Чтение онлайн

– А твои личные слова насчет… нет, нас могут подслушать, в общем, это как? Из серии не клади все яйца в одну корзину? Молчишь. Запомни, я не прощаю обмана!

Серый кивнул. Воин был бывалым агентом и много повидал. Но сейчас, рядом с этим существом, тряслись все поджилки. Говорить с колдуном, который тебя… оценивает на вкус, как паук муху, это слишком!

Владимер исчез. Он мнил себя защитником Радужного города и был готов положить жизнь ради преследования другого чародея. Серый вызнал о нём всю подноготную, кроме разве что магических секретов. Колдун, ведомый ненавистью, мог стать отличным помощником в деле…

– Не думал, что доживу до битвы, – хмыкнул Коржик. Лицо воина покрывала запекшаяся корка ожога. Наемник пострадал при пожаре в Дубно и только чудом сохранил оба глаза.

Каждый в десятке Урмана находился при деле: чистил оружие, штопал куртку или собирал хворост. Серый отмерял щепотками крупу из мешочка. В почерневшем котелке закипала вода, пузырьки вырывались на колеблющуюся поверхность. Красноватое пламя облизывало выпуклое днище, низко по земле стелился вкусный дым.

– Долго же мы сюда добирались!

Военный лагерь занял целое поле. Местные рощи пошли на сруб ради костров и строительства укреплений. На полях Дубно собралось не менее сорока тысяч солдат. Наемники с Рюгена, охочие люди из местных, отряды вольных гильдий, ополченцы, казалось, здесь собрались мужчины со всего мира. Гильдии стояли отдельным лагерем с частоколом и вышками. К другим солдатам они относились с презрением и не подпускали ближе.

– Что это за гильдии? – спросили Мария. Парень один из немногих в полку был грамотным.

– Слышали про Дикие кланы? Не все из них были настолько свирепы, что не смогли жить рядом со словенцами. Часть из кланов переметнулась на сторону городов. Вольные гильдии – очень старые организации со своими порядками. Они рассеяны по городам, никому не платят налогов, подчиняются только нанимателю.

– Они мне уже не нравятся, – заметил Урман. – Как только консулы терпят непотребство!

– Лига слаба, она всё стерпит, – ответил Серый. – Все эти города, пышные титулы, всеобщие законы – игры в песочнице. Поэтому они так испугались короля. Как же, кто-то догадался, что единая Лига миф!

Каждый из отрядов строился отдельно при собственном знамени и командире. Крики солдат и прислуги далеко разносились по округе. Спорили и дрались за место стоянки, хворост, воду, доходило до ножей. Верховный консул Лиги Манфред в бессилии разводил руки. Хуже всего было, что конные части дворян не пришли. Поморское рыцарство отказалось воевать против Железного короля.

Дела обстояли хуже, чем выглядели на первый взгляд. Полковник Карась пришёл с общевойскового совета злым и расстроенным. Он собрал низшие чины перед палаткой и выдавил из себя речь:

– Ребята, смотрите не позорьте полк, иначе больше заказов не будет. Все как один за Перемогу! До последнего стоять! Пужаться не надо, враг тоже пуганный, нас вона, сколько собралось, так что вместе, в едином порыве, и побежит. Обязательно побежит, иначе и быть не может! А пока, всем двойное жалование!

Урман задержался дольше других. Рыцарь не сводил глаз с фальшивого выражения лица полковника. Карась перехватил взгляд

– А, Урман! Иди, напейся, пока есть время. Легкие деньги нельзя держать в кармане.

– Что-то случилось?

– Они! – Карась ткнул пальцем вверх. – Слишком заигрались в республику!

На обеде Урман был непривычно молчалив. Из головы не шло расстроенное лицо полковника. То, что Карась мошенник и наживался на любой неприятности ни от кого не было секретом. Но тут либо и на него нашлась управа, либо что-то случилось. Рыцарь не знал к кому обратиться: Марий был умён, но они после Дубно они перестали общаться. Оставался Серый.

– Ты слышал какие-нибудь слухи? Говорят, – блефовал Урман. – Что в тылу неспокойно.

Серый сузил глаза. «Он не тот, за кого себя выдаёт, – подумал рыцарь. – Кто же ты такой? Шпион, странствующий рыцарь или бывший разбойник»?

– Помнишь, мы смеялись над Алыми отрядами? В Дубно их вырезали подчистую, но, похоже, кто-то сумел ускользнуть. Сегодня, не спрашивай, откуда я знаю, передали с посыльным. В нескольких городах словенцы подняли бунт. Режим консулов висит на волоске.

После обеда Марий отошёл от костра. Десяток больше не был родным домом. К тому же мешали плохие воспоминания. Пожар в Дубно, побоище, глупый старик Корза и идеалистка Малуша. Даже если они вдруг и уцелели в кровавом хаосе, то при следующей встрече будут с ним по разные стороны баррикад.

«Зачем я наговорил столько гадостей, Урману? Когда сам ничем не лучше»! – переживал Марий.

Куда ни глянь – группами по пять-десять человек разместилось войско. Дымились сложенные костерки, вяло, как дворовые псы, переругивались сытые солдаты.

Предгорья поросли лиственным лесом. Между холмами расположилась равнина – ровное поле, заросшее пыреем. Впереди вился сизый дым вражьих костров. Марий смотрел вдаль, с обрыва, и думал, что там сидят точно такие же молодые парни, уверенные в завтрашнем дне. Беды приключаются только с другими.

На душе было погано. Марий вспомнил бодрый настрой первого месяца похода. «Моя судьба в моих руках»! – Какой пафос! Стало неловко за напрасные надежды. Сколько уже прошло времени? А он всё ещё грязный наемник. Вильям не зря так пренебрежительно отзывался о псах войны. Отец. Милые Старые Тубы. Спокойная жизнь. Уверенность в завтрашнем дне. Но нельзя забыть гнёта! Всю жизнь Марий был ведомым, сначала вела мать, пока не умерла, потом отец, жесткий и донельзя суровый. Вильям желал монаха в семье, не оставив выбора. И вновь чужие руки, Урмана, воина справедливости. Единственное самостоятельное действие – побег – провалился.

– Чего пригорюнился, солдатик? – парень услышал насмешливый женский голос. Сзади незаметно подкралась девушка-воин в размалеванном драконами фигурном доспехе. «Какие у неё зеленые глаза»! – подумал он с восхищением. Большие миндалевидные глаза на бледном лице затягивали, словно в бездну.

– Трусишь, верно?

– Нет, – прохрипел Марий, горло пересохло, мысли путались как у пьяницы. «Неужели я такой идиот? Почему какая-то девка заставляет чувствовать меня ребенком»? – нахмурился наемник. Глаза… такие глаза не могли быть обычными! Парень отвёл взгляд и посмотрел чуть ниже, на уголки чёрных губ.