Чтение онлайн

– Вам без женщины нельзя, – говорила Эйзза, вторя его мыслям и всхлипывая, и руку не отпускала. – Мужчина вас не спасет, склад у вас не такой.

На первый порах хирра Мрланк ее напугал. Резкий, неласковый, в глазах – холод. Потом она догадалась, что это смерть, и страх сменился жалостью. Шитанн не справился с какой-то бедой, и гармония в его душе разрушилась. Если ее не восстановить, он умрет. Шитанн такие хрупкие… Эйззе не хотелось, чтобы хирра Мрланк умер, но что она может сделать, если он сам ее прогоняет?

Твердости Мрланку не хватило, и он пошел на сделку с собой.

– Я не могу зачислить тебя в команду на свой страх и риск, – выдавил он. – Приноси разрешение служить в военном флоте, подписанное представителем клана Ихстл – тогда подумаем.

Эйзза распахнула глаза:

– А кто же мне подпишет такое разрешение?

Мрланк вздохнул.

– Не знаю. Но без разрешения не возьму.

Салима никогда не торопилась, но день ее был насыщен. Один за другим входили в ее кабинет и выходили посетители, принося то хорошие, то дурные вести, унося с собой инструкции. Чай непоправимо остыл, она улыбнулась секретарше и попросила заменить. За окном шумел большой город. Вертолеты с включенными габаритными огнями мотались меж небоскребами туда-сюда, по многоуровневым развязкам носились электромобили. Надежное бронестекло не пропустило бы ни звука, но Салима любила держать окно открытым. Начальник охраны пенял ей за легкомыслие. Он не хотел понимать, что кондиционер не сравнится со свежим воздухом.

Не успел выйти австралийский уполномоченный, доложив о том, что степные пожары локализованы и более не представляют опасности, как в кабинет просочился юркий старичок небольшого роста, кругленький, улыбчивый, с коротким венчиком редких седых волос вокруг лысой макушки. Добрый безобидный дедушка, такого легко представить с удочкой на берегу или с толпой внуков в парке. Красный нос и веселые глазки выдавали, что дедушке не чужды те порочные радости жизни, которые не теряют актуальности к пенсионному возрасту. В общем, никто бы на этого старичка дважды не посмотрел даже в метро – разве что место бы уступили, – не будь на нем темно-синего мундира космических сил с платиновой звездой на рукаве. Мундир украшали ряды орденских планок, занимающие такую площадь, что, реши дедуля надеть ордена, небольшой поверхности его груди не хватило бы для их размещения. С момента рождения деда прошло лет двести. Немалую часть этого времени он потерял в световых прыжках многочисленных экспедиций и рейдов, но и собственный, биологический возраст главнокомандующего космическим флотом Земли перевалил за сотенный юбилей. Свой пост он занимал уже более двадцати пяти лет, оставив полеты, чтобы не выпадать из времени, но в последние годы, с появлением ГС-кораблей, порой позволял себе вспомнить молодость, выйдя в патруль.

Однако не в этот раз. Ларс Максимилиансен даже немного огорчался, что ему самому не выпало стать ни участником, ни свидетелем происшествия с «Ийоном Тихим».

– Добрый день, господин Максимилиансен, – вежливо промолвила Салима.

Дедуля картинно застонал.

– Салима, то, что у вас хватает терпения произнести мою фамилию до конца, делает вам честь. Но у меня, старика, давно не осталось терпения дослушивать, пока ее произнесут. Мы же договаривались звать друг друга по имени!

Салима засмеялась. Ей нравилось безобидно поддевать старичка. Очень уж забавно он реагировал. Брат был бы недоволен. Сказал бы: ведешь себя, как девчонка.

Но, как бы ни был забавен Ларс Максимилиансен, именно он возглавлял те силы, которые заставляли считаться с Землей куда более развитые цивилизации, экономящие на флоте.

– Докладывайте, Ларс, – предложила Салима, пододвигая ему принесенный секретаршей поднос.

Дедушка не пил чай: мол, тонуса недодает. На подносе дымились две чашечки кофе. К ним прилагалась бутылка дорогого коньяка. Кофе без коньяка – деньги на ветер, говаривал орденоносный адмирал. Он плеснул коньяк в чашку на глаз: рука была тверда, и он никогда не ошибался в дозе, – продегустировал кофе и сообщил:

– «Ийон Тихий» вернулся из патрулирования.

Салима терпеливо улыбнулась:

– Отрадно, но не вижу в этом ничего такого, чтобы заставить вас прилететь в нелюбимый вами Нью-Йорк и просить встречи вне обычного графика.

– Корабль облетал границы нашего сектора и стал свидетелем тому, как возле Нлакиса эскадра Ена Пирана расстреляла несколько десятков спасательных капсул, принадлежавших экспедиционному судну Шшерского Рая «Райская звезда».

– Спасательные капсулы? – Салима нахмурилась. – Отвратительно, конечно, с гуманистической точки зрения. Но не скажу, что это меня удивляет. По вашим же собственным словам, моральный кодекс адмирала Ена оставляет простор для зверского убийства десятка-другого пленников по поводу неудачной утренней дефекации. О чем думал капитан этой «Райской звезды», когда сунулся гъдеанам в пасть?

– А вот это как раз очень интересно, – оживленно заговорил дедуля, отставив чашку. – «Звезда» стартовала с Шшерского Рая шестнадцать лет назад, когда Ен Пиран командовал орбитальной обороной Гъде и знать не знал о Нлакисе, который, кстати, в ту пору еще не имел собственного имени. Мирное судно вышло из светового прыжка и напоролось на эскадру гъдеан. Его экипаж был не в курсе, что идет война с Гъде. Шестнадцать лет назад все, сами понимаете, было спокойно, – Ларс Максимилиансен слегка ухмыльнулся.

Салима поболтала в кофе ложечкой и кивнула.

– Как повел себя капитан «Ийона Тихого»?

– Вступил в переговоры с Еном Пираном, пытаясь убедить его прекратить расстрел беззащитных капсул. Адмирал ему нахамил. Должен отметить, что капитан Гржельчик – человек удивительной выдержки. Я бы на его месте дал по гъдеанам несколько залпов. Непременно!

Салима покачала головой.

– Ларс, вы же умный человек. Вы занимаете такой пост… Уж вы-то должны разбираться, что можно и что нельзя.

– Я и разбираюсь, – фыркнул дед. – На своем посту. Я отлично понимаю, что обвинение в беспричинном нападении на корабли Гъде нужно земному флоту, как яйца стриптизерше. Я полностью одобрил действия капитана Гржельчика. Просто в его возрасте, будучи капитаном, я бы не удержался, если бы мне наговорил гадостей какой-то гъдеанин.

Наверняка Ен Пиран считает, что это ему нахамили. Гржельчик – военный, а не дипломат, вежливым речам не обучен. Ларс – официальное лицо, почти политик, и то срываются с языка соленые словечки и сомнительные метафоры вроде той, про стриптизершу.

– «Ийон Тихий», не вступая в вооруженное столкновение, ушел, – продолжил старик. – Но перед этим он взял на борт пассажиров единственной капсулы, которой удалось спастись. Шесть человек. Раненый шитанн и кетреййи, одна из которых умерла по дороге от повреждений, полученных при обстреле «Звезды» гъдеанами. Капитан Гржельчик распорядился оказать шитанн медицинскую помощь.

– Он привез его на Землю? – спросила Салима.

– Нет, – дедок хмыкнул. – На что нам тут шитанн? Все пятеро живых пассажиров были переданы на шшерский линкор. А теперь, Салима, самое любопытное. Линкор «Райская молния» был последним из эскадры. Накануне у них состоялся бой с Еном Пираном. Все корабли, кроме «Молнии», погибли. ГС-флота у шшерцев, считайте, больше нет.

Салима мысленно улыбнулась. Все складывается один к одному. Гъдеанин хамит. Земляне оказывают помощь шитанн, и скоро координатор Шшерского Рая об этом узнает. И будет помнить, когда задумается, что ему делать, оставшись без флота.

– Салима, – главнокомандующий покрутил чашечку в руке, – у вас будут приказания? Мы сейчас можем раздавить шитанн. Не просто выдавить их из сектора – смять орбитальную оборону и раскатать их планету в блин!

Салима подняла бровь:

– Зачем?

– Как это зачем? Отыграться за тысячу лет страха. За те реки крови, которые они выпили у наших предков.