Чтение онлайн

— Знаешь, тогда я впервые понял, что и в нашей обыденной жизни люди способны на такие поступки, которые называют подвигом, — сказал Лукин. — Способны рискнуть всем ради других… Потом такие ситуации были не раз. К счастью, всегда обходилось без человеческих жертв, все живыми и невредимыми возвращались домой. Но ситуации такие заставляют как-то по-новому и на свою жизнь взглянуть, и на работу, да и на Арктику.

Однажды весной – это было в 1973 году – во время одного из полетов океанологи Илья Павлович Романов, Валерий Лукин и командир Ли-2 Лев Афанасьевич Вепрев заметили огромный остров-айсберг площадью 10 квадратных километров. А через несколько дней, не зная об их находке, на айсберг наткнулся другой ледовый разведчик – Василий Иванович Шильников. Так что два сообщения прибыли в Арктический и антарктический научно-исследовательский институт почти одновременно.

В Ленинграде находке, конечно, обрадовались. Ведь ледяные острова – большая редкость. Об этих удобных «платформах» для дрейфующих станций можно только мечтать: надежные, прочные, полярники чувствуют себя на них, как на земле. К тому времени только три станции – СП-6, СП-18 и СП-19 – путешествовали на ледяных островах. Остальные – на паковых льдинах. Они в любой момент могут расколоться и в любой момент может понадобиться срочно эвакуировать станцию с небольшого осколка льда, где и «аннушка» с трудом сядет… Как раз к этому времени закончила дрейф станция СП-19. Она слишком близко подошла к проливу Фрама, через который льды попадают в Атлантику и там тают, ее вынуждены были снять. Только СП-21 на обычной непрочной льдине работала в океане.

Остров нашли в апреле, а уже осенью ледокол «Владивосток» и дизель-электроход «Капитан Кондратьев» двинулись на север Чукотского моря с грузами для новой советской дрейфующей станции «Северный полюс-22». Всего несколько дней понадобилось, чтобы высадить на остров двадцать вторую СП. Руководил высадкой и строительством новой станции заместитель начальника экспедиции «Север-25», а в недавнем прошлом начальник комсомольско-молодежной дрейфующей станции СП-19 Артур Чилингаров. Потом его сменил начальник первой смены полярников на СП-22 Владимир Мороз.

13 сентября 1973 года СП-22 была открыта.

Главную площадь станции в честь моряков-дальневосточников полярники назвали площадью Владивостока. Постепенно целый научный городок вырос на ледяном острове. На площади Владивостока расположились главные строения станции – кают-компания, дизельная, баня, домики начальника и доктора. Никто не знал, сколько лет суждено просуществовать этой станции. Но строили прочно, основательно, с любовью.

А теперь все домики, кроме кают-компании, разобраны на щиты и лежат около взлетной полосы. Мы их грузим на Ан-12, и он доставляет их за 1900 километров отсюда, на один из самых северных островов Восточно-Сибирского моря – остров Жохова. Там Арктический и антарктический институт строит базу для снабжения дрейфующих станций.

— У нас за восемь с половиной лет скопились приборы, инструменты, различные запчасти, которые еще не один год могут служить нашим товарищам и нам самим в новых арктических экспедициях, — сказал Валерий Лукин. — Мы решили все вывезти на остров Жохова, откуда грузы будут доставляться на дрейфующие станции. Порой на зимовке не хватает какой-то мелочи, а из-за нее посылать самолет в Ленинград не будешь. Да и любой килограмм груза, доставленный из Ленинграда на Северный полюс, становится золотым.

Вывезти все необходимое для будущих дрейфующих станций можно еще и потому, что на СП-22 полярники создали прекрасный аэродром, на который могли садиться любые самолеты. Не раз на станции совершали посадку Ил-18, Ан-12, Ан-26.

— Ни на одной из дрейфующих станций не было такого великолепного аэродрома – говорили летчики. — Здесь не хуже, чем в Пулково.

На этот аэродром садились самолеты, как бы далеко станция ни уходила от берегов нашей страны. А где она только не побывала за эти годы! У берегов Канады и над подводным хребтом Ломоносова, почти на самом Северном полюсе и севернее острова Генриетты.

— Сейчас наш айсберг находится в четырехстах километрах от Гренландии. — Лукин сел за вычислительную машину и спросил: – Хочешь, подсчитаем, сколько километров прошла наша станция?

Машина защелкала и выдала через некоторое время цифру: 17069 километров. Это тоже своеобразный рекорд станции, рекорд, к которому ни одна станция за 45 лет даже близко не подошла. Но главное – эти километры пролегли по совершенно необычному пути.

Хотя дрейфующие станции «Северный полюс» начинают свою жизнь примерно в одном районе – севернее острова Врангеля, но идут потом двумя «столбовыми дорогами». Одна из них – от берегов Чукотки к проливу Фрама, разделяющему Шпицберген и Гренландию. По ней обычно идут станции «Северный полюс». Этим путем огромный трансарктический поток выносит льды океана в Атлантику. Вторая дорога – гигантский антициклонический круговорот. В нем, в притихоокеанской части Арктического бассейна, льды двигаются по часовой стрелке, огибая огромные пространства. Ни одной из дрейфующих станций не удавалось замкнуть круг. Первой это сделала СП-22. 22 января 1979 года станция вновь пересекла 168-й градус западной долготы. А потом пошла иной дорогой – повинуясь трансарктическому дрейфу. Он и стал выносить ее в 1982 году к проливу Фрама, где заканчивали свою работу многие СП. Теперь станция шла по пути папанинской льдины.

Так что есть у СП-22 еще один рекорд. Она единственная из всех дрейфующих станций прошла двумя этими путями. И ее дрейф оказался чрезвычайно интересным для ученых.

— На нашей станции полярники изучали планету от космических высот до океанских глубин, — сказал Лукин.

Самая важная задача дрейфующих станций – передавать сводки погоды из тех районов, где на тысячи километров кругом нет ни одной полярной станции. Все эти годы восемь раз в сутки сводки погоды уходили с СП-22 на Большую землю. Представьте себе: 25 тысяч таких сообщений передали радисты станции-долгожительницы. Без них синоптики не смогли бы составлять прогнозы погоды ни для трассы Северного морского пути, ни для огромных районов Заполярья, ни для всего северного полушария.

Впервые на станции «Северный полюс-22» была установлена аппаратура для приема с искусственных спутников Земли карт распределения льдов в самом северном океане. Впервые здесь были выполнены работы по наклонному зондированию ионосферы. С помощью специальной аппаратуры полярники изучали распространение коротких радиоволн на трассе СП-22 – остров Хейса, где работает обсерватория имени Эрнста Теодоровича Кренкеля. На станции СП-22 океанологи работали подо льдом. Около тысячи погружений с аквалангом совершили они, изучили подводный рельеф льда, определили, с какой скоростью он стаивает и нарастает. С аквалангом работали на СП-22 и гидробиологи. Они подробно изучали жизнь обитателей глубин, продолжая исследования, начатые на первой дрейфующей станции Петром Петровичем Ширшовым.

Около тысячи полярников провели исследования на СП-22 в разные годы. Для многих из них ледяной остров стал привычным местом работы, куда они возвращались снова и снова, как возвращаются люди в какой-нибудь далекий заполярный поселок, отдохнув на материке. Среди полярников девятой смены – тоже много старожилов. Не первый раз встречаю я на СП-22 начальника радиостанции Анатолия Стоялова, врача Геннадия Горбунова, аэрологов Кира Гоби и Анатолия Комарова.

…Несколько дней назад мы сдирали с крыши одного из домов резину. Резина на морозе становится твердой, как металл. А сейчас морозы – под сорок. Попробуй отдери. Какой чудак ее на крышу постелил?

— Сразу видно: с любовью кто-то дом строил, — сказал аэролог Борис Борзенко. — Позаботился, чтобы летом не протекало.

Тут летом знаешь какие реки и озера? Без резиновых сапог не обойтись. Нам даже приходилось переправы из досок строить. Каждое лето на айсберге наводнение. Лед тает, и дома стоят словно на пьедесталах. Когда Борис первый раз прилетел на СП-22, дом аэрологов стоял вровень со льдом. А теперь к нему ведут семнадцать ступенек. Многие дома теперь как на горе: кают-компания на пьедестале высотой метра два. А я помню как несколько лет назад она почти полностью была занесена снегом и к двери приходилось спускаться по лесенке.