Возвращение Тени
Шрифт:
Но я вовсе не считаю это вероятным. Вскоре после места, до которого мы дошли, мой отец написал в главе «Древняя история» (с. 253), что Некромант «бежал из Лихолесья [то есть после изгнания белыми чародеями] лишь затем, чтобы снова занять свою древнюю твердыню на Юге, близ середины мира в те дни, в Земле Мордор, и ходил слух, что Чёрная Башня воздвигнута заново». «Его древняя твердыня» — это, разумеется, крепость, разрушенная в Войне Последнего Союза. ?
18
О прежних упоминаниях повести о Гил-галаде и Элендиле в текстах до сих пор см. с. 169, 179, 192. ?
1
Мой отец на деле написал «глава „Нежд[анное] у[гощение]“» — думая о первой главе «Хоббита». Ср. моё предположение об употреблении им слова «распродажа» в «Вопросах и переделках», примеч. 2. ?
2
Действительный заголовок главы II был «Трое — компания, а четверо — лишку» (с. 49). — Карандашная заметка на той же странице гласит: «Должен ли Бинго потратить все свои деньги? Не лучше ли, чтобы он чем-то жертвовал? Хотя он должен объявить, что потратил их». ?
3
Отрывок о книге Бильбо и о приёме, ей оказанном, что сохранялся неизменным со второй версии (с. 19), сперва был повторён и здесь, но впоследствии заменён следующим:
Он рассказывал множество историй о своих приключениях, конечно, тем, кто готов был слушать. Но большинству хоббитов они скоро наскучили, и лишь один-двое из его младших друзей принимали их всерьёз. Нет проку рассказывать обыкновенным хоббитам о драконах: они либо не верят тебе, либо хотят не верить, и в обоих случаях перестают слушать. Старея, Бильбо записывал свои приключения в личную книгу мемуаров, в которой поведал кое о чём, о чём никогда не говорил вслух (как, например, о волшебном кольце), но та книга никогда не была издана в Шире, и он никому её не показывал, кроме своего любимого «племянника» Бинго. ?
4
Таков был возраст Бинго ко времени его усыновления в четвёртой версии (с. 36), но он был изменён в ходе написания нынешнего текста (см. с. 236). ?
5
В «Вопросах и переделках» (примеч. 2) было предложение, что Дрого Бэггинс должен быть двоюродным братом Бильбо. ?
6
Это замечание о том, что у Бильбо и Бинго один день рождения, было карандашным добавлением, но мысль восходит к третьей версии (с. 29), когда Бинго был сыном Бильбо. ?
7
Великая Нора Баклбери: Брендихолл был назван и описан в первоначальной версии «Напрямик через грибные земли» (с. 99). ?
8
Добавлено карандашом:
и сам Старый Тук достиг лишь возраста 125 лет (хотя титул Старого был дарован ему, правда, не столько за возраст, сколько за чудаковатость и из-за огромного числа младших, младшеньких и самых младшеньких Туков). ?
9
Это должно было быть первое, нарочито тёмное упоминание Кольца в повествовании. С сокращением и переделкой этой начальной беседы между Гэндальфом и Бильбо перед Угощением (с. 237) это упоминание было убрано, и впервые о нём заходит речь лишь после исчезновения Бильбо. ?
10
Гокроджер — английская (йоркширская) фамилия, означающая «неуклюжий Роджер». ?
11
Текстовая ситуация в этой части на деле устрашающе сложна: рукопись составлена из двух «слоёв», и более ранний из них составлен отчасти из новой рукописи, отчасти из машинописи четвёртой версии. Имея перед собою сами тексты, можно установить, как продвигался мой отец, но представлять эти подробности в печатной книге ни возможно, ни нужно. Доказуемо, что второй «слой», с пересмотренной датировкой жизни Бинго и вспышкой, сопроводившей исчезновение Бильбо, вошёл в ходе сочинения главы. ?
12
Это, пожалуй, наводит на мысль, что Бинго не сообщили о «шутке» Бильбо; ср. набросок на с. 233: «Так что он даже не говорит Бинго о шутке». Карандашная правка и добавление изменили отрывок в сторону того, что в FR (с. 39):
Единственным, кто не сказал ничего, был Бинго, самый затронутый. Чувства его были смешанны. С одной стороны, он оценил шутку (если никто другой не оценил). Она была вполне в его вкусе: ему хотелось бы смеяться и плясать от веселья, и он был благодарен, что ему дали вкусить полное и сладостное ожидание, ибо, с другой стороны, ему хотелось бы плакать. Он был безмерно привязан к Бильбо, и удар был сокрушителен. Неужто ему и впрямь не суждено больше его увидеть — даже проститься ещё раз? Он сидел какое-то время совсем безмолвно на своём месте… ?
13
Добавлено позднее:
и пристегнул кожаным поясом вокруг талии. На нём висел короткий меч в старых чёрных кожаных ножнах.
Ср. «Вопросы и переделки», примеч. 4, о Жале. ?
14
Все эти четыре гномьих имени мой отец взял из того же источника в древнескандинавской «Старшей Эдде», что и имена в «Хоббите». ?
15
Добавлено позднее:
Но я хочу лишь напоследок словцом перемолвиться с тобой. Ну-ка, добрые мои гномы, пройдите-ка немного вперёд по просёлку. Я вас долго не задержу! — Он повернулся к Бильбо. — Что ж, — сказал он, понизив голос. ?
16
С этого места ранее отвергнутая беседа между Бильбо и Гэндальфом перед Угощением (с. 235–236, там помеченная «Позже») берётся снова, хотя и не в том же виде, и сильно расширена. ?
17
Карандашное добавление здесь, вероятно, гласит: «(единственный, кто читал)»; см. примеч. 3. ?
18
Эти стихи возникли в первоначальной форме главы «Трое — уже компания» (с. 47, 53), где они теперь сделаются воспоминанием о стихах Бильбо многолетней давности. Обе версии одинаковы, за исключением того, что в строках 4 и 8 форма Бильбо здесь имеет «я» вместо «мы». В FR (с. 44, 82) обе версии имеют «я», не «мы», но в версии Бильбо в 5-й строке стоит eager («жадно»), где у Фродо weary («устало»). В нынешнем тексте eager надписано над weary, и с этим изменением в данном случае достигнута окончательная форма (см. с. 284, примеч. 10). ?
19
Это предложение было вычеркнуто, когда было сделано добавление, приведённое в примеч. 15. ?
20
Остаток этой части текста — в очень черновом карандашном виде, причём ему предшествует правка последнего отрывка чернилами:
«Прощай, Гэндальф!» — вскричал он и пустился в ночь. Гэндальф постоял у ворот мгновение, вглядываясь в темноту ему вслед. «Adieu, дорогой мой Бильбо, — сказал он, — или au revoir». [Это было помечено крестиком: Гэндальф не стал бы прибегать к французскому, сколь бы полезно ни было различие.] И затем он перепрыгнул через низкие ворота и быстро направился в гору. «Если застану Лобелию шныряющей вокруг, — пробормотал он, — обращу её в ласку!»