Чтение онлайн

— Расскажешь это судьям! — сплюнул стражник. — Через два дня они явятся, чтобы тебя судить. Тебе хватит времени на покаяние. У нас поблизости живет священник — приведем сразу, как попросишь.

— Но мне не в чем каяться!

— Ну, тогда мы тебе немножко поможем. — Сержант махнул рукой одному из солдат, и тот сделал шаг вперед, целясь мечом в лицо Финлею. Острия клинка рассекло правую щеку узника. Боль была жгучей, как огонь, но Финлей сдержал крик.

— Пора тебе признаться нам, кто ты такой есть. Что ты делал в лесу? Откуда явился?

Финлей с трудом поднялся на ноги, сердце его колотилось, как молот. Они не должны узнать его имя!

— Ну, давай, колдун! Назови свое имя. Кто ты такой? — Неожиданно сержант ударил Финлея по лицу. Тот отлетел к стене. Прежде чем он смог вдохнуть воздух, сержант ударил его снова — на этот раз в живот. Финлей сложился пополам, и сержант подошел к нему вплотную, обдав зловонным дыханием. — Не такой уж ты могучий, в конце концов!

— Я же… говорил… — выдохнул Финлей, пытаясь распрямиться, — я не колдун.

Сержант схватил Финлея за волосы и отогнул его голову назад.

— Скажешь это еще раз, колдун, и я просто перережу тебе глотку! Не так уж мне и хочется дожидаться судей. Знаю я, как разделываются с вами эти фанатики из Гильдии, так что предпочту избавиться от тебя лично. Зачем нам здесь твои гнусные лживые уловки! Понял? Может, ты и темный ангел, да только я позабочусь, чтобы ты не вышел отсюда иначе как мертвым или на плаху.

Резким движением сержант ударил Финлея затылком о камень стены и сделал шаг назад.

— Ну-ка прикуйте его к стене. Мало ли какие мысли у него появятся насчет побега.

Стражники схватили Финлея и прижали спиной к холодным камням. Он чувствовал, как кровь течет у него по шее, так что грязная рубашка становится еще и влажной. Когда один из солдат стал надевать на его правую руку железный браслет, сержант кинулся вперед и сорвал с пальца пленника перстень.

— Это что? Где ты его взял? Черный орел на серебряном поле… Уверен: где-то я его уже видел.

— Я нашел перстень, — быстро сказал Шинлей.

— Ах вот как! — ухмыльнулся сержант. — Тогда ты не станешь возражать, чтобы я его забрал и выяснил, кому он принадлежит. Перстень недешево стоит, да и твоя одежда тоже. Богатая одежда. Может, ты не нашел его, а украл? Или снял с мертвеца?

Сержант расхохотался и вместе со стражниками вышел из камеры. Дверь с лязгом захлопнулась, но не успело стихнуть эхо, как Финлей услышал еще один отзвук. Ощущение накрыло его, как ночная тьма. Хоть он и был слеп без своего аярна, тут он не мог ошибиться, тем более что они с Робертом несколько недель назад отрабатывали умение обнаруживать именно это… Где-то рядом был малахи.

Финлей сел, привалившись к стене. Цепи зазвенели — так дрожали его руки. На этот раз он не пытался обмануть себя — то, что он испытывал, было страхом.

Солнце уже садилось, когда Дженн привела к Роберту доктора. Когда они вошли, Роберт еще спал, но тут же проснулся. Дженн помогла ему сесть, опираясь на подушки, и прогнала мучившие ее опасения. Разобраться с ними можно будет и позже.

— Это доктор Вишарт, — начала она. — Он приехал из приюта для больных, чтобы вас осмотреть.

Роберт взглянул на нее, потом кивнул старику.

— Мы ведь раньше встречались, доктор, не так ли?

— Очень любезно со стороны вашей светлости помнить об этом, — прошамкал Вишарт; его слезящиеся глаза остались бесстрастными. — Как ваша светлость себя чувствует сегодня вечером?

— Уже вечер? Ну, у меня не гнутся суставы, однако встать я смог бы.

Вишарт кивнул и протянул руку, чтобы пощупать шишку на лбу Роберта.

— Боюсь, что раны вашей светлости серьезнее, чем кажется. Едва ли вам удастся ходить, да если вы и попытаетесь, такой удар по голове не может не вызвать головокружения. Я бы советовал вам недели две провести в постели, ваша светлость. Вы помните, что с вами случилось?

Дженн быстро подошла к постели и бросила Роберту предостерегающий взгляд.

«Скажи ему, что упал с лошади, — больше ничего».

— Моя лошадь споткнулась, доктор. Должно быть, я упал и ударился головой.

— Понятно, — пробормотал Вишарт, ощупывая плечо Роберта, потом выпрямился и повернулся к Дженн. — Те травы, что вы давали ему, вполне годятся, миледи, а еще я посоветовал бы сделать припарку на плечо. В остальном же главное — покой. Через три дня я загляну, но обязательно дайте мне знать, если начнется ухудшение.

Дженн кивнула и проводила старика до двери. Когда она вернулась, Роберт смотрел на нее со смесью смущения и раздражения. Дженн не сдержала улыбки.

— Ты еще и радуешься!

— Какая неблагодарность! — рассмеялась девушка, садясь рядом с Робертом. — После всего, что я для тебя сделала!

— Послушай, я не могу оставаться две недели в постели. Я себя прекрасно чувствую.

— Я знаю. На самом деле старый доктор, пожалуй, несколько перестраховывается. Не так уж тяжелы твои раны. Ты ничего не сломал, хотя ездить верхом некоторое время будет больно. Тем не менее ты нуждаешься в отдыхе — по крайней мере на пару дней. Откуда ты знаешь доктора Вишарта?

Роберт проверил, как сгибаются у него запястья; лицо его стало непроницаемым.

— Он однажды лечил мою жену.

— Ох… — Так вот откуда Белла узнала… О боги, не может это быть правдой!

Дженн резко поднялась, принесла поднос с ужином и поставила его перед Робертом. Она продолжала наблюдать за ним, пока он ел. Роберт все еще был очень бледен, глаза его утратили свой обычный блеск. Это, конечно, нехороший признак… С другой стороны, ничего необычного он, по-видимому, не испытывал и вел себя нормально, как будто ничего не случилось. Неужели он забыл о своем дяде… или просто безупречно держит себя в руках? Но если так, то почему она видит в нем боль — глубоко внутри, словно скрытую болезнь? Дженн вздохнула:

— Наверное, нам лучше сосредоточиться на том, что с тобой случилось вчера. Ты хоть лес помнишь? Ты знаешь, зачем там оказался?

— Никакого леса я не помню, — нахмурился Роберт. — И реки не помню тоже.

— Ну а что это такое, ты знаешь? — Дженн сунула руку под кровать и вытащила какой-то предмет, завернутый в алую ткань. — Я нашла его у тебя за пазухой. Поскольку я не поняла, что это такое, то спрятала вместе с твоим аярном. Я боялась рисковать.

Она развернула ткань и показала Роберту серебристый цилиндр. Он снова нахмурил брови, и рана у него на лбу налилась кровью. Роберт на секунду зажмурился, потом со свистом втянул воздух.