Чтение онлайн

Выйдя в коридор, он нахмурился... и последовал за непреодолимым инстинктом вниз, на открытую площадку, что выходила в фойе.

Склонившись над золотыми витыми перилами, он прокричал:

– Лейла?

Когда имя эхом отразилось от стен, женщина вышла из столовой.

– О, привет. – Ее улыбка была автоматической и бессмысленной, экспрессивный эквивалент глухой стены.

– Как ты поживаешь?

Он натянуто рассмеялся.

– Ты поражаешь меня своим счастливым видом.

– Мне очень жаль. – Она, казалось, немного отвлеклась от своих мыслей. – Я не хотела показаться невежливой.

– Не волнуйся, ничего страшного. Что ты здесь делаешь? – Он тряхнул головой. – В смысле, тебя кто-то призвал?

Кто-то ранен? Может быть, Блэй ...

– Нет, меня никто не призывал. Я просто болтаюсь без дела, выражаясь твоими словами.

Если подумать, с начала осени она только и делала, что просто бродила по округе, бесцельно слонялась, словно кого-то ожидая.

Она изменилась, вдруг подумал он. Он никак не мог понять, в чем именно, но Лейла определенно изменилась в последнее время. Хмурая. Неулыбчивая. Серьезная.

Если говорить человеческим языком, все то время, что он ее знал, она была девушкой. Теперь же она становилась женщиной. Не было больше наивных, широко распахнутых глаз, смотрящих на все, что происходило на этой стороне. Не было светящегося энтузиазма. Не было...

Черт, она выглядела как они с Джоном. Измотанная этим миром.

– Эй, не хочешь пойти с нами? – спросил он.

– Пойти? То есть…

– Мы с Джоном собираемся пойти что-нибудь выпить. Может, пару бокалов пива. А может и больше. Я думаю, тебе стоит сходить с нами. В конце концов, несчастье любит компанию.

Она скрестила руки на груди.

– Это так очевидно?

– Ты все еще очень красива.

Лейла засмеялась.

– Ты мне льстишь.

– Ты же сама знаешь, что надо делать, когда леди в печали. Пошли с нами, давай просто убьем время.

Она посмотрела вокруг. Потом приподняла подол платья и поднялась по лестнице. Добравшись до вершины, она посмотрела на него.

– Куин... Могу я тебя кое о чем спросить?

– Что угодно, кроме таблицы умножения. Я ничего не смыслю в математике.

Она рассмеялась, но быстро стала серьезной вновь.

– Ты когда-нибудь думал о том, что жизнь будет такой ... пустой? Иногда мне кажется, что я могу захлебнуться этой пустотой.

Господи, подумал он. Да, он чувствовал то же самое.

– Подойди ко мне, – сказал он. Она шагнула к нему, а Куин прижал ее к своей груди и уткнулся подбородком ей в макушку. – Ты такая хорошая, ты знаешь об этом?

– Ты снова мне льстишь.

– А ты снова грустишь.

Она расслабилась в его руках.

– Ты так добр ко мне.

– Как и ты ко мне.

– Знаешь, дело не в тебе. Я больше по тебе не страдаю.

– Я знаю. – Он по-братски погладил ее по спине. – Скажи мне, что ты идешь с нами, но предупреждаю: я могу запросто заставить тебя рассказать мне, по кому ты так скучаешь.

То, как она отстранилась и опустила глаза, подсказало, что да, здесь был замешан мужчина, и нет, она не собиралась добровольно делиться информацией.

– Мне нужно переодеться.

– Давай пройдем в гостевую. Уверен, мы там что-нибудь найдем. – Он обнял ее за плечи и повел по коридору. – А что касается твоего рокового мужчины, обещаю не бить ему морду, если только он не разобьет тебе сердце. Тогда мне, возможно, придется слегка подкорректировать ему линию челюсти.

Интересно, кто это может быть? – подумал он. Все в этом доме уже заняты.

Возможно, это был кто-то, кого она встретила на севере, на вилле Фьюри? Но кто бы пустил туда постороннего парня?

Может быть, это один из Теней? Хм... эти ублюдки были мужчинами достойными, конечно, они определенно могли вскружить голову любой женщине.

Боже, ради нее же самой, он хотел, чтобы это был кто-нибудь другой. Любовь – тяжкое бремя, даже если в нее вовлечены хорошие люди.

В гостевой комнате он нашел для нее черные джинсы и черную кофту. Ему не нравилась даже сама идея о том, чтобы она одела какую-нибудь кошмарную мини-юбку и не только потому, что это могло задеть его деликатные чувства, но еще и потому, что ему очень не хотелось, чтобы Праймэйл опробовал на нем свои навыки в челюстно-лицевой хирургии.

Когда они вышли, Джон ждал их в коридоре, и если и был удивлен тем, что к ним присоединилась Избранная, то виду не показал. Вместо этого, он был с Лейлой очень любезен, беззвучно обменялся с ней вежливыми фразами, пока Куин набрасывал на себя верхнюю одежду.

Минут через десять они втроем приняли форму в центре города, но не в районе баров: ни он, ни Джон не хотели вести Избранную в «Скример» или «Железную Маску». Вместо этого, они оказались в театральном районе, в кафе, которое работало до часу ночи и где подавали ликеры, какие-то свернутые шоколадные штуки, покрытые непонятной съедобной хренью, выложенные на неизвестной заварной фигне. Столики были небольшими, стулья тоже, и они сели в глубине зала, рядом с запасным выходом, низко наклонив головы, пока официантка продолжала болтать о специальных акциях, ни одна из которых не была привлекательной.

А пивная карта была милосердно коротка и составлена по существу.

– Два резаных пива, – сказал он. – А для леди?

Когда он посмотрел на Лейлу, она покачала головой.

– Не могу определиться.

– Бери все, что нравится.

– Ладно... Я возьму крем-брюле и мун-пай[2]. И капучино, пожалуйста.

Официантка улыбнулась и все записала в блокнот.

– У вас прелестный акцент.

Лейла вежливо склонила голову.

– Спасибо.

– Только не могу понять, французский или немецкий? Или... венгерский?

– Те два пива были бы очень кстати сейчас, – сказал Куин твердо. – Мы умираем от жажды.

Когда женщина ушла, он настороженно рассмотрел других посетителей, запоминая лица и запахи, вслушиваясь в разговоры, проверяя, не исходит ли от кого-то из них угроза. Джон делал то же самое. Потому что, да, когда с тобой Избранная, особо не расслабишься.

– Мы не самая лучшая компания, – сказал он Лейле немного позже. – Прости.

– Да и я тоже. – Она улыбнулась ему, а затем Джону. – Но мне нравится бывать за пределами дома.

Вернулась официантка с заказом, и все отвлеклись от наблюдения за соседними столиками, пока за их собственным расставляли бокалы, тарелки, чашки и блюдца.

Куин взял свой высокий бокал, когда рядом больше никого не было.

– Ну, рассказывай о нем. Нам можно доверять.

Джон выглядел так, как будто кто-то ущипнул его за задницу, особенно когда Лейла покраснела.

– Ну же, – Куин сделал глоток пива. – Очевидно же, что дело в мужчине, и Джон никому ничего не расскажет.