Чтение онлайн

– В-вот как… – она откашлялась. – В общем, после того, как вы протаранили Наксар, проделав прореху в моторном отделении, демоны начали поспешно отступать. Однако прежде чем снова исчезнуть в серой дымке, они убили всех членов твоего экипажа и осадили магией наш подоспевший корабль. Многие наши тоже погибли, я же получила серьёзное ранение и была госпитализирована по возвращению на Айден. Поэтому я не знаю, что произошло там позже. Только из отчётов. В них было указано, что капитан дозорников Леди Беатрис Элект была убита пиратом Клаусом «Чёртовой дюжиной», который воспользовался неожиданным нападением демонов и сбежал.

– Чушь. Беатрис сама отпустила меня взамен на обещание охранять её дочь, которое я… – великан помрачнел. – Я не сдержал…

– Охранять? – растерялась дозорница. – Разве не она повинна в нападении демонов?

– Не совсем. Тёмный Владыка воспользовался ей, чтобы разрушить барьер изнутри, после чего открыл портал и спустил на Айден полчище демонов.

– Но как такое возможно? Первый раз слышу о чём-то подобном. Расскажи мне, что произошло на самом деле.

Только Клаус раскрыл рот, как его ещё не начавшийся рассказ уже перебило заунывное урчание голодного животика. Животика Паф. Великан напряжённо посмотрел на дозорницу, но она, видимо решив, что урчал именно его желудок, легонько улыбнулась, встала со стула и покинула трюм, пообещав вскоре вернутся. И в принципе слово своё сдержала – вернулась минут через пятнадцать с тарелкой рассыпчатой гречневой каши, украшенной кусочком масла, парой варёных яиц и куском ржаного хлеба. В другой руке ароматно дымилась кружка травяного чая.

– Вот, поешь, – она поставила завтрак у ног пирата и застыла в немом ожидании. Клаус тоже не спешил что-либо предпринимать, потому что, во-первых, кандалы на руках не позволяли оторвать их от стенки более, чем на несколько сантиметров, а во-вторых, он не был голоден. Демонслееры не нуждаются в столь же частом приёме пищи в отличие от людей. Посему он рассчитывал на то, что завтрак достанется его новоиспечённой пушистой подружке, однако пока надзирательница здесь, этого не случиться.

– Ой! – сконфуженно воскликнула дозорница, запоздало поняв причину, по которой Клаус упорно отказывался притрагиваться к еде. Она быстро прошла до кандалов, взялась за колечко вбитого над головой ступора, который регулировал их длину, но, прежде чем вытащить его, крайне серьёзно напомнила пирату о сделанном им выборе.

– Как я и сказал ранее, я весь твой, – повторил тот, и ступор, скрежетнув, выскользнул из цепи, которая потеряла натяжение и тут же обвисла. Великан попробовал аккуратно отпустить руки, всё это время находившиеся в поднятом положении, и цепь охотно позволила ему это сделать, беспрепятственно выскальзывая из ниши в стене, в которой, очевидно, находился её запас. Что ж, весьма хитро. – Спасибо, – поблагодарил он капитаншу, разминая затёкшие плечи.

– Леди Элизабет, – донёсся чей-то голос со стороны люка. Секундой спустя в проёме появилось загорелое лицо молодого кучерявого матроса. – Прибыл достопочтенный дон Алонсо. Он крайне настойчиво просит вас об аудиенции.

Леди Элизабет недовольно скуксилась, превратив тоненькие ухоженные полоски бровей цвета морской воды в две волнообразные линии.

– Я же ему ещё вчера всё высказала! – недовольно бросила она, уничижающее уставившись на подчинённого, который, в прочем, остался совершенно невозмутимым и даже позволил себе широко улыбнуться. – Выпроводи его вон!

– Не могу, товарищ капитан. Вы же понимаете, что он – один из сыновей правящей этой провинцией семьи. В лучшем случае меня упекут в темницу до конца моих дней.

Дозорница издала злобное горловое рычание, передёрнулась и рьяной поступью направилась к лестнице.

– Закрой люк на замки, – рассержено распорядилась она, проходя мимо матроса. Тот кивнул ей, однако торопиться не спешил, даже когда развивающиеся на ветру полы белого плаща полностью скрылись из виду. Вместо этого он медленным прогулочным шагом спустился в трюм, дошёл до прикованного демонслеера и с недоброй улыбкой уставился на него.

– Чё вылупился, сосунок? Драки хочешь? – понимая, что этот визит не сулит ничего хорошего, Клаус нарочно прикинулся тем самым пиратом с розыскных плакатов, которого так боялись люди.

– Ничего, просто зашёл пожелать приятного аппетита, – ощерился матрос, после чего ногой перевернул тарелку с кашей, несколько раз наступил на высыпавшееся содержимое, оставив четкие следы от подошв своих прогар на притоптанной крупе, и, не преминув также смачно плюнуть в кружку с чаем, удалился выполнять распоряжение капитана.

– Я запомнил тебя… – угрожающе прошелестел великан ему в спину, на что подлец громко рассмеялся, показал средний палец и вышел на палубу.

– Паф? – появилась в дыре любопытная мордочка, как только заглох скрежет замков. Углядев разбросанную по полу вожделенную еду, её обладательница без раздумий бросилась к ней, предвкушая сытный перекус.

– Не ешь это, Паф! – запротестовал Клаус, как только квопл щипнула каждой лапкой по горстке окутанной лёгким дымком тёплой гречки и поднесла их к раскрытому округлому ротику.

Паф замерла, развернулась вполоборота и наградила великана недоумённым взглядом, требующим объяснений. Клаус объяснил, и взгляд с недоумённого сменился на тот, которым награждают несчастных дурачков, ставших таковыми не из собственной прихоти, а лапы без какой-либо тени смущения докончили начатое и потянулись за новой порцией.

– Ну хоть чай не пей… – удручённо вздохнул демонслеер, который из-за наличия явных признаков разума у Паф позабыл, что в сущности она всего лишь зверёк, и ей чужды такие понятия, как унизительно, противно, грязно, особенно в отношении еды. Еда есть еда, и звериные инстинкты никогда не позволят пренебречь пополнением энергетических запасов только потому что на неё кто-то наступил.

Аппетитно похрустывающая раздавленным яичком, так и оставшимся в потрескавшейся скорлупе, квопл как-то неопределённо кивнула, то ли чтобы успокоить пирата, то ли чтобы он наконец отвязался от неё со своими глупостями и дал спокойно доесть завтрак.

– Паффф… – шлёпнувшись на пол, блаженно протянула она, как только последняя съестная крошка исчезла в темноте маленького, но прожорливого брюшка.

Клаус вновь расплылся в девчачьей улыбке и потянулся к ней своей лопатообразной ладонью, чтобы прикоснуться к пушистой шкурке, зарыться в неё пальцами и почувствовать на кончиках нежнейшие прикосновения розовых шерстинок, но, как назло, люк в очередной раз разразился чёртовой какофонией, нарушая безмятежное спокойствие Паф. Она поднялась и торопливо прошлёпала до недавнего укрытия, а помрачневший мечник, чьё ставшее на данный момент заветным желание отложилось на неопределённый срок, уставился на крышку таким испепеляющим взглядом, что становилось непонятно, как она до сих пор ещё не вспыхнула подобно спичке.

– Ну что? – сухо бросила остановившаяся на предпоследней ступеньке Элизабет, когда её не менее рассерженный взгляд схлестнулся со взглядом мечника. Тот сделал глубокий вдох, затяжно моргнул и несколько недовольно выдохнул.

– Ничего.

Дозорница нахмурилась, но промолчала. Она преодолела последнюю ступень, тяжёлой походкой раздражённого человека дотопала до стула, села на него и вперилась глазами в Клауса.

– Рассказывай, что произошло в Айдене после твоей поимки. И не вздумай мне врать.