Чтение онлайн

Южный горизонт был похож на тонкую серо-зеленую жилу, которая покачивалась в потоках жара, поднимающегося от дороги. Здешние земли были абсолютно пустынными долгое время, пока тут не проложили торговый путь караваны купцов. Теперь эта тропинка, покрытая слоем битых черепков, ответвлялась от имперского тракта.

Авангард достиг перекрестка и остановился. С востока и юго-востока располагалось побережье, на котором находилось огромное количество деревень и городов, в том числе священный город Убарид. Линия неба в этом направлении была окутана дымом.

Тяжело опустившись в седле, Антилопа вместе с остальным окружением слушал речь капитана Сульмара.

– ...кроме того, в этом достигнуто единодушное согласие, кулак. У нас нет другого выхода, нежели чем дать Нетпаре и Пуллику высказаться. В конце концов, они же относятся к беженцам. А те страдают больше всех.

Капитан Затишье проворчал в знак презрения.

Лицо Сульмара побелело под слоем пыли, однако он продолжил:

– Их рацион находится сейчас на самом низком уровне... Пока мы недалеко от реки Ватары, у них хватает воды, но что же будет потом, на тех пустошах, которые располагаются за ней?

Булт задумчиво расчесывал борода

– Наши колдуны сказали, что не чувствуют никакой опасности. Однако пока мы находимся далеко – между нами лес и широкая река. Сормо также сказал, что, возможно, земные духи просто глубоко погрузились вниз.

Антилопа взглянул на колдуна, который молча сидел в седле на высоком жеребце, завернувшись в плащ старейшины. Лицо скрывала глубокая тень капюшона. Внезапно он увидел, как длинные пальцы Сормо, покоящиеся на луке седла, мелко затряслись. Нил и Невеличка все еще никак не могли отойти от сурового испытания у горного кряжа Гелор, поэтому до сих пор не появлялись из своей кибитки. Антилопа уже начал сомневаться, остались ли они вообще в живых. «У нас осталось всего три мага, причем двое из них либо умерли, либо настолько слабы, что не способны ходить, а оставшийся за каждую неделю этого проклятого Худом путешествия стареет на десять лет».

– Тактическое преимущество для вас должно быть ясно, кулак, – произнес Сульмар через мгновение. – Не важно, насколько крепки стены Убарида, они все равно предлагают гораздо лучшую защиту, чем степи, лишенные даже холмов.

– Капитан! – рявкнул Булт.

Сульмар умолк, сжав губы в тонкую бледную линию.

Жаркий день с заходом солнца начал постепенно остывать, и Антилопа почувствовал озноб. «Такое непочтительное обращение, Сульмар, не может быть одобрено боевым предводителем виканского войска. Правила учтивости говорят о необходимости соразмерять хотя бы воинские звания. Почему твоя кожа столь тонка, капитан? Скорее всего, потому что привык пить вино вместе с Нетпарой и Пулликом...

Однако Колтайн не даст Сульмару выслужиться. И никогда бы не дал. Каждую насмешку и подковырку со стороны знати он встречает точно так же, как и несерьезное отношение со стороны остальных людей, – с холодным равнодушием. Подобное поведение было в роду у виканов, поэтому на него уже давно никто не обращал внимания. Но со стороны Сульмара... это выглядело дико».

Однако капитан не закончил.

– Это не просто тактическая обеспокоенность. Гражданское население в данной ситуации...

– Помоги мне, командир Булт, – раздался голос Затишья, – и я осажу кнутом эту собачонку, чья шкура еще помнит его вкус, – оскалив зубы, он обернулся к капитану-соседу. – В ином случае нам придется поговорить наедине, Сульмар...

Мужчина ответил молчаливой усмешкой. В этот момент раздался голос Колтайна.

– В данной ситуации нет гражданского населения. Если мы попадем в Убарид, то он станет нашей смертельной ловушкой. Атакуемые с земли и с моря, мы не выстоим. Объясни это Нетпаре, капитан – вот твой последний приказ.

– Мой последний приказ, сэр?

Кулак промолчал, зато за него ответил Булт.

– Последний – ты понял все абсолютно правильно. Вы разжалованы, капитан.

– Приношу вам огромные извинения, кулак, но вы не можете так сделать.

Колтайн обернулся, и Антилопа начал сомневаться: а дошли ли последние слова до уха Колтайна?

Сульмар пожал плечами и, не услышав возражений, продолжил:

– Мое имперское предназначение было пожаловано самим верховным кулаком, сэр. Основываясь на этом, я считаю себя вправе обжаловать ваш приказ. Кулак Колтайн всегда являлся сердцевиной Малазанской армии, а понятия о дисциплине позволяют мне высказывать прямо свою точку зрения. Несмотря на ваш приказ, который, впрочем, я не собираюсь оспаривать, моя должность утверждена. Если желаете, я могу процитировать статьи из соответствующего устава, чтобы напомнить вам и себе наши права, сэр.

За тирадой последовала тишина, затем Булт наклонился к Антилопе и прошептал:

– Историк, ты понимаешь, что здесь происходит?

– Ровно столько же, сколько и ты, дядя.

– Неужели его должность действительно прописана в приказе?

– Да.

– Поэтому разжалованье раньше срока требует присутствия адвоката, не говоря уже о верховном кулаке?

Антилопа кивнул.

– А где располагается ближайший верховный кулак?

– В Арене.

Булт задумчиво кивнул.

– В таком случае, чтобы разрешить создавшиеся противоречия, нам необходимо как можно быстрее добраться до Арена, – он обернулся лицом к Сульмару. – В том случае, конечно, если Совет знати не захочет взять тебя на поруки и решить твой карьерный вопрос самостоятельно, капитан.

– Захват Убарида позволит освободиться от влияния флота адмирала Нока, – произнес Сульмар. – После этого мы сможем быстро и безболезненно добраться до Арена.

– Флот адмирала Нока сейчас находится именно там, – вставил Булт.

– Именно так, сэр. Однако как только ушей Нока достигнет весть о том, что мы взяли Убарид, он немедленно изменит свою дислокацию.

– Ты имеешь в виду, что флот поспешит нам на помощь? – Хмурое выражение лица Булта было явно преувеличено. – Теперь я нахожусь в замешательстве. Верховный кулак держит целую армию в Арене. Кроме того, там находится весь флот Семи Городов. Ни один из солдат в течение месяца не двинулся со своего места, хотя у них было бессчетное количество возможностей прийти нам на помощь. Скажи мне, капитан, ты когда-нибудь видел в своих охотничьих семейных поместьях лань, пойманную на свет светильника? Видел, как она стоит, бедная, не способная сделать ни одного движения? Точно так же себя сейчас чувствует Пормквал. Колтайн может доставить наш караван на расстояние трех миль от Арена, и даже в этом случае Пормквал так и не вышлет нам подкрепления. Неужели ты действительно полагаешь, что та ситуация, которая сложится в Убариде, ударит верховного кулака по совести и он, наконец-то, вспомнит об обещаниях?

– В большей степени я говорил об адмирале Ноке...

– Который мертв, болен или находится в подземной темнице, капитан. В ином случае он давно пришел бы нам на помощь. Сейчас только один человек правит в Арене – этот факт очевиден. Неужели ты способен вверить свою жизнь в его руки?

На лице капитана Сульмара появилось кислое выражение.

– По всей видимости, у меня нет выбора, командир, – натянув походные перчатки, он продолжил: – Кроме того, мне больше не разрешено отстаивать свою точку зрения.

– Вовсе не так, – отозвался Колтайн. – Однако тебе не следует забывать, что ты – солдат Седьмых.

Голова капитана склонилась.

– Я приношу официальные извинения за свою самонадеянность. Сейчас, действительно, настали трудные времена.

– Ты знаешь, а я и не догадывался, – широко улыбнулся Булт.

Сульмар резко обернулся в сторону Антилопы.

– Историк, а какова твоя точка зрения по поводу сложившейся ситуации?

«Как объективный наблюдатель...»

– Конкретнее, капитан. Моя точка зрения – на что? Мужчина улыбнулся сквозь усы.