Чтение онлайн

– Захотелось мужского тепла? Иди, найди какого-нибудь моряка, Елан.

Собеседник улыбнулся.

– Да нет, ты меня неправильно понял, хотя настороженность превыше всего. Знаешь, когда мужчины начинают бросать многозначительные взгляды... Ну да ладно. В конце концов, я просто счастлив, что судьба свела меня с человеком, который настолько любвеобилен, что...

Калам не вытерпел и отвернулся.

– Я не вижу ничего восхитительного, Салк Елан. Все твои неясные намеки, скользкая речь... Неужели ты до сих пор не понял, что лесть на меня не производит никакого впечатления? Зачем ты так жаждешь нашего партнерства?

– Убить императрицу, конечно, нелегко, – ответил мужчина. – Но ты только представь себя, что произойдет в случае успеха? Мы добьемся того, что все считали невозможным! О да, я хочу стать не просто свидетелем, а одним из творцов подобного события, Калам Мекхар! Рука об руку вместе с тобой, мы пронзим сердце самой сильной империи в мире!

– Ты выжил из ума, – произнес Калам так тихо, что его едва не заглушил шум моря, – Убить императрицу? И чтобы я пошел на это безумие вместе с тобой? Забудь, Салк Елан.

– Может быть, попытаешься побороться с моим лицемерием? – усмехнулся собеседник.

– Какое волшебство на протяжении всего путешествия владеет нашим кораблем?

Глаза Салк Елана непроизвольно расширились. Затем он покачал головой.

– Я не способен ответить на этот вопрос, Калам... Моя личная догадка заключается в том, что чья-то сила затащила нас в Путь. По всей видимости, этот человек хочет заполучить груз.

Еще раз повторяю: мои слова – это только теория. Вот и все, друг, все мои секреты раскрыты.

Калам в течение длительного времени молчал, а затем покачал головой.

– В Малазе у меня есть несколько знакомых. Конечно, о встрече никто не договаривался, поскольку изначальное направление корабля было совсем иным... Однако стоит попытаться...

– Знакомые – это прекрасно, они нам нужны. Место?

– В Малазе есть один самый черный и глухой район, упоминание о котором бросает в дрожь любого приезжего. Именно там, если все пройдет гладко, мы будем ожидать наших союзников.

– Позволь мне догадаться: там есть одна таверна с дурной репутацией, которая называется «У Весельчака». Когда-то давным-давно ее владельцем был человек, который впоследствии стал императором. Моряки мне рассказывали, что там отвратительная еда.

Калам уставился на Елана в немом изумлении. «Только Худу известно... Что это – поразительный сарказм или ... Во имя Абисса!»

– Нет, это место называется Дом Смерти. Точнее, его врата. Только прошу тебя, Салк Елан, не пытайся проникнуть во двор!

Мужчина перегнулся через борт и рассмотрел в неясном сумраке желтые огни Малаза.

– Если твоего друга не будет очень долгое время, то я не могу ручаться за свои намерения.

К несчастью, Елан заметил дикую усмешку Калама.

Искарал Пуст схватил задвижку с бешеной энергией и принялся барабанить ногами в дверь. Старичка охватил невиданный страх; хлипкое тело сотрясали судороги, но дверь не поддавалась. Проревев проклятья, Маппо положил свою ношу на землю и оттолкнул Искарала от препятствия.

Скрипач увидел, как напряглись все мышцы Трелла, однако гораздо больше его сейчас волновала та черная туча, которая уже приблизилась к компании на расстояние менее тысячи шагов. Треморлор сопротивлялся им с неумолимой жестокостью. Слепая стояла рядом, подняв морду кверху. Шерсть зверя превратилась в сплошную щетину. Четверо оставшихся Гончих расправились с остатками Сольтакена и бросились по направлению к вратам, увитым сухим виноградником. Тем временем Д'айверс, словно черная вода, начал отбрасывать на землю смертельную тень

– Дверь либо открывается с одного прикосновения, – произнесла Апсала с удивительным спокойствием в голосе, – либо не поддается совсем. Отойди назад, Маппо, пускай попробуют все.

– Икариум начинает шевелиться! – закричал Крокус.

– Это плохо, – ответил Трелл. – Всевышние боги, только не здесь. Только не сейчас!

– Лучшего времени не найти! – выкрикнул Искарал Пуст. В разговор вновь вмешалась Апсала.

– Крокус, ты последний, кроме Скрипача, который не пытался открыть дверь. Иди сюда, быстрее.

Молчание, которое последовало за этими словами, было выразительнее слов. Сапер обернулся к тому месту, где лежал Ягут.

– Разбуди его, – приказал он Треллу. – У нас нет другого выбора.

Маппо поднял лицо, на котором отражалось мучительная нерешительность.

– Так близко к Треморлору – это же риск, Скрипач...

– Что...

Однако на этом слова сапера оборвались. Будто под действием вспышки молнии, тело Икариума затряслось и начало издавать ужасный вой. Окружающие в страхе попятились назад. Рана на лбу Ягута раскрылась, и из нее хлынул поток крови. Не обращая на это никакого внимания, Икариум вспрыгнул на ноги, подняв над головой длинный древний меч. Лезвие осветилось нежно-голубым светом.

Гончие и Д'айверс одновременно достигли двора. Земля и пожухлые деревья всколыхнулись; хитросплетенье корней и ветвей, подобно чьей-то хитрой темной сети, поднялось в воздух. Оставшиеся древесные стражи протянули свои щупальца по направлению к Гончим. Звери дико завыли. Слепая решила покинуть Скрипача и присоединиться к своему племени.

Стоя посреди ужасного необъяснимого хаоса, сапер в глубине души усмехнулся. «Никто не собирается предавать Повелителя Тени... Но как Азас может сопротивляться Гончим Тени?»

Внезапно Скрипач почувствовал на плече прикосновение руки.

– Щеколда! – прошептала Апсала. – Попробуй еще раз, Скрипач.

Д'айверс начал вновь атаковать, и Треморлор предпринял последнее отчаянное усилие для своей защиты. Послышался треск дерева.

Апсала подтолкнула сапера, и он всем телом обрушился на дверь. Обернувшись назад, Скрипач увидел Маппо, который до сих пор держал на руках бессознательного Икариума. От Ягута исходили в воздух потоки энергии, которые отдавались в ушах смертных диким безжалостным нарастающим криком. Прикоснувшись к темному, покрытому капельками влаги дереву двери, сапер вновь осознал свою абсолютную беспомощность. Почувствовав на спине горящий взгляд девушки, он все же решился совершить еще одну попытку и вновь схватился изо всех сил за металлическую щеколду.

Гончие завыли из самого темного угла сада, этот звук слился с нечеловеческими криками, доносившимися от Икариума. Скрипач почувствовал, что щеколда мелко вибрирует. По прошествии нескольких секунд дрожь распространилась на весь Дом.

Сапер прислонился к прохладной двери и, ощутив на мгновение веру в победу, сконцентрировал все свои оставшиеся силы. Вены вздулись, как корабельные тросы, однако... все напрасно.

Щеколда не поддалась.

Над головой послышался новый шум – это были кровяные мухи, пробивающие себе дорогу через древесную сеть. Они были все ближе и ближе... приближаясь к бешеной энергии Икариума. «Ягут скоро проснется – другого не дано. Единственная радость заключается в том, что нас он убьет последними. Ха-ха, погибнет Азас, лабиринт и все узники... Только прошу тебя, Икариум, не жалей никого... Так будет лучше для всего мира и остальных живущих в нем людей...»