Чтение онлайн

Кроме того, желтый (часто вместе со змеем) создает искажения в системе связей между телами, и в возникающей путанице энергетических потоков появляются сначала легкие, а потом и сильные дисбалансы, проявляющиеся в разнообразных болезнях, причины которых отыскать и устранить очень трудно, так как они не локализованы ни в одном из тел.

Черный стремится заменить все гибкие структуры тел жесткими, защищаясь от неведомой, но грозной опасности. Телам он придает ригидность и оформляет их в панцирь. Аналогично, он делает жесткими связи между телами, как бы известкуя каналы изнутри, отчего они сужаются, а иногда перекрываются вовсе.

Влияние черного на физическое тело часто выражается в ограничении свободы движений, которые ощущаются как резкие и угловатые; это особенно проявляется в мимике лица, часто похожего на неподвижную жесткую маску.

На эфирном теле черный создает ограничения энергетическим потокам, направляя их по четко определенным руслам и стараясь перекрывать все остальные. Черный очень неравнодушен к диете человека, часто заставляет его есть мясную и острую пищу, при злоупотреблении которой возникают некоторые болезни желудка, например, гастрит.

Влияние черного на астральное тело часто выражается в жестких эмоциональных установках и проявлениях, например, человек не может искренне радоваться, если у него все в порядке (в его понимании). Вообще в современной цивилизации ригидность астрального тела обычно не считается недостатком (как ригидность любых других тел, кроме ментального), хотя реально она чрезвычайно мешает человеку жить, делая его эмоционально-агрессивным и нечувствительным во многих сферах.

В ментальном теле черный дает догматизм мышления и жесткость, часто до примитивности, ментальной картины мира. С таким человеком трудно разговаривать, он слушает только то, с чем согласен, а его аргументация кажется бронебойной и часто непримиримой; вообще не нужно недооценивать ментальную агрессию — она не менее действенна, чем астральная (эмоциональная) и физическая.

Влияние черного на каузальное тело может выражаться в жесткой регламентации потока событий его внешней жизни и способа отношений к ним.

Такой человек будет отчаянно сопротивляться любым попыткам как-то нарушить имеющийся у него стереотип внешней жизни, а если это по воле обстоятельств происходит, будет сам для себя долго делать вид, что все идет по-старому — или впадет в отчаяние, сильную депрессию и какую-нибудь фобию.

В буддхиальном теле черный создает жесткую систему мировоззрения и твердых как алмаз жизненных позиций и установок, которые часто имеют мало отношений к конкретной жизни человека, но постоянно проявляются в его характере, который будет тоже, что называется, твердым, часто до откровенного упрямства.

В атманическом теле черный может дать религиозный фанатизм — приятие только своей веры и ненависть ко всем, ее не разделяющим; также возможно фанатично-жесткое отношение к своим духовным учителям и ученикам. Если такой человек осознает (или вообразит) нечто, как главную цель своей жизни, он сочтет, что человечество обязано разделиться на две категории: первая расступится и освободит ему дорогу к этой великой цели, а вторая станет верными слугами и помощниками в ее достижении (незначительная оставшаяся часть народонаселения, не охваченная первыми двумя категориями, для простоты может быть уничтожена в концлагерях или по ходу священной войны за идею).

Влияние змея на все тела человека многообразно; он вредит самыми изощренными способами, не гнушаясь никакими средствами (например, в момент родов он перекручивает пуповину вокруг шеи ребенка, пытаясь его удушить).

В физическом теле змея, в частности, очень привлекает кишечник, начиная от несвоевременного урчания в животе в ответственных социальных и интимных ситуациях и кончая систематическими запорами (которые змей устраивает, плотно обвиваясь вокруг кишок) или, наоборот, поносами, начинающимися также обычно в самый неподходящий момент.

Змея очень привлекает возможность путать каналы связи между телами, в частности, между эфирным и физическим, что проявляется по-разному, например, в форме искажений аппетита: человеку хочется есть то, что ему не нужно и даже вредно, или наоборот, он не принимает необходимую ему пищу, причем змей не упустит случая, обернувшись Авиценной, порассуждать об инстинктивной, но глубочайшей мудрости человеческого тела, которое само знает, какое питание ему необходимо. Разумеется, о собственных наводках змей при этом скромно умолчит. Другая любимая тема змея в эфирном теле — это сексуальные отношения (или воздержание) для здоровья. Количество демагогии, вылитой в печатном виде Большим Змеем на публику в виде разнообразных сексуальных рекомендаций и пособий (в том числе наглядных) не поддается учету. На сексуальной энергетике построена большая часть рекламы, и без женского бюста подобающей величины трудно купить даже годовой календарик. Автор, конечно, не смеет идти против идеи всеобщего и тотального сексуального раскрепощения, но должен заметить, что не все так просто: возникающую сексуальную энергию пожирает как раз тот, кто ее освобождает, — в данном случае это Большой Змей.

В астральном теле змей соблазняет человека пиршеством эмоций, особенно связанных с любовью. "Человек создан для счастья, как птица для полета!" — кричит он голосом Виссариона Короленко. "Умри, но не давай поцелуя без любви!" — потрясает он всей романтикой последних пяти веков. При этом под счастьем и любовью понимаются нездоровые аффективные состояния астрального тела, выдаваемые змеем за высшую цель и ценность человеческой жизни.

В ментальном теле змей устраивает логику шиворот-навыворот, умея обосновать и доказать все, что угодно, и если человек поддается змеиным влияниям, он становится искренним демагогом и лицемером, с которым практически невозможно нормально разговаривать, поскольку он увлекает собеседника в ментальные пространства без правил и законов, где все возможно и все обосновано, вот только обоснования почему-то не имеют никакой силы.

В каузальном теле змей ловко путает внешние и внутренние события, подстраивает ненужные дела и провокационные встречи, в изобилии дает разнообразные, по большей части ложные предчувствия и предвидения, отчасти где-то правильные, по принципу "слышал звон, да не знает, где он", да и характер звона тоже воспринимается искаженно.

В буддхиальном теле змей, начитавшись великого Фрейда, обожает выводить все текущие проблемы человека из двух кардинальных моментов: во-первых, его мать кормила его сначала левой грудью, а потом уже правой, в то время как нужно было наоборот, и поэтому младенец по ночам горько плакал, а во-вторых, отец, накачивая (да еще насосом, можете себе представить) при ребенке свой велосипед, имел обыкновение закатывать (будто бы по случаю жары) свои тренировочные штаны до колен, обнажая волосатые (sic!) ноги, отчего у ребенка, сами понимаете, и возник глубочайший эдипов комплекс. Вообще в буддхиальном теле змей любит дешевые обобщения всеобъемлющего порядка.

Основной архетипический сюжет семейной пары в редакции змея может звучать, например, так (жена говорит мужу): "Я наконец-то все поняла! Ты — причина всех моих несчастий и послан мне на погибель!" (Слово "все" в первой фразе означает выход в буддхиальный план, в данном случае, правда, под руководством змея).

В атманическом теле змей занимается религиозной профанацией и различными искушениями религиозно-философского порядка. "А все-таки был Христос Богом или человеком?", "Зачем Абсолют творил проявленный мир?" и подобные вопросы задаются змеем так, что вести обсуждение на соответствующем (атманическом) уровне практически невозможно, и оно быстро деградирует до жонглирования ментальными конструкциями, за каковое занятие социум, впрочем, охотно платит деньги, не имея часто иной возможности (и желания) приобщиться к истинной религиозности.

Серый пытается окружить все тела человека вампирическим облаком уныния и безнадежности. В физическом теле серый дает, например, вялость мускулатуры и слабость движений в целом — человека хочется послать на стадион или к (линейному) массажисту. В болезнях внутренних органов, связанных с воздействием серого, также может проявляться характерная общая вялость, недостаточное кровоснабжение и т. п. Видимо, болезнь, именовавшаяся в прошлом веке бледной немочью, есть следствие прямой атаки серого на физическом плане.