Чтение онлайн

— Она ведь специально кинулась под колёса, возможно, ушибы не такие страшные и этот лекарь с ней в сговоре, с такими травмами больных на несколько дней обязаны оставлять под присмотром в госпитале, это всё театральная постановка, но выгнать её мы теперь долго не сможем.

— Да, специально, и завтра вывезу Елену из нашего дома на квартиру, пусть о ней заботятся служанки. У неё есть некоторые сбережения. Вчера я имел неосторожность в грубой форме сказать, что между нами всё кончено, похищенные драгоценности стали последней каплей. Вот она и решилась на очередную аферу, — неожиданно Андрей вдруг выдал негласный секрет своей подружки, признав её, да и себя аферистами.

Если он ей не верит, то это уже о многом говорит.

— В таком случае завтра нужно подать объявление в газету о найме нового штата прислуги, все прихвостни Елены, должны исчезнуть вместе с ней.

— Да, в этом вопросе я с тобой абсолютно согласен. Сделаю все объявления завтра утром, ночь хочу проспать спокойно…

Вот и первое взаимодействие, быстро он переобулся, но его «верность» стоит очень дёшево.

Глава 23

Хочет он меня, перехочет…

Мне «навещать» Елену не то, что не хочется, а противно. Она прекрасно знает, как я к ней теперь отношусь. После падения с лестницы она безжалостно спровоцировала мой отъезд в монастырь, невзирая на ужасное состояние и самочувствие. Я намерена поступить с ней так же.

Андрей, не задерживаясь, поднялся на третий этаж, тоже не горя желанием встречаться с бывшей любовницей.

Забавно, но появилась весьма дельная мысль, что я устрою этот дом по принципу доходного, муж продолжит жить у себя на этаже, платить аренду и тем содержать меня, если, конечно, у семейства Гринёвых нет никаких тайных счетов, о каких много раз упоминал Гриша.

Елену выдворим в ближайшие сутки, я займу второй этаж полностью, а на первом останутся, так сказать, общие и хозяйственные помещения.

Это решение показалось совершенным.

Мы с Андреем с этого эпохального вечера просто соседи…

Если бы не предстоящая встреча с графом «Дракулой», то можно было бы начать праздновать маленькую победу.

Горничная помогла мне раздеться, подала лёгкий ужин и вышла. Всё молча, и я даже не поинтересовалась, как себя чувствует Елена. Мне всё равно.

Однако, когда первый «приступ» эйфории по поводу принятых решений отпустил, я вдруг поняла, что не всё так просто. Найти свободную квартиру — настоящая проблема, Елена всё просчитала. Это здорового человека легко выдворить за стены дома и забыть. Но лежачую больную, какой она явно притворяется, практически невозможно…

Если вокруг маленького семейного скандала образуется шумиха, то мы снова окажемся в серой зоне общества, а этого допускать категорически нельзя.

Но одно простенькое и весьма эффективное решение есть поняла, что переговоры с мужем придётся продолжить прямо сейчас, ведь завтра утром может быть поздно.

Накинула плотный халат, расчесала волосы, умылась и поспешила на третий этаж, постучала в его спальню, надеясь, что он не примет поздний визит за прощение и романтическое примирение.

— Да, одну секунду… — открыл дверь и замер в удивлении, ожидая увидеть на пороге кого угодно, только не меня. — Ты? Прости, не ожидал…

— Я по важному делу. Возможно, скажу сейчас жестокую правду, но Елена нас переиграла. Мы не подумали о проблеме в деталях. Даже если это профанация и она не пострадала на самом деле, то на доказательство этого факта уйдёт время. Второе, если мы решим её выселить, то найти быстро квартиру, задача почти непосильная. Я, конечно, попытаюсь, но вряд ли что-то получится в ближайшие дни. Она добилась своего и отсрочила изгнание…

Андрей помрачнел и вернулся в свою комнату, впуская меня, чтобы не вести непростой разговор при открытой двери.

— Что ты предлагаешь?

— Первое, завтра же дать объявление, чтобы нанять новых слуг, второе переселить Елену на первый этаж в одну из пустых комнат прислуги, к такому шагу никто не сможет придраться. Ни лекарь, ни репортёры, каких она тоже могла бы натравить. Мы как бы поступаем во благо, ведь для лежачей больной первый этаж удобен. И третье, с этого знаменательного дня дом станет доходным. Тебе за арендную плату я сдаю третий этаж, и тем смогу жить без супружеских обязательств между нами. Елене, естественно, тоже придётся платить, никаких благотворительных актов для воровки. Я полностью займу второй этаж. Так, мы сохраним лицо, и в то же время освободим друг друга. На дверях, что ведут на наши этажи, поставим новые замки. Вот и всё. Поверь, потеряв власть, наша навязчивая подруга сама в скором времени решит съехать, я устрою ей не самые приятные условия…

Несколько секунд потребовалось мужу на осознание моего грандиозного плана, и он, наконец, улыбнулся.

— Откуда в тебе это?

— Что, — не поняла, внезапного скачка с темы о расселении и разделении, на мою личность.

— Прагматизм, хитрость и ум. Ты сейчас переиграла саму Елену, признаю, ход гениальный, но я бы не хотел делать замок между нашими этажами…

— Ты его сделал в тот момент, когда отвёз меня в монастырь. Кстати, я ведь тоже ударилась головой, потеряла память и очень плохо себя чувствовала, но это вас не остановило. Так что, когда будешь переселять Елену, помни об этом, и я могу ответить ей тем же, сослав в госпиталь, а вещи сдать в камеру хранения. Это уже мой личный запасной план, и я в большей степени склоняюсь к нему. Поверь, могу заставить её рыдать от боли, потом позвать настоящего лекаря и попросить о госпитализации, потому что не можем ей оказать достойный уход.

Он вдруг встрепенулся, его эта мысль возбудила, честное слово я почуяла какой-то всплеск эмоций, неужели его возбуждают стервы?

— Давай так и сделаем. Прояви свою эту тёмную силу и…

— Сударь, вы на что меня подталкиваете? Я не такая… Не ведьма и не злодейка! Это вынужденная мера…

— Нет, ты именно такая. Я не инквизитор, но теперь ощущаю в тебе тёмную силу, о которой Елена как-то заикнулась, сказав лишь, что ты тёмная ведьма, и что тебя нужно держать в чёрном теле, чтобы не проявилась ужасная, губительная сила. Дословно не помню, но что-то вроде того, она с самого первого дня в пансионе была обязана присматривать за тобой…

Его слова прозвучали спокойно, со слегка загадочной интонацией и нотками невинности, мол, я в этом деле вовсе сторона…

Но по мне они ударили жестоко и наотмашь:

— Стоп! Это что я сейчас услышала? Она приставлена ко мне как надсмотрщица? И ты только сейчас об этом говоришь?

— Прости, я думал, что ты об этом знаешь, в смысле помнишь. И потому избавляешься от неё с неистовым рвением.

Меня эта новость не просто потрясла, он меня встряхнула. Я же была уверена, что Елена — обычная подружка-пиявка, а на самом деле она моя надзирательница? Усталость как рукой сняло, адреналин взбодрил и добавил энергии, а вместе с ней и излишнюю импульсивность, всё это фантомные телесные реакции от Насти, абсолютно не свойственные мне настоящей.

Делаю несколько шагов по спальне мужа, сцепив пальцы замком, пытаюсь припомнить хоть что-то, но увы, все «данные» вытеснены в глубокое подсознание или спрятаны намеренно, потому что вообще ничего эдакого не могу припомнить.

И я сдалась, признав мужа единственным свидетелем:

— Боже мой, каждый день какие-то странные тайны. Чего ещё я не знаю и о чём ещё предпочла забыть? — мой вопрос загнал Андрея в затруднительную ситуацию, сама понимаю, что сейчас не время вспоминать всё из нашей непростой тройственной жизни и, кажется, я срочно должна всё выяснить обычным расследованием, но не сейчас. Невероятным усилием воли собираюсь и продолжаю более спокойно. — Надо же, она моя опекунша. В любом случае ей в этом доме больше не рады. Я уже не нуждаюсь в опеке, особенно от такой стервы, как Елена. Либо первый этаж, либо госпиталь… И не забудь завтра дать объявление о слугах.