следила за тем, как она их писала.
Торин ведет себя странно и сбит с толку, так что в стае небольшой беспорядок, но это уже к лучшему. Ты в безопасности. Ты слышишь меня? Я люблю тебя, Мерс.
Мои руки на мгновение задрожали, и как только я прочла ее последнее слово, оно исчезло с пергамента, который я положила обратно в карман.
— Она в безопасности, — сказала я Люсьену. — Вернулась в Торму. Земля — самое безопасное место для нее.
Его глаза вспыхнули, зелень потемнела.
— Эта стая — мусор, — прямо сказал он. — Их нужно стереть с лица Земли.
Он был расстроен, и мне, черт возьми, действительно нужно было поговорить с Симоной. Откуда взялась вся эта напряженность между моими друзьями? Может быть, я, наконец, заметила это, потому что моя собственная напряженность с Тенью в какой-то степени разрешилась.
— Теперь у нее есть сила защитить себя, — прямо сказал Тень. Я не удивилась, когда его следующими словами были: — Что-нибудь еще, Люси?
Моя пара был просто нетерпеливым ублюдком. Люсьен, казалось, наконец-то заметил, в каком положении находимся мы с Тенью, особенно то, как он прижимал меня к своему телу. На лице вампира появилось подобие улыбки.
— Пока больше ничего. Пока она в безопасности, я не отвечаю за нее.
У меня были сомнения, что это правда, но никто из нас не высказал ему этого вслух. Он помахал рукой, прежде чем уйти.
— Увидимся вечером за ужином. Если, конечно, кто-нибудь из вас сможет ходить.
Затем он рассмеялся, и звук затих, только когда он вышел через портал, оставив нас одних в логове.
— Инки, охраняй дверь, — тихо сказал Тень, и туман несколько раз окутал нас, прежде чем рассеяться, исчезнув из виду.
Потом остались только я и Тень.
От предвкушения по моим венам побежали мурашки, и у меня закружилась голова. В какой-то момент я подумала, не стоит ли мне записаться в организацию «Анонимные секс-наркоманы», но, учитывая, что Торин оставлял меня такой же сухой, как пустыня, я поняла, что зависима не от секса.
Это был секс с Тенью.
Теневой зверь, демон тьмы и похититель моей вагины.
Ладно, это прозвучало неправильно, но иногда неправильность — это как раз то, что нужно.
В этом тоже не было никакого смысла, но кому вообще нужна логика, когда тебя вот-вот оттрахает твоя пара? Твоя любовь? Завоеватель твоей вагины?
Раз уж мы решили называть это именно так.
Глава 37
Пламя Тени появилось первым, и как бы мне ни хотелось обернуться и увидеть огонь в его глазах, его хватка удерживала меня на месте. Не только его хватка, но и его сила.
— Ты никогда не сопротивляешься мне здесь, — пророкотал он, и, черт возьми, почему его голос был таким сексуальным, что у меня поджимались пальцы на ногах? — В тебе есть сила, превосходящая любую другую, и все же ты никогда не пыталась бороться с моей хваткой, когда я прикасаюсь к тебе вот так.
Он продолжал идти и говорить, а я заживо сгорала в этом сладчайшем пламени.
— Зачем мне сопротивляться? — прохрипела я, с трудом вспоминая человеческую речь. — Ты даришь моему телу такое наслаждение, что временами — и это чистая правда — мне кажется, я могу от него умереть. Я отдала тебе контроль в тот день, в Царстве Теней, и хотя думала, что это будет лишь раз, сейчас понимаю, что… я совсем не против. Мне приходится быть сильной во всех остальных сферах жизни, кроме…
— Кроме как со мной. — Он перебил меня, стремясь взять под контроль даже мои слова. — Именно поэтому мы — истинная пара. Наша связь выше всего, что могло быть у тебя с Торином. Мы укрепляем друг друга, делаем сильнее, принимая нашу истинную суть. Торину ты была нужна ради красоты, силы и ума, но лишь для того, чтобы подчеркнуть его собственные достоинства. Ты была для него трофейной парой, просто призом. По-настоящему сильный мужчина встанет перед своей женщиной на колени, зная, что это ничуть его не унизит. Торин был слишком слаб и глуп, чтобы понять это, и никогда не смог бы чтить тебя по достоинству.
Мое тело горело, трусики тонули, и мне нужно было, чтобы Тень сделал именно то, что обещали его слова. Я хотела, чтобы он опустился на колени. Облегчил боль, которую не мог унять никто в мире, кроме моего Зверя.
— Я люблю тебя, — сказала я ему.
Его руки обхватили мои груди, его сила прижимала меня к нему.
— Для меня большая честь быть твоей парой.
Он все еще избегал слова на букву «Л», но почему-то то, что он сказал, было похоже на то же самое. Или сильнее. Потому что для существа, подобного Тени, честь была превыше всего.
Я думала, он снова поведет нас к себе в комнату, но стоило догадаться, что банальный секс — это не про Тень. Его не интересовала всякая дичь вроде огурцов у меня между ног, но и тащить меня прямиком в постель было не в его правилах.
Мы оказались в той части логова, где я никогда раньше не бывала, и именно здесь сила Тени полностью освободила меня, позволив развернуться на месте и осознать все.
Протиснувшись мимо удобных на вид диванов, я сразу же была очарована открывшимся видом.
— Окна, — прошептала я. Я и не знала, что в этом логове где-то есть окна, но мы были здесь, окруженные самым красивым ночным небом, которое я когда-либо видела. За двадцатифутовым стеклом были разбросаны звезды, казавшиеся такими близкими, что, казалось, можно протянуть руку и дотронуться до них.
— Это наяву? — выдохнула я. Стоя на краю вселенной, я замерла от переполнявшего меня восторга и трепета. Это место напоминало Волшебную страну, но казалось куда более грозным и величественным.
— Разве это не кажется настоящим? — спросил он, его рука скользнула по моему боку, и он притянул меня к себе.
Я кивнула, наконец-то оторвав взгляд от звезд, чтобы посмотреть на него.
— Впервые в моей жизни все кажется настоящим.
Его взгляд удерживал меня, и его напряженности было достаточно, чтобы воскресить мою душу, когда он обхватил ладонями мое лицо. Не в характере Тени было быть мягким, ни в прикосновениях, ни в манерах, но когда он прижался своими губами к моим, это было нежнейшее прикосновение. Он повернул меня так, что его руки обхватили мое лицо, словно я была драгоценностью, и, возможно, именно в этот момент мое сердце наконец разорвалось.