Чтение онлайн

– Если хотите, я расскажу вам обо всём подробнее.

Котов-старший покосился на него, но промолчал.

– Я подумаю, – сказала девушка, – надо это мне или нет. Моя жизнь сложилась так, как сложилась, безо всякой магии. Но я рада знакомству с вами. Один вопрос: инцидент с Министерством здравоохранения не ваших рук дело?

Василий Никифорович прищурился.

– Это лично ваше предположение или кого-то в вашем ведомстве?

– Вспомнила кое-какие высказывания отца. Ведь вы тогда возглавляли СМЕРЧ?

– Сначала «Стопкрим», – уточнил Матвей. – Или «чистилище».

– По каким-то причинам ваша система перестала работать…

– Увы, команда посчитала свою работу выполненной, – сказал Василий Никифорович.

– Значит, это она наехала на Минздрав.

Василий Никифорович пожевал губами, усмехнулся.

– Вас не зря сделали замом генпрокурора, не вопрос, а обвинительное заключение. Если я отвечу – не мы, вы поверите?

Дива изменила позу, не спеша отвечать, глядя то на отца, то на сына Котова.

– Я ещё не решила для себя, как к этому относиться, как к благу или к негативу. Если вы знаете Меринова…

– Очень хорошо знаем, – бросил Матвей, виновато глянув на отца, но тот не отреагировал на реплику.

– Леонард Маратович собирается бросить на поиски «чистилища» всех силовиков, у него хорошие связи с ФСБ и МВД.

– Флаг ему в руки, – остался спокоен Василий Никифорович. – К счастью, я не имею отношения к «чистилищу», бояться мне нечего.

– Вы не встречаетесь со Стасом Котовым? Говорят, он ваш приёмный сын.

– Это было давно, – равнодушно сказал Василий Никифорович. – Мы не общаемся больше двадцати лет.

– Вы знаете, где он работает?

– Знаю.

– И не встречаетесь?

Василий Никифорович пристально заглянул в глаза собеседницы.

– Почему вас это интересует?

– Я предупреждала вашего сына и вас хочу предупредить: Стас не просто человек, человек с двойным дном, за ним тянется шлейф разных криминальных историй, и если бы он не был полезен Меринову…

– Я понял, приму к сведению. Мы вас затерроризировали вопросами, а завтра рано вставать, разрешите откланяться.

– Да, отдохнуть не мешает, – кивнула Дива.

Котовы дружно встали.

– Если не возражаете, можем встретиться в другой обстановке, поговорить о важных вещах.

– Буду рада пообщаться, звоните, капитан знает мой мобильный.

Замок двери щёлкнул за ними.

До номера Матвея шли молча. Зайдя в комнату, Василий Никифорович сказал, разглядывая лицо сына, на котором застыло виноватое выражение:

– Она дочь Соболева, это очевидно, но она чего-то недоговаривает.

– Она плохо нас знает, – осторожно сказал Матвей.

– Согласен, сейчас нельзя верить никому… разве что мне. Однако речь не об этом. Чего недоговариваешь ты? В какую авантюру со Стасом ты ввязался?

Матвей покраснел, сдерживая слишком быстрый язык, взмолился:

– Пап, не спрашивай! Я не имею права делиться информацией!

– Даже со мной?

– Даже с тобой. Но клянусь! – я тебе всё расскажу, когда будет можно. Ты ведь тоже не всё мне рассказываешь. О «Стопкриме», к примеру. Если Дива заговорила о Минздраве, то шухер там устроить мог только ты.

– Шухер шухеру рознь, – проворчал Василий Никифорович, пропуская мимо ушей обидную констатацию сына, оглядел номер. – Скромненько, но жить можно, я примерно в таком же. Когда уезжаете?

– Завтра, после соревнований. У нас вертолёт…

– Вертолёт? – простодушно удивился Василий Никифорович. – Хорошо живёте. Это кто ж такой богатый?

– Начальник курьерско-егерской службы, но это не личный его вертолёт, он взял его напрокат, совмещая…

– Приятное с полезным. Основа жизни любого чиновника: моя епархия, чем управляю, тем и владею.

– Меня пригласила Дива, я не мог отказаться.

– Да это я так, старческое брюзжание. Хочу попросить: через пару дней я буду в Москве, позвонишь ей от моего имени? Надо встретиться ещё раз, договорить недоговоренное.

– Хорошо, позвоню.

Василий Никифорович глянул на часы.

– Посидел бы с тобой, послушал твои рассказы о МИРах, а главное – о замыслах Стаса, но у меня ещё одна встреча, так что перенесём разговор.

У Матвея отлегло от сердца.

– В Москве посидим.

Василий Никифорович хмыкнул, потрепал его по волосам на затылке и вышел.

Матвей бесцельно покружил по комнате, вспоминая события дня, страдая от того, что не может провести время с Дивой, потом махнул рукой на свои печали и лёг спать.

Наутро компания снова позавтракала пораньше и поехала на полигон.

Дива казалась рассеянной больше, чем обычно, разговаривала мало, но и вопросов не задавала, словно встреча с Котовым-старшим для неё ничего не значила, а с Матвеем она почти не знакома.

Президент со свитой появился в ВИП-ложе в половине одиннадцатого, и дождавшийся его визита распорядитель соревнований дал команду начать полёты.

Матвей поискал глазами отца, не увидел и больше не отвлекался. Начались стрельбы, лётчики лупили из всего своего оружия по наземным целям и воздушным мишеням, грохот стоял как во время настоящего боя, зрелище завораживало, и зрители каждый удачный манёвр самолётов сопровождали радостным гулом и криками.

Бинокли помогали не всегда, всё-таки во избежание инцидентов мишени располагались в километре от казарм и трибун, но слева и справа от них были установлены видеостены, на которые проецировались изображения, передаваемые с видеокамер беспилотников, и всё было видно хорошо, тем более что записи наиболее удачных атак повторялись.

Закончились полёты к четырём часам дня.

Матвей снова попытался отыскать отца в свите президента, но так и не нашёл. Возможно, он уже покинул полигон, а то и Воронеж, решая какие-то свои задачи.

В гостиницу возвращаться не стали, сразу поехали на аэродром, где компанию ждал вертолёт. Все разговоры вертелись вокруг победы русских экипажей и поломки китайского «суперистребителя» «J-20», едва не закончившейся трагически. К счастью, лётчику удалось посадить самолёт на поле в двух километров от полигона.