Врагу не пожелаешь
Шрифт:
Страшно. Очень страшно и холодно.
Я брела в неизвестность, не имея при себе совершенно ничего.
Куда я иду? Зачем? И как вообще здесь оказалась?
Боги, ну что за проклятье?
Внезапно моего плеча коснулась холодная ладонь, заставив вздрогнуть и нервно оглядеться.
Позади меня стояла женщина. Столь красивая, что глаза резало.
Бледнокожая и златовласая, с ярким румянцем на хищном лице.
Одну ладонь она прижимала к своему округлившемуся животу, а второй все также касалась моего плеча.
— Ты вновь потерялась, дитя.
Голос ее тоже был странным, чем-то необычным. В нем слышались и скрежет стали, и перезвон тысячи колокольчиков, и шум морского прибоя.
— Я не знаю.
— Я знаю.
Странно, но она отдаленно напоминала мне Злату. Чем-то неуловимым, неясным. Но сходство казалось столь отчетливым, что становилось жутко.
Я моргнула и отчетливее вгляделась в лицо незнакомки.
Глупости такие.
Тихая и запуганная Злата не имела ничего общего с этой уверенной женщиной. Да и младше Злата была лет так на десять.
— Вы кто?
Она не ответила, лишь усмехнулась и обвела руками окружавшее нас пространство.
Словно этот жест давал ответ на все вопросы.
Странная.
Я бросила украдкой взгляд на густой массив деревьев позади нее и призадумалась.
Вокруг ни души. А рядом со мной эта женщина. Возможно, что сумасшедшая. Иначе зачем ей гулять ночью в лесу? Точно, ненормальная.
Звонкий смех, пронзивший тишину, заставил меня вздрогнуть. Я едва сдержала желание зажать уши.
— А ты, Елисава, очень надменна. Много о себе мнишь, а других принижаешь.
По коже пробежали мурашки ужаса, захлестнувшего меня с головой.
Что происходит вообще?
— Откуда вы знаете мое имя?
Желание развернуться и убежать захлестнуло меня, тело по инерции чуть дернулось назад, подальше от нее.
— Гордыня, — молвила тем временем незнакомка, — однажды тебя и погубит, дитя. Я столь упорно освещаю твой истинный путь, но ты поддаешься скулению низменных демонов. Куда ты направляешься, дитя? Зачем идти туда, где поджидает смерть?
— О чем вы? — воскликнула я, делая еще шаг назад. Незнакомка откровенно пугала, а на ум приходили самые жуткие сказки. Как дочь Зверя, я с детства знала, что лес может быть населен опасными существами. Некоторые из них столь кровожадны, что лучше повстречать на своем пути голодного медведя.
Кто она? Белая дама? Но даже в сказках они весьма благоприятно относились к случайным путникам. Или я успела разгневать ее?
Боги, Алиса, выбрось из головы этот бред!
Нет никаких дам и прочей нечисти! Это сказки, просто глупые сказки. Есть только Зверь, которого возвели в культ вместо того, чтобы уничтожить любое напоминание об этой неприглядной сущности.
А она просто сумасшедшая. Возможно, что такая же сбежавшая от мужа, как и я. Только мой рассудок сохранился, а ей так не повезло.
Незнакомка грустно вздохнула, утомленно поправила золотые пряди длинных волос. Чуть подумав, произнесла:
— Глупая ты, Елисава. Очень глупая.
В ближайших кустах послышался шум. Будто нечто большое пыталось там спрятаться, отчаянно впихиваясь меж ветвей.
— Что там? — едва слышно прошептала я.
Она лишь слегка пожала плечами, чуть растянула красивые губы в легкой улыбке и снисходительно глядела на меня.
Шум в кустах повторился, заставив меня напрячься, завороженно замереть. А следом последовал и угрожающий рык, который я не могла перепутать ни с чем.
Зверь. Озлобленный, жаждущий крови.
Осторожно отступив назад, я вопросительно взглянула на незнакомку.
— Чего стоишь? — ласково прозвучал ее голос. — Беги, Елисава, беги!
И я сорвалась, метнулась вперед, раздирая лицо и руки в кровь о ветви деревьев.
Легкие жгло, каждый вдох царапал горло, а в боку все разрывалось от острой боли.
Нельзя останавливаться. Не сейчас, когда утробный рык слышно позади, а смрадное дыхание Зверя почти касается моего затылка.
Зачем я ему?
Это Свят? Неужели все, наигрался? Решил избавиться?
Я и понять не успела, откуда взялась та злополучная палка под моей ногой. Только бежала, а потом одним мощным рывком покатилась на землю, разбивая лицо о камни.
Когтистая лапа схватила меня за плечо, развернула.
Я успела заметить лишь дикие глаза, горящие ненавистью, перед тем как боль обожгла горло.
Оскаленная пасть вгрызалась в мою плоть, стараясь причинить как можно больше боли.
Захлебываясь собственной кровью, я поняла нечто важное.
Это был не мой муж.
***
Я резко раскрыла глаза, подпрыгнув в постели.
Испуганно заозиралась, пытаясь вспомнить, где я нахожусь и как здесь оказалась.
Красочные фрески изображающие оскаленную пасть Зверя, заставили меня болезненно поморщиться.
Боги, моя шея!
Дотронувшись до горла пальцами, я не обнаружила там никаких ран. Лишь гладкая кожа, не имевшая на себе даже рубцов.
Сон? Это был просто дурной сон?
Смахнув со лба испарину, я облегченно выдохнула и вновь осмотрелась.
М-да, немудрено, что, насмотревшись на фрески, я наблюдала такие ужасы во сне.
Просто кошмар.
Расслабившись, я откинулась на многочисленные подушки и вновь потянулась к фотоальбому. Что уж поделать, фотографии были моей слабостью. Пусть даже это фото Лютовых.
Лениво пролистывая страницы, я рассматривала детское лицо мужа и размышляла. Интересно, на кого будет похож наш ребенок?
Несмотря на мою ненависть к Святу, я с неудовольствием признала, что не расстроюсь, если малыш будет его копией. Даже не из-за того, что быть похожим на отца нормально.
Я могу хоть тысячу раз утверждать, что Свят мне противен, но это не убавит его привлекательности.
Увы, как и любой человек, я была эстетом.
Мне бы даже хотелось, чтобы наш ребенок унаследовал от него некоторые черты. К примеру, глаза. Они у Свята красивые, особенно когда не злится. Янтарные, напоминающие собой расплавленный мед. Но это лишь до появления Зверя.
Ох, надеюсь, что под моим сердцем все-таки девочка. Мне бы не хотелось, чтобы мое дитя познало все «прелести» жизни Зверя.