Чтение онлайн

Вообще, вопрос управляемого оружия встал еще в двадцатые, и именно на флоте. Проблемами пикирующих бомбардировщиков озаботились и русские и немцы. Причина одна, все та же – англичане! Было необходимо разработать бомбу и носитель, способные гарантированно поражать крупные корабли британского флота.

Немного теории. Первым – сбросил бомбу на позиции противника итальянский летчик Гавотти первого сентября одиннадцатого года – он просто взял в кабину самолета несколько гранат и сбросил их, пролетая над позициями противника. Общий вес сброшенного бомбового груза – составлял около десяти килограммов, и никто кроме специалистов – этот опыт не заметил. Однако, в итальянской армии в Триполитании как и положено по тому времени были наблюдатели – и выводы свои они сделали. Начиналась новая эпоха – эпоха бомбежек.

Наиболее правильный, магистральный путь развития авиации выбрали русские. Гениальный авиаконструктор Игорь Сикорский – уже в 1912 году представил первый пассажирский четырехмоторный самолет, который изволил опробовать лично Государь Император. Прокатившись на нем над Киевом в условиях резких возражений охраны и ужаса семьи (самолеты были делом все-таки новым) он повелел строить авиационный завод и начинать пассажирские перевозки между крупными городами. [13] В тысяча девятьсот четырнадцатом году – Императору доставили заказанный им самолет, который, за неимением другого приписали к Гаражу Его Императорского Величества, а в пятнадцатом году – военному ведомству были представлены первый в мире стратегический бомбардировщик, несущий до двух тонн бомб и первый в мире стратегический фоторазведчик, оборудованный камерами системы Потте [14] производства Киевской фотографической фабрики Линника. Первый был вооружен двумя пулеметами, второй – тремя. Это в то время, когда единственным оружием большинства самолетов был револьвер его летчика.

В это же самое время – остальные страны пошли в развитии авиации по пути, которые потом показали свою тупиковость. В частности – в Германии увлеклись Цепеллинами – громадными дирижаблями, которые могли брать бомбовую нагрузку в несколько тонн, а в теории – и в несколько десятков тонн. Ошибку свою – немцы осознают в ходе Мировой войны, когда их неповоротливые Цепеллины станут легкой добычей истребителей. Но нагонят свое отставание они лишь в тридцатые за счет более развитой, чем в России индустрии производства двигателей большой мощности. Но по аэродинамике – Россия останется впереди, и совсем не просто так – с Россией будут сотрудничать и Гуго Юнкерс, и Курт Танк, и компания Даймлер-Бенц и Вилли Мессершмидт. Окончательно германская школа тяжелого самолетостроения сформируется в Германии лишь в тридцатые. То есть с десятилетним опозданием от России.

Примерно в это же самое время – между десятым и двадцатым годом – пионер американского самолетостроения Уильям Эдвард Боинг получит заказ от флота США на строительство пятиста гидропланов, то есть самолетов, способных взлетать и садиться на воду. Увлечение гидропланами – еще одна ошибка, которая будет дорого стоить и Великобритании и САСШ. Первые гражданские лайнеры Боинга – будут всего лишь лицензионными копиями машин Сикорского, а первый успешный американский самолет – это Дуглас ДС-3, который полюбит почти весь мир.

Мировая война – не только привела к кардинальной перекройке карты Евразии и Африки, но и поставила новые вопросы. Прежде всего – сложилась патовая ситуация, при которой поставленные проблемы не получили разрешения и образовался стратегический тупик. Британия, обладая самым мощным в мире флотом – одержала безусловную победу на море, потопив две трети тоннажа русского военного флота и более половины Флота открытого моря Рейха, взяла богатые призы в виде гражданских кораблей, плававших под флагами этих стран. Но одновременно с этим – британцы потерпели катастрофическое поражение на суше, не сохранили Францию, допустили падение Османской Империи, были разбиты под Багдадом: фельдмаршал, барон Китченер был убит, а стодвадцатитысячная группировка войск была окружена и разгромлена. Британия так же не смогла помешать переправке германской армии на африканский континент. Снова взбунтовалась Южная Африка, началась резня. Местные – с методичной жестокостью начали убивать англичан по всей Африке. Германия получила часть французских колоний и расширила свои за счет британских земель. Стало понятно, что флот – уже не гарантирует господства над всем миром. Германия и Российская Империя сообщались меж собой за счет железных дорог и угроза британского флота – их мало беспокоила… кроме разве что России, которой надо было защищать Санкт-Петербург. Попытка высадки Британии под Галлиполли закончилась катастрофой, британские линкоры не смогли прорваться в Черное море и прервать перевозки по нему, в Месопотамии русские казаки перерезали пути снабжения армии Китченера, и военное министерство не смогло подать ей помощь. Стало понятно, что надо развивать ВВС, как единственный способ угрожать континентальным державам. Итальянский генерал Джулио Дуэ и маршал Королевских ВВС Артур Харрис начали разрабатывать доктрины террористического уничтожения целых городов с помощью бомбежек, в Великобритании заказывали все более и более тяжелые бомбардировщики – закончили монструозной десятимоторной Британией. А Россия и Германия занялись принципиально другой задачей – высокоточным авиационным оружием, позволяющем уничтожать флоты противника, не имея собственных флотов. Задача была поставлена грандиозная и в корне отличающаяся от задач Британии, Италии и САСШ. Не вынудить противника к капитуляции варварской бомбардировкой городов – а попасть одной-единственной бомбой в активно маневрирующий на большой скорости корабль первого ранга противника. Эту задачу – по-настоящему не решал еще никто.

До сего момента – тактика использования флота мало изменилась. Корабли противника сходились и активно маневрируя, пытались поразить друг друга огнем артиллерийских орудий. Корабли – двигались в линии – вот почему корабли первого ранга назывались линейными, то есть такими, какие можно поставить в линию. Отдельно сражались легкие силы флотов, они же – добивали выкатившиеся из линии и поврежденные линейные корабли. Линейные корабли представляли собой монстров, водоизмещением в тридцать – сорок тысяч тонн, с броней главного пояса и триста и четыреста миллиметров, главным калибром орудий до шестнадцати дюймов. Строительство кораблей такого типа – было чудовищным бременем для любой экономики, эти корабли строились годами и стоили столько, сколько стоило оснастить (по тем временам) небольшую армию. При этом – тактика использования кораблей подобного типа была чрезвычайно консервативной, за "ломку линии" то есть действия вне строя британского адмирала ждал трибунал. На эксперименты отваживались только гении типа Ушакова или Нельсона. К несчастью для британцев – третий такой гений родился в России. Это был адмирал Александр Колчак.

Адмирал Колчак рос и развивался как военный специалист во время, когда Россия потерпела тяжелое поражение в Желтом море, утратив почти весь свой линейный флот. На постройку нового требовались годы, если не десятилетия, а защищаться надо было прямо сейчас. Адмирал командовал минно-торпедными частями, рос в должностях и званиях и к началу Мировой стал едва ли не самым сильным специалистом по минному делу в мире.

В результате – у британцев сразу начались неприятности. На минной банке прямо у своих берегов – они потеряли линкор Родни, тот был тяжело поврежден и вернулся в строй только после девяти месяцев ремонта в сухом доке. Второй линкор этого же типа- подорвался при попытке пройти в Балтийское море и был добит поджидающей в засаде германской подводной лодкой. Действия подводных лодок стали для Объединенного флота союзников еще одним неприятным сюрпризом – маленькой, скрывающейся под водой жестянке, было под силу потопить тяжелый крейсер. Предпринимаемые против торпед меры – сильно снижали скорость кораблей, а личный состав флота – терял боевой дух в ожидании невидимого врага, атакующего из-под воды.

Настоящей катастрофой – стал прорыв в Черное море. Два линкора потоплено, один тяжело поврежден, но успел отойти, проливы перекрыты. Держа в тайне время прорыва (русский линкор Императрица Мария держал проливы под прицелом своих шестнадцатидюймовок) – британцы, тем не менее, послали опытных агентов для разведки места прорыва, в том числе и под видом рыбаков. Многие турки – сочувствовали британцам и тоже давали им информацию. Прорыв был делом решенным, береговая артиллерия могла продержаться от силы десять минут против огня главного калибра. Никто не знал, что мины были выставлены в последний момент подводным минным заградителем. Причем, это были мины новой конструкции, которые до этого не применялись – и минное траление ничего не дало. Прорыв провалился.

Первым решением – стали торпеды и торпедоносцы. Потеряв практически весь флот, Россия стала развивать куда более дешевые и легкие "гидрокрейсеры", превратившиеся впоследствии в полноценные авианосцы. До этого – торпеды применяли с крейсеров и эсминцев, били залповым огнем, в расчете не на то, чтобы потопить, а – повредить и замедлить ход. Для крейсеров и эсминцев – на линейных кораблях ставилась специальная артиллерия среднего калибра, те, кто служили на таких кораблях – в реальном бою были почти что смертниками. В отличие от них – самолет мог прорваться почти вплотную к кораблю и нанести удар с гораздо меньшего расстояния – а ПВО в те времена на кораблях практически отсутствовало. Единственными летательными аппаратами на флоте были гидропланы – их посылали для разведки.

Британцы предприняли меры – как впрочем, и все, кто был в курсе происходящего в авиации, прогресс в которой в те времена был просто поразительным. На кораблях – появились радары, наблюдатели, артиллерия ПВО. Первоначально не слишком-то опасная, но когда немцы изобрели Эрликон, а шведы – Бофорс – это стало опасно по-настоящему. К тому же – морские державы начали строить и спускать на воду авианосцы, включая их в состав линейных групп как корабли обороны. В отличие от первых типов авианосцев – на них базировались не торпедоносцы, не бомбардировщики – а истребители. Имеющие одну и главную цель – в бою не допустить прорыва торпедоносцев к своим кораблям. Авианосец постепенно превращался из атакующего корабля – то есть носителя бомбардировщиков и торпедоносцев – в универсальный. Заговорили о новом слове военно-морской науки – дуэли авианосцев. В отличие от дуэлей линкоров – здесь враги могли и не видеть друг друга. Гораздо большее значение стала приобретать разведка.

В начале тридцатых годов – профессор Гуго Юнкерс изобрел тихоходный, но как оказалось чрезвычайно полезный самолет. Это был первый в мире пикирующий бомбардировщик, конструкция которого позволяла пикировать с углом свыше семидесяти градусов. Поскольку ни один пилот, кроме самых опытных, не мог выдержать нагрузки, возникающие при пикировании и правильно вывести самолет из смертельного пике – в бомбардировщике Юнкерс-87 [15] профессор Юнкерс предусмотрел специальную большую кнопку, при нажатии на которую самолет сам делал все остальное для того, чтобы выйти из пике, ставя закрылки на нужный угол. Таким образом, пикировщиком мог управлять обычный летчик, а наиболее опытные – могли попасть пятисоткилограммовой бомбой в круг с ребром в десять метров. Перехватить же отвесно падающий в пике самолет – практически невозможно, он беззащитен в момент выхода из пике – но бомба тогда уже сброшена.