Чтение онлайн

Вот ты можешь представить такую картину? Ты идёшь – загадочная, удивительная, нарядная, а мужики провожают тебя взглядами… А?.. Как тебе?.. Кто вздыхает, кто втайне закусил губу, и кто, ничего не говоря, просто думает о тебе, – женщина подскочила и элегантно прошла по кухне всего несколько шагов. И на этом расстоянии она постаралась показать себя. Она несла своё тело, как фотомодель, позволяя им любоваться, восхищаться, ну и, конечно, делать соответствующие выводы.

Ну… как тебе? Картиночка? Приятно, правда? От одного представления мурашки побежали по телу. А что ты будешь испытывать, когда это будет с тобой на самом деле? Наверняка ты ощутишь падение мира к своим ногам… – Женщина была вся в эмоциях, размахивала руками, а потом вдруг остановилась. – Знаешь, Лен, если ты хочешь стараться только для мужа, то не стоит этого делать, не стоит стараться и тратить своё время. Не обижайся, но ты теперь для него прочитанная книга. Пустой перрон, остающийся далеко позади уходящего поезда… Он так и будет общаться с молодыми, красивыми – «барби», а ты от этого будешь страдать. Для него сейчас его «мышонок» главное, а не ты.

Лена, казалось, перестала дышать, слушая о себе правду. Глаза её смотрели в одну точку и даже не моргали. Блеск в её глазах напоминал скорее приближение бури и водопада слёз. Ещё немного, и это бы случилось, но Зоя – педагог. Она контролирует ситуацию, знает, когда нужно поругать, когда похвалить, а когда поддержать.

– Ты будь выше, благороднее, умнее, – Зоин голос стал действовать как успокаивающий баль-зам, – не позволяй себя унижать, будь горда во всех отношениях. Отдай его даром – на блюдечке с золотой каёмочкой, а сама расцветай им на зависть, себе на радость. Потом, когда придёт время, пусть он кусает себе локти.

– Хорош, ты меня совсем достала, заучила. – Лена подскочила и пошла снять чайник с плиты, чтобы заварить чай. Надо похозяйничать у подруги, чтобы не слышать правду о себе. Уж больно задевает этот разговор её за живое.

Зойке, так хоть бы что, она не устаёт говорить. Шпарит, как по написанному, как будто бы готовилась всю ночь к лекции в школе.

– Ленка, не суетись, или правда слух режет, дыхание сдавливает? Так это мы мигом поправим. Давай кофейку с коньячком вместо чая, а потом тортика.

У меня для особых случаев стоит бутылочка.

и сегодня именно такой случай, не правда ли?..

– Да уж, – со вздохом и вымученной улыбкой процедила сквозь зубы подруга. – Именно такой случай… Да уж, – повторила она ещё раз, потирая виски. У неё от всех этих разговоров разболелась голова. – Перебрала мне все косточки – перемыла, перемолола, а теперь что? Хочешь сделать анестезию? Задобрить хочешь? Да? Или хочешь продлить мне вечер разочарований…

– Не-а…. – и не думала. Всё гораздо проще. Вот взяла и открыла тебе глаза на саму себя. Хотя я тебя об этом сколько раз предупреждала и просила не жаловаться – если ты помнишь.

Лена помнила такие моменты, конечно, помни-ла. Помнила, как руками махала, говоря о том, что её это не коснётся. А вот коснулось… Видно, правда люди говорят: «Не зарекайся»…

– Да… кстати, ещё самое главное не сказала.

– Что, ещё что-то? – уже почти смеясь, застонала Лена и по привычке замахала руками.

– А ты как думала? Один день не поела мучного – и ты уже заново рождённая женщина? Леди… Так, что ли? – Они пили кофе с коньяком, и им становилось веселее. Женщины понимали друг друга.

– Ну, так вот слушай, – продолжила Зоя разговор. – Когда доверяешь, а тебя предают, это ужасно! Это большой удар. С одной стороны, я рада, что этот случай уже произошёл и заставил тебя задуматься, о мно-о-го-о-м задуматься. В нашей жизни столько несправедливости?! Ой… Много благородных дел остаются без наград, а плохих дел безнаказанными. Но… голуба моя… пришло время меняться, менять свои привычки, свой характер.

о я уверена, что ты справишься. Поверь мне, каждая женщина рождена не для бытовой ревности, ненависти, а для любви… Всё будешь успевать. Всё… У тебя появится время, чтобы любить и жить красиво. Ты почувствуешь сама, когда придёт твоя пора. Если твоё сердечко начнёт пропускать удары или учащённо биться при виде объекта твоего обожания, если стук сердца не даст в ночи уснуть – это значит, пришло твоё время, время любви… Пора… Природа не ошибается! Тогда самое главное – не упустить этот момент. Всё надо взять в свои руки, что уготовила тебе, именно тебе и для тебя твоя судьба.

– Ну, заучила, сил больше нет. – Лена опять стала махать руками, смеясь. – Ну, поняла я, поняла! Всё зафиксировала вот здесь, – она постучала себя по голове, покрутила пальцем у виска, сделала ещё какой-то ореол над головой и продолжила говорить: – Всё я записала сразу в двух полушариях своего мозга. Я же не «даун», мои шарики-ролики ещё варят. И, что бы ты мне ни говорила, я всё равно постараюсь вернуть мужа. В данном случае тебе меня не понять. У тебя его просто нет.

Зоя опять могла бы обидеться на свою подругу, но правда есть правда, и от этого никуда не денешься. Может, она и действительно чего-то не знает.

Несмотря на то, что всю жизнь учит других, а вот практики, возможно, и не хватает.

– Я думала, что самым главным в нашем разговоре будет один вопрос: «Как мне похудеть?» – Лена развела руками, потом стала трогать себя за бёдра.

– Ну что ж? Хозяин – барин, – вздохнула Зоя, отпивая большой глоток напитка. И вдруг сильно закашлялась, видно, хотела ещё что-то сказать, но не смогла.

Всё это произошло так быстро, что Лена не заметила, как оказалась рядом с Зоей. Она начала стучать Зою по спине, стремясь помочь подруге справиться с кашлем.

В груди у подруги что-то хрупнуло. Заблудившийся лишний глоток воздуха, попавший в лёгкие без очереди, погулял в грудной клетке, ударяясь о рёбра, а потом вместе с Лениным постукиванием по спине и кашлем вылетел прочь. Почувствовав облегчение, Зоя засмеялась, разряжая обстановку. о через смех тут же продолжила развивать свою мысль: – Проблемы всей нашей жизни – «как одеться, что повкуснее поесть и как потом похудеть», как я уже говорила. Хотя… Кому надо, тот будет смотреть на тебя и на такую, какая ты есть. Возможно – это не ты крупновата стала, а твой Серёжка – мелковат? А… Хотя что воду в ступе толочь, время покажет.

– М-да… – почесала голову Лена. – Буду реалисткой, как ты учишь, постараюсь сделать всё, что смогу. А если что… просто – уеду. Да, да, уеду! Не смотри на меня так. – Движения и речь её стали замедленными, но свободными. Лена смогла озвучить без боли свои мысли, словно пересмотрела слово и понятие «норма», словно жизнь для неё уже стала понятнее – интереснее и легче…

– Не смотреть как?

– Да так.

– Ну, как?

– Да так, как будто ты не знаешь ничего.

– Знаю, я-то знаю. И мне нравится, что ты как бы раздвоилась, что хочешь стать лучше. Но мне будет очень жаль, тебя не будет хватать. Наших вечеринок, наших закадычных посиделок, задушевных разговоров. – Приподняла чашку, как бы заставляя собеседника самого продолжить мысль.

– Хорош, хватит… о грустном больше ни слова. А то сейчас расплачемся. Давай о деле… Так с чего, говоришь, начать надо? – она и слухом, и взглядом обратилась к молчащей Зойке, чуть ли не заглядывая ей в рот.

– А разве я тебе не сказала? Я же приводила тебе пример с Аллой Пугачёвой.

– Так это ж – Пугачёва… Нашла с кем сравнивать. Её день рождения в календаре скоро красным числом станет. И весь мир будет отмечать этот день как праздник страны. А ты говоришь…

– Я не сравниваю, я предлагаю на её примерах учиться. – Зоя не понимала, почему Лена усугубляет примеры. Почему обязательно таких людей, как Пугачёва, надо ставить на пьедестал и преклоняться перед ними, а не восхищаться их силе воли и учиться на их примерах.