Враг моего отца похитил меня
Шрифт:
К счастью (или к своему несчастью), на пол я не упала, а свалилась на кровать, которая находилась рядом. И она, оказывается, не была пустой. В ней кто-то спал, и этот «кто-то» сразу проснулся, среагировав на моё вторжение.
Моё горло обхватила крепкая рука, и я оказалась опрокинутой на кровать, а тот, кто схватил меня за горло, навалился сверху, заблокировав любое моё движение.
Я начала задыхаться… Не только потому, что меня держали за горло, но и из-за того, что на меня давила довольно таки массивная туша. И я сразу поняла, кому эта «туша» принадлежит. Я попала в крепкий захват Марата, и он готов был меня убить…
Потому что, кажется, я что-то напутала…
Я сразу это поняла.
А именно я поняла, что Марат не разговаривал с отцом… Точно не в реальной жизни, а во сне.
А я вошла в его спальню и потревожила его сон.
Поэтому, если он сейчас меня убьет в темноте, я сама буду в этом виновата. Потому что он, скорее всего, ещё сонный и не отошел от своего кошмара, а я нагло потревожила его, буквально прыгнув в его кровать.
– Ма… Ма-рат…, - выдавила.
А затем из коридора послышалась какая-то суета. Кто-то бегал возле двери хозяина дома, о чём-то перешептываясь.
Дальше, в дверь спальни Марата последовал резкий стук, а затем она без разрешения отворилась. Я увидела в проеме двери охранника, который меня сопровождал к кухне. И поняла, что к ним наконец-то дошло, что они меня потеряли и поэтому начали искать.
– Марат Давидович, девушка…, - начал охранник, но запнулся, увидев меня под Маратом. Он тоже меня заметил, благодаря свету из коридора, который поступал через открытую дверь.
– Ты…, - сказал растерянно, а затем опустил взгляд на свою руку, которой сжимал моё горло. А я едва уже дышала. Кажется, это было более чем очевидно, потому что Марат резко одергивает свою руку, наконец-то позволяя мне вдохнуть. – Вышел! – рычит он в следующее мгновение и охранник тут же исчезает, прикрывая за собой дверь.
Марат отклоняется от меня, тянется куда-то в сторону и спустя мгновение, комнату заполняет тусклый, мягкий свет.
Теперь я снова вижу Марата, а он меня. Мужчина не спешил покидать моё почти бездыханное тело, а продолжал нависать сверху. Правда теперь он слегка поубавил давление, позволяя мне двигаться и дышать на полную грудь.
– Ты как? – спросил он еле слышно, глядя на меня взволнованным взглядом.
– Я… Я нормально, - выдавила осипшим голосом, жадно хватая ртом воздух. Мне не было больно, но я очень испугалась. Настолько сильно испугалась, что на моих глазах выступили слёзы.
Марат заметил их и тихо выругался:
– Блядь… Почему ты в моей комнате? – спросил.
– Я… Я… Я просто была в кухне. Мне не спалось и захотелось пить, - начала объяснять я. – А потом, когда я проходила мимо вашей двери, услышала голоса… Вы назвали фамилию моего отца. И я подумала, что вы разговариваете с ним, поэтому вошла.
Марат устало проводит рукой по лицу и снова матерится.
– Больше так не делай. Я мог тебя убить…
– Простите, - прошептала, и всхлипнула.
Марат снова выругался, и провел кончиками пальцев по моей шее. Возможно там остался след… Или, он просто пытался увидеть этот след.
– Испугалась? – спросил он и я кивнула. – Никто и никогда не заходит в мою спальню, когда я сплю… Тем более в тот момент когда вижу кошмары того дня. Это опасно, потому что в такие моменты я не контролирую себя. Несколько горничных уже пострадали от своей же невнимательности, - говорит он.
– Я не знала… Я просто подумала, что мой отец вышел на связь, - объяснила, пытаясь подняться с кровати. – Я не хотела, чтобы так вышло… Простите… Я уже ухожу…, - быстро сказала, пытаясь уйти, но Марат не позволил мне этого сделать.
– Нет, - сказал он, придержав меня за талию. – Останься, - просит, после чего склоняется ко мне и целует в губы.
Глава 17
Я замираю под ним. Меня словно парализует.
Его поцелуй нежный, приятный, пробивающий до дрожи…
Я чувствовала его потребность во мне. То, как он меня хотел. И то, как его ко мне тянуло.
Его прикосновения были осторожными, дыхание рваным и тяжелым, а взгляд настолько темным и втягивающим, что я просто терялась в нем.
– Ульяна, - шепчет он. И это впервые, когда он называет меня по имени.
Боже…
И это так приятно… Когда он произносит его, своим хриплым голосом.
Слыша его, моё тело тут же переполняло некой сладостной негой, которая распространялась по каждой клеточке, вызывая странные и необъяснимые мне ощущения внизу живота. Меня снова начало бросать в жар. Дыхание участилось. В груди, приятно защемило.
Нечто подобное я уже чувствовала сегодня, когда думала о Марате и о его поцелуях. Нечто подобное я так же испытывала, когда просматривала любовные сериалы, пока находилась в своей новой комнате, а Марат переживал годовщину смерти жены и ребенка.
В тот момент я пересмотрела много фильмов, и почти в каждом из них была любовная линия, был момент, когда парень с девушкой целовались, а потом оказывались в постели. На этом всё заканчивалось, было без подробностей, и я даже не догадывалась, что было дальше, потому что пока ещё не понимала отношений между мужчиной и женщиной. Но меня интересовало это. Меня интересовало то, что может быть после того, как пара попадает в кровать.
И вот, я оказалась в кровати Марата, и он хочет чего-то большего. А я не знаю что это.
– Марат, - шепчу в ответ, уловив момент между поцелуями. – Это мой первый раз…
– Я знаю, - отвечает он. Понятно дело, ведь я давно нахожусь в его плену. Откуда мне знать, что происходит между мужчиной и женщиной.
– Я… Я не понимаю что делать, - признаюсь, заставляя Марата оторваться от моих губ и заглянуть мне в глаза.
– Не думай об этом. Просто доверься мне. Расслабься и чувствуй. Делай то, что подсказывает твое тело и твои инстинкты. Я подскажу и направлю, если будет надо. А пока, просто наслаждайся, - говорит, скользнув рукой под край моей футболки и накрыв грудь.
Я выгнулась под ним дугой и громко простонала.
– Вот так, - одобрил он, снова припадая к моим губам. – И ничего не бойся… Первый раз может быть болезненным, но я буду очень осторожным, - предупредил, но я пропустила его слова мимо ушей. Не о том уже думалось. Тем более, когда пальцы Марата ласкали мой сосок.
И снова Марат начинает меня целовать. Сначала губы, потом подбородок, шею ключицы. После чего он натыкается на преграду в виде футболки и резко срывает её с меня, оголяя меня по пояс.