Чтение онлайн

Дрюит появился в самом начале седьмого и сразу направился к Морану.

— Деньги у меня. Чек и золото, — негромко сказал он, опуская руку к карману.

Полковник остановил его торопливым жестом.

— Не здесь. Садитесь, мой дорогой Джек, выпейте бренди, согрейтесь.

Дрюит, заметно нервничая, неохотно опустился на стул и быстро, в два или три глотка, как и предсказывал Мориарти, выпил бренди. Никто и не заметил, что по пути от стойки к столу полковник высыпал в стакан какой-то белый порошок.

— Где улики? — спросил Дрюит.

— Всему свое время, — ответил Моран и, похлопав по карману, добавил: — Здесь.

— На то была веская причина, — нервно произнес бывший барристер и сделал очередной глоток.

Полковник кивнул.

— Нисколько не сомневаюсь.

— Несчастные живут в ужасной грязи. Кто-то должен был привлечь к этому внимание. Может быть, теперь власти что-то сделают. — Он допил остатки бренди.

Спир и Пейджет поднялись и вышли из бара. Немного погодя Дрюит тряхнул головой и пробормотал, что ему жарко. Он выглядел так, словно вот-вот лишится чувств.

— Вам нужно освежиться. — Моран поднялся сам и помог подняться Дрюиту. — Пойдемте. Закончим наше дело.

Уже подходя к двери, учитель из Блэкхита покачнулся, а за порогом начал оседать. Спир подхватил его под руки.

Два крепких парня, бывших при Моране в качестве сычей на подхвате, перенесли Потрошителя через улицу и положили на землю. Пейджет уже приготовил кучку камней, которые тут же перекочевали в карманы Дрюита, после чего парни ловко подхватили его и, словно мешок, бросили в поднявшиеся воды Темзы. В меркнущем свете дня еще можно было разглядеть мелкие пузырьки, поднимавшиеся из глубины.

Тело Монтегю Джона Дрюита нашли в канун Нового года.

Больше Потрошитель никого не убивал, и Мориарти, вспоминая, как избавил Уайтчепел от сковавшего его ужаса, только укрепился в решимости избавиться так же и от Майкла Культяшки.

Он хорошо выспался. Сон вернул его в детство: зеленые луга и холмы Ирландии, животные и птицы… потом, вдруг, переезд в Ливерпуль… переполненный пароход, качка, тошнота, старший брат, насмехающийся над его слабостью, другой брат, пытающийся помочь и успокоить, мать, бледная, с покрасневшими глазами… весьма ощутимое отсутствие отца…

Сон не отпускал всю ночь. Картинки прошлого, ясные и четкие, сменяли друг друга: новый дом, намного меньше, чем ферма в Ирландии… странные звуки и еще более странные лица… школьный класс и учитель, пророчащий его брату, Джеймсу, большое будущее… чувство ненависти к этому гению, как будто занявшему в семье место отца. Там, в школе, какой-то мальчишка, да, Макгрей, научил его воровать по мелочам — платки, сладости и тому подобное. В голодные дни ходили воровать хлеб — опасное дело по тем временам.

В первые секунды после пробуждения Мориарти показалось, что он еще там, в 1888-м, на Стрэнде. Но мозг быстро перестроился на настоящее, вернув к многочисленным и непростым обязанностям: проблеме с оказавшимся в тюрьме полковником Мораном, освобождению из Стила братьев Джейкобс, изгнанию из Уайтчепела Майкла Культяшки и его банды и дюжине других, более насущных задач. День предстоял нелегкий: встреча с Элтоном, надзирателем в Стиле, деловое — но не без приятностей — свидание с Мэри Макнил.

Начиналась новая жизнь.

На завтрак миссис Райт приготовила Профессору жареный бекон, почки и колбасу — все куплено у «Уорвик Филд энд компани», Уоппинг, Хай-стрит. Стол накрыл Ли Чоу, сновавший туда-сюда с неизменной улыбкой на круглой, как луна, физиономии. Остальные «преторианцы» разошлись с первым светом, получив задания, после выполнения которых Мориарти мог с полным правом заявить о восстановлении полного контроля над столицей. Сделать это требовалось в ближайшие дни, чтобы его представители, прибывающие из крупнейших европейских городов, смогли убедиться в возможностях и силе их хозяина.

Перед тем как лечь спать, Мориарти избавил Эмбера от одного из поручений, переложив его на плечи Пейджета. Эмбера ждал трудный день: вместе с Паркером ему предстояло оценить масштабы и сферу деятельности Майкла Культяшки и Лорда Питера и, самое главное, выявить имена ближайших подручных Культяшки. Ему же Мориарти приказал изучить предложение по ограблению в Хэрроу. Последним и предстояло теперь заняться Пейджету. Поездка в Хэрроу требовала времени, и, отсылая его туда, Профессор преследовал и другую цель: выяснив местонахождение и условия содержания Себастьяна Морана, Спир должен был навести справки насчет юной подружки Пейджета, Фанни Джонс.

Когда Ли Чоу вернулся, чтобы убрать посуду, Мориарти указал ему на стул, стоявший напротив.

— Помнишь мистера и миссис Доуби? Приходили вчера поговорить насчет их дочери, Энн-Мэри?

— Энн-Мэли? Той, сто обозгли кислотой?

— Да. Так помнишь?

— У меня холосий слух. Я много слысу, но нисего не говолю, пока не спласивают.

— Ее родители сказали, что кислотой ей в лицо плеснул какой-то Таппит. Мне нужно, чтобы ты поговорил с кем надо и узнал, как все было.

Круглую физиономию расщепила широкая ухмылка.

— Все сделаю. Все узнаю. Быстло-быстло.

Мориарти посмотрел на него в упор.

— И чтобы никаких ошибок. Ли. Мне нужна правда. Если это сделал не Таппит, узнай, кто и почему. Понятно?

— Понятно. Если Таппит не виноват, давить Томми Лоллокс не надо.

Мориарти улыбнулся.

— Томми Роллокс, [36] Ли Чоу, — поправил он.

— Я и говолю — Лоллокс.

Профессор усмехнулся.

— Ладно, Ли Чоу. Пусть так. Ступай.

Китаец, ухмыляясь, удалился, а Мориарти подумал, что если Таппит виноват, то одним ударом по яйцам не обойтись. Человек, изуродовавший девчонке лицо, заслуживал наказания иного рода. У. С. Гилберт и сэр Артур Салливан [37] выразили это простой фразой: «наказание должно соответствовать преступлению». Кто бы ни изуродовал Энн-Мэри, он получит по заслугам. Наказание будет жестоким.

К одиннадцати часам Профессор тщательно проверил отчеты за последние три года по пяти своим ресторанам и паре мюзик-холлов. Человек прозорливый, он понимал, что на данном этапе карьеры легальные предприятия являются для него высшим приоритетом.