Чтение онлайн

– Да уж, - уже не столь празднично ответил начальник ЦУПа, - если вспомнить о том грузе, что они везут с собой, становится жутко.

– Будем надеяться, что все изменится, и он не понадобится. Ты ведь тоже понимаешь, что не мы одни ищем решения проблемы, так?

Кромешников не ответил ничего – он отошел в сторону, к большому окну с видом на космодром.

Руденко остался позади, он озадаченно смотрел на своего товарища, размышляя и понемногу догадываясь, чем он был обеспокоен и что на самом деле творилось у него на душе.

– Валентин, - обратился он к Крапину, стоявшему позади, - как дела там…, в космосе?

– Вы имеете в виду “Прометей-1”?

– Нет, - ответил Руденко.

– А…, боюсь, все очень плохо, - сказал Крапин и остановил на нем свой тяжелый обеспокоенный взгляд.

Генерал вновь посмотрел на Кромешникова, тот стоял у окна, держа правую руку на затылке, и смотрел куда-то вдаль. То настроение, которым он делился с работниками ЦУПа, не было его собственным; о том, что было у него в мыслях, догадывался, наверное, только его друг, Владимир Сергеевич Руденко – он невольно перенимал это беспокойство. И все же, ему было отчего-то легче, вероятно, оттого, что он жил втайне жизнью астронавтов, отправленных на Марс, и считал дни до их приземления. Теперь генерал-майор с трудом скрывал свое воодушевление, как, наверное, и все в этом городе, потому что до самого волнительного момента оставался всего один день.

23 декабря 2012 года, 9 часов по Гринвичу, борт космического челнока “Прометей-1”.

Тихо и незаметно прошла еще одна ночь на борту космического корабля, и настал тот день, ради которого были пройдены десятки миллионов километров в космическом пространстве.

Несмотря на ранний час, астронавты были бодры и готовы к ответственной операции, уже около двух часов в отсеках корабля бурно кипела деятельность, экипаж занимался подготовкой к спуску на Марс.

Уайт летел по коридору к главному отсеку с целью занять каждого специалиста предназначенной для него работой:

– Лейтенант Хо.

– Я, - отозвалась Ляо Йонг.

– Проверь еще раз все скафандры.

– Есть.
– Ответила Ляо и направилась в верхние отсеки.

– Вонг, шлюпка готова?

– Так точно, сейчас еще раз проверю.

– Давай.
– Далее на пути полковнику встретились майор Брэй и лейтенант Плутов, переносившие ящики с оружием в отсек полезного груза, где располагалась шлюпка, за ними Мария… - Майор.

– Я слушаю.

– … Покормите кота. – Усиленно поразмыслив, приказал полковник.

– Есть.

– Торопитесь, ребята. Еще три часа, и нас покажут по телевизору. – На этой фразе Уайт вернулся в кабину пилотов. – Подполковник, ты готов к пуску шлюпки?

– Так точно, - ответил Андрей, - но готова ли она?

– Скоро будет, – произнес Уайт.

Тем временем в хвостовой части корабля офицеры продолжали переносить оружие и оборудование. Алан вошел в грузовой отсек первым:

– Куда ставить ящики? – Спросил он.

– Давай сюда, – раздался голос из шлюпки; Ти Джи взял ящик и принялся закреплять его на полу, специально оборудованном для установки багажа.

– Ну как, не боишься?

– Пока не думал об этом.

– А ты? – Спросил Алан Алексея.

– Я уверен, нет причины волноваться, почему-то с вами я чувствую себя в безопасности. – Это не совсем то, что Алексей хотел сказать, но своим ответом он был доволен.

– А я волнуюсь… - боюсь телекамер. – Возбужденно выкинул майор.

Челнок по-прежнему медленно двигался по орбите планеты, понемногу приближаясь к точке высадки и ожидая готовности команды, Джек Уайт готовился к сеансу связи с Землей, как к вручению Нобелевской премии – таким взволнованным его не видели никогда.

Вонг с разгона влетел в кабину пилотов и обратился к нему:

– Сэр, Кристи загружена и готова к использованию.

– Отлично, господа, два часа до нашего выхода. Будьте наготове. – Скомандовал Джек. – Подполковник, запроси сводку новостей с Земли.

– Есть, - отозвался Андрей и начал быстро бегать по клавишам на бортовой панели.

– Через семьдесят минут всем собраться в третьем отсеке. – Объявил полковник в микрофон, глядя на краснеющий уже совсем неподалеку горизонт Марса.

Спустя час и десять минут, согласно приказу, весь экипаж собрался вокруг большого, круглого стола, Джерри Паркер стоял во главе него, пока не вошел Уайт.

– Сэр! Команда “Прометей-1” готова к выполнению боевого задания, сэр! – Отбарабанил лейтенант, приложив правую ладонь к виску.

– Так держать, - спокойно ответил Уайт, проглотив шутливый выход Паркера.

– Полковник, только что пришла сводка, - доложил подполковник Лобков, войдя в отсек, - в общем, слушайте сами.

Андрей нажал кнопку на маленькой панели, встроенной в стену, и на литературном английском языке приятным женским голосом прозвучало голосовое сообщение:

– По-прежнему не утихают страсти вокруг убийства генерального секретаря ООН, - на этом раздался громкий и тревожный женский вздох, - напоминаем, трагедия произошла три дня назад на пресс-конференции: неизвестный поднялся из толпы и произвел один точный выстрел, после чего скрылся. Убийство совершил профессионал-одиночка – так утверждают спецслужбы; мало того, что он пронес оружие мимо охраны, он чудом, но все же смог уйти от погони. Эксперты теряются в догадках, исламские боевики никогда не проводили такого рода операций, тем более, убийца был европейской внешности и, судя по всему, был наемником. На почве этого происшествия уже назревают несколько межнациональных конфликтов, связанных с разногласиями государств, входящих в ООН. К другим новостям. Сегодня в Индийском океане, между Африкой и Мадагаскаром затонул нефтяной танкер, в результате пленка нефти накрыла участок океана площадью около шести квадратных километров, захлестнув несколько мелких островов. Усугубляя ситуацию, на восточном побережье Африки по-прежнему бушует сильнейший ураган, сметающий деревья и линии электропередач, с каждым часом все увеличивается вероятность возгорания нефтяного пятна.

На этом сообщение закончилось. Гробовое молчание поглотило все на корабле, воздух, казалось, запах гарью, хотя от горячих точек Земли было далеко.

– Вот и возвращайся после этого, - произнес Андрей.

– Интересно, там когда-нибудь передают что-нибудь хорошее? – Вымолвил Джерри с возмущением.

– С каждым годом только хуже, - произнес Алексей тихо, так что его никто не услышал.

“Как нам повезло, что мы сейчас здесь, а не дома”, - думал он, оглядывая своих товарищей тяжелым взглядом. И вновь, совершенно внезапно, он впал в то больное настроение, когда тяжелым валуном накатывает реальность. Даже здесь, вдали от этой вконец обозлившейся планеты не было покоя от ее ужасающего крика. Алексей уже не мог понять, почему все это до сих пор шокировало его, за девять месяцев в защищенности, вдали от Земли, он забыл о ее губительной, жестокой сущности. Она так далеко, но все же где-то есть…, земная жизнь…, сколько еще осталось? И вдруг ему снова вспомнились десятки темных эпизодов, которые в последнее время были настолько далеки: он видел стада диких животных, разбегающихся в ужасе по саванне, преследуемых командой вооруженных браконьеров, видел, как с треском падают деревья, срубленные рычащими бензопилами, в пустеющих сибирских лесах, как клубы серого дыма льются из заводских труб и заполняют некогда голубое небо, видел, как природа отвечает на это землетрясениями, штормами и цунами. “Долго ли мы будем загонять себя в могилу? Когда все это прекратится?” – Алексей уже не ждал ответа на эти вопросы, но в голове по-прежнему сидело смутное предчувствие… Так бывало не раз на его памяти – когда казалось, будто скоро все закончится, не ясно, почему и как, просто вдруг прекращаешь мыслить наперед дальше определенного дня, хотя еще недавно жил долгосрочными и серьезными планами. Порой приходила мысль о том, что это было предчувствием скорой гибели, и в эти дни Алексей был хмурым, как дождевое облако, но проходило время, и жизнь продолжала течь в своем привычном русле. Но откуда это? Неужели просто печальная фантазия, вызванная неудачами? Но ведь это случалось не только в пору разочарований… Здесь что-то другое, и сейчас, перед выходом на Марс, совершенно внезапно, но твердо закрепилось это пугающее ощущение. “Как же не вовремя…, - Алексей старался не волноваться, и это оказалось элементарным – присутствие верных друзей не давало ему поникнуть, - пусть хоть весь свет перевернется, ты не должен падать духом”, - уверял он себя, но не мог не думать о том, как Земля превращалась все больше в логово крепнущего зла. Он вдруг нашел ответ на вопрос…, когда все закончится… Именно в тот день, когда зла станет больше, чем добра, и произойдет Апокалипсис. Как это произойдет, сказать трудно, скорее всего, Земля просто захлебнется в крови, мы убьем сами себя, наше зло убьет нас.

Алексей отпустил эти мысли, когда Ляо коснулась его рукой:

– Эй, ты снами? Не переживай так.

– Что? – Встрепенулся он и тут же улыбнулся ей. – Да нет, я об этом вообще не думал.

– Вот и хорошо, - сказала Ляо и согрела его своей доброй улыбкой.

– Бойцы, теперь прошу внимания, – заговорил, наконец, полковник Уайт, он вдруг задумался, как перейти к той теме, с которой он хотел начать разговор, - прежде чем изложить план операции, хочу сказать несколько отвлеченных фраз. Наверное, вы знаете сами, но я хочу еще раз указать на это…, мы с вами уже сделали то, чего не делал никто в истории человечества. Но предстоит сделать еще больше. Сегодня на нас будет смотреть вся планета, буквально два дня назад было официально объявлено о нашем предстоящем приземлении, за нами будут следить, как за Нилом Армстронгом, пусть это прибавит вам гордости и уверенности в себе, ибо ничто не страшно, когда понимаешь, что ты герой. Может быть, если я скажу вам, что каждому из нас подняли гонорар до полутора миллионов долларов, у вас появится дополнительный стимул. – На этой фразе кто-то издал парализованный безумием стон.