Врагу не пожелаешь
Шрифт:
Хотя, отчасти заслужила. Но это если судить по последним поступкам.
А изначально? Я не сделала ему абсолютно ничего плохого. Я его даже не знала!
Повалившись на кровать, я свернулась в клубок и горестно разрыдалась.
Дорогие читатели, поздравляю с первым днем зимы:) Очень надеюсь, что моя история помогает провести уютный вечер в теплом пледе, пока за окном бушует снегопад. Также хочу напомнить, что именно ваши отклики и лайки греют автора, помогают развиваться и несказанно мотивируют!)
21 часть
Телефон мне действительно выдали, но уже ближе к вечеру.
Мне бы очень хотелось драматично отказаться от столь заманчивой вещицы, надменно кинуть мобильник Святу в морду.
Но этому плану не суждено было сбыться.
Мало того, что я до безумия соскучилась по такой роскоши, как интернет, так и телефон принес не мой дражайший супруг, а его помощник Борис.
Свят вообще испарился из поля моего зрения, что несказанно радовало.
Но упустить случая проесть брешь в кошельке супруга, я не могла. Крупный заказ, сделанный мною в интернет-магазине, заметно истощит карманы Лютова. Я даже позволила себе сладкую мысль, что жена-транжира настолько его расстроит, что он решит избавиться от уз брака.
Бориса я тоже изрядно поэксплуатировала, заставив перетащить из соседних комнат все, чтобы обустроить себе уютное гнездышко в новой спальне. Мужчина хмурился, поджимал губы и закатывал глаза на каждое мое «это хочу», но послушно все выполнял, не решаясь спорить с женой своего предводителя.
А я словила себя на мысли, что быть замужем за Лютовым не так уж и плохо, но тут же прогнала это из своей головы.
Рассуждать о таком вообще глупо и даже смешно.
Как можно радоваться браку с чудовищем, лишающим средств связи? Мобильник он мне выдаст за хорошее поведение!
Нет, это не семья, Алиса. Это — рабство.
Не порадовало меня и сообщение от Дитмара, который интересовался положением дел и моим здоровьем. Глупый! Будто здесь могло происходить что-то для меня хорошее.
Каждое смс от бывшего жениха вызывало волну глухого раздражения, переходящего в жгучую злость.
Я даже начала склоняться к мыслям, что виновник всего происходящего именно он.
А что?
Кто не смог отстоять свое право на меня, отдав монстру Лютову? Кто вообще решил, что свадьба в Эльблонге — прекрасная идея? Ведь это город Лисогорского, а тот уже наш родственник. Такая прекрасная возможность провести с ним переговоры!
И лизнуть рыжему зад, как я думаю.
В этом был весь Дитмар. Чертов дипломат и стратег, не просчитавший возможность того, что случилось в итоге.
Словом, к позднему вечеру настроение у меня было поганее дерьма.
А последнее смс от бывшего жениха, где он советовал войти в доверительные отношения с мужем, вызвало шквал негатива.
Так и хотелось написать, что талантом к лизанию задниц не отличаюсь. Не то что он, Дитмар.
Сдержалась. Слишком хорошо понимала, что Дитмар — мой последний шанс на спасение.
От папаши и слова хорошего не дождешься, а уж про помощь молчу. Чтоб ему пусто было…
Да и стоит заметить, что Дитмар был не так уж плох. Это я уже накрутила себе, снедаемая буйными гормонами.
Он ведь приехал в Моронг, город Лютовых. Хотя с его стороны гораздо разумнее было бы послать меня к черту.
Когда за окном уже стемнело, а в доме стих шум, я услышала громкие шаги в коридоре и болезненно поморщилась. И гадать не надо, чтобы узнать моего нелюбимого мужа.
Дверь распахнулась с грохотом, ударяясь о стену, а я ненароком подумала, что с таким небережливым мужчиной на ремонт никаких денег не хватит.
— Идем ужинать, Лис.
Я даже не повернулась к нему, продолжая бесцельно пялиться в сгущающиеся сумерки за окном.
— Не хочу.
— Со мной не хочешь? — голос его звучал равнодушно, но чутье подсказывало, что это напускное.
— Просто не хочу, — слова царапали горло. — У меня нет аппетита.
Сказать о том, что все, чего я желаю — покой, не решилась. Тогда точно не отстанет.
Хмыкнул, Лютов подошел поближе, опасно нависая надо мной и, схватив за подбородок, заставил взглянуть ему в глаза снизу-вверх. Я сразу же почувствовала себя неуютно.
— Тогда я прикажу тебе встать и спуститься к ужину.
Опешив, я ошеломленно глядела на мужа широко открытыми глазами.
— Прикажешь, серьезно? А если я не послушаюсь?
— Тогда я заставлю. Свяжу и буду кормить с ложки, — его голос лязгал металлом, а побагровевшие глаза кричали о накатывающей ярости. — Если ты не в состоянии заботиться о себе, тогда это сделаю я. Ты действительно желаешь испытать мое терпение на прочность, сладкая?
Повисла оглушающая тишина, давившая на уши. Последнее затишье перед моим возмущенным вскриком:
— Я тебе не вещь, Свят! Прекрати обращаться со мной так, словно я грязная шлюха, отданная тебе за ненадобностью.
Глухо рыкнув, Лютов рывком поднял меня на ноги.
— Раздевайся, — грубый толчок, заставивший меня отлететь к кровати.
— Прекрати, пожалуйста.
— Оглохла? Раздевайся, Лис. Ты дохрена мнишь о себе, пришло время напомнить твое место.
Прикусив губу, я зажмурилась и прошептала, стараясь унять нервную дрожь:
— Свят, не надо.
— А как надо? — он стянул футболку. — Как, сука, надо? Оставить тебя в покое? Вернуть твоему ублюдочному папаше? Чего ты добиваешься?
От жестокости его слов и издевательской насмешки хотелось закрыть уши, спрятать голову под подушку. Все, чтобы не слышать этого.
Свят стремительно двинулся в мою сторону, сверкая клыкастой улыбкой, совершенно не сдерживая Зверя, чей лик уже начинал просвечивать сквозь человеческое лицо.
Страх ледяными лапами сдавил горло, взметнул в душе затормаживающую панику.
Можно было смириться с тем, что этот ублюдок вновь трахнет меня.
Но если он при этом не сдержит Зверя, потеряет все человеческое, то я просто умру от страха в этот момент. Я не смогу вынести подобный ужас.
Лютов и не думал сдерживаться, меняя кожу на металлические пластины, перевоплощаясь на глазах.
— Что, сладкая, — голос уже не принадлежал моему мужу, звучал хрипло и глухо, отдавал эхом, — теперь не такая смелая? Разденься, чтобы это не сделал я.
Все внутренние барьеры, позволяющие хоть немного держать лицо, слетели к черту.
Боги, за что мне это все?
Упав на постель, я закрыла лицо руками и горько разрыдалась, совершенно не стесняясь своей слабости.
Ублюдок. Лютов просто больной ублюдок, посланный мне в наказание за неизвестные грехи.