Чтение онлайн

Управляет городом — государством Великая Лакшми. Прекрасная, всемогущая, мудрая правительница. Имеет восемь рук для скорости и верности правления. Восседает на троне в виде лотоса в память о своем рождении".

Я окончила читать историческую справку и захлопнула путеводитель. Мои спутники сидели с открытыми ртами, включая Лушу, и восхищением во взглядах.

— Чего рты пораскрывали? — съехидничала я. — Забыли, где находитесь? — ответом мне было мечтательное молчание. Я отмахнулась и подошла к окну:

— Ребята! А ворота — то и вправду золотые! — удивленно констатировала я, уставясь на стены великого Града Восходящего Солнца.

Посетить сей славный город решили все. Даже Луша выказала желание познакомиться с кошкой зазывалой:

— Для обмена опытом, — выдала моя любимица и, гордо задрав хвост, направилась с нами к воротам. Никто из нас не понял: о каком опыте шла речь, но мы решили не обращать внимания на такие мелочи.

Широко распахнутые огромные золотые ворота слепили на ярком солнце. Дашка нахмурилась и тут же наколдовала всем нам солнцезащитные очки:

— Чтоб морщин не было, — прокомментировала подруга свой подарок.

На входе в город сидела миленькая черная киска без хвоста и умывалась левой лапкой.

— Интересно, — сработало Дашкино любопытство, — это она нам лапкой машет или просто умывается?

— Вот, хоть бы один нормальный человек зашел! — Кошка прекратила свое занятие и уставилась в нашу сторону. — Почему все люди думают, что я только как зазывала здесь сижу? Мне что и мыться теперь нельзя? Мало того, что кто — то выдумал "приглашение от кошки", так еще и издевается каждый! — Манеки Неко зашипела и пересела подальше от надоедливых посетителей.

— И ее еще надо за это гладить! — возмутилась я и покосилась на Лушу.

— Плохое настроение и проблемы бывают не только у людей, — отрезала моя кошечка. Коллективно пожав плечами, мы вошли в Град Восходящего Солнца.

Нас встречало солнце, которое вставало со всех сторон одновременно. Яркие разноцветные домики с загнутыми крышами и расписными ставеньками. Многочисленные лавки и магазинчики со снующими туда — сюда покупателями и продавцами. Люди, которые все время улыбались. Питейные и игорные заведения на каждом углу. Все это не могло не радовать глаз. Хотелось петь и кричать от счастья, которым наполнялся постепенно каждый из нас. Мы пялились на это буйство красок, широко улыбаясь и заглядывая в глаза друг друга. Хотелось обнять весь мир!

— Боже, как хорошо! — не удержавшись, воскликнула я, воздев руки к небесам. — Я люблю и любима! Я счастлива!

— Дашенька, ты такая милая. Все твои недостатки — такая мелочь! — издал возглас Орландо и сгреб Дашку в объятья. Та и так светилась от переполнявшего ее счастья, а теперь можно было подумать, что в Граде Восходящего Солнца не три, а четыре суперприбора для освещения. Луша ластилась и терлась о наши ноги, радостно мурлыча. Андрей скромно улыбался и краснел. Таким я помнила своего мужа только во время наших первых свиданий. Я бросилась на шею любимому и, радостно визжа от восторга, повисла на нем.

Нашу счастливую идиллия прервал один из проходивших мимо горожан:

— Гости дорогие! Проходите скорей ко мне в дом! Отведайте изысканных блюд и вина из моих погребов. — Мы ответили на его призыв радостным киванием голов, и дружной толпой ввались в его миленький домик.

Внутри дом тоже оказался веселым. Весь в резных разноцветных узорах, украшенный фонариками и гирляндами, он казался новогодней елкой, а не жилищем. От всего этого великолепия страшно мельтешило в глазах и отвлекало от происходящих событий. А происходило следующее: хозяин гостеприимного дома неожиданно перестал улыбаться! С тоской глядя на наше неуемное веселье, он вздохнул и полез в погреб. Оттуда извлек крынку с молоком и буханку черствого хлеба с плесенью по краям, выставил все это богатство на стол и, уже широко улыбаясь, пригласил отобедать.

Мы умяли за обе щеки предложенное угощение, не заметив подвоха, поблагодарили гостеприимного хозяина и двинулись дальше.

Нас приглашали и приглашали дружелюбные горожане, кормили, поили и отпускали восвояси. Мы счастливо уминали предложенную провизию и не видели ничего, кроме радости вокруг себя. Только Луша все больше хмурилась и уже не мурчала.

Через часа три такого аттракциона невиданной щедрости есть мы уже больше не могли. Но нас продолжали затаскивать, практически насильно, в каждый дом и пичкать продуктами. Луша уже начала шипеть на желающих нас накормить.

Когда мы выкатились из очередного гостеприимного дома, Луша, оглядевшись, быстро затолкала нас лапкой в какое — то широкое каменное помещение с высокими потолками и колоннами, поддерживающими этот самый потолок. Самое любопытное, что было в этом месте, что оно было полностью темным и наполненным звенящей тишиной!

— Мы где? — почему — то шепотом спросила Дашка, все еще пребывая в состоянии эйфории.

— В каком — то доме, — объяснил Орландо. — А почему шепотом?

— Так ведь послушайте: как здесь тихо! — Дашка отозвалась чуть громче.

Немного придя в себя, мы огляделись. Эйфория потихоньку уходила, уступая место стыду и дискомфорту по поводу греха чревоугодия.

— Луш, — позвала я, — а где мы находимся? Ты же лучше видишь в темноте. Расскажи нам.

— Откуда я знаю! — огрызнулась кошка. — Вы лучше глаза разуйте и посмотрите вокруг!

— Так мы в темноте не видим! — возразил Андрей. Луша возмущенно зашипела:

— Человек — высшее существо! Надолбни! Я образно говорю по сторонам посмотреть: на местных жителей и их поведение. Вам не кажется странным то, что мы радуемся, как дураки. А жители, между прочим, как только на них не смотрят, грустят и вздыхают! Да и почему в таком богатейшем государстве путников кормят молоком и черствым хлебом, бывает еще, правда, плесенью, — подумав, добавила киса. Мы задумались.

— А я и не видела, — фыркнула Даша.

— И я, — согласился Андрей.

— И я, — согласно кивая, я развела руками.

— А я видел, но думал — так надо, — выдал Орландо.

— Если ты и Луша все видели, почему нам не сказали! — возмущенно зашипела подруга.

— А вам говорить все равно бесполезно было, — выдала Лушенька, — вы, как слепые котята, впитывали в себя радость и счастье и ничего не хотели знать! Ведь этот город для этого и создан. И больше того, живут в нем только люди, сбежавшие от земной жизни!