Чтение онлайн

Нет, времени на это нет. Они же всегда уверяют тебя в том, что ты гораздо талантливее их, Эйрин. Что ж, пришло время доказать это. Если они правы, то тебе все удастся.

Девушка сжала обеими руками перчатку, затем мысленно воззвала к своему Дару, соткала нить вдоль Паутины Жизни и связала ее с перчаткой.

В следующее мгновение она оказалась в воздухе, чувствуя, что летит. Посмотрев через плечо, увидела себя в окне комнаты, сидящей в круге лунного света с расширившимися от удивления глазами. Обеих Эйрин связывала серебристая нить. Она знала, что если нить оборвется, все закончится ее смертью. Подавив усилием воли эту неприятную мысль, Эйрин обратила лицо вперед и позволила магии повести ее за собой.

Благодаря заклинанию она оказалась в верхнем дворике. Эйрин прошла в тени, отбрасываемой башней, и увидела перед собой неясные очертания каких-то предметов. Затем почувствовала, как некая неукротимая сила потянула ее через арку чугунного литья в сад замка.

Пролетая над извилистыми дорожками, она испытывал легкое головокружение и почувствовала, что ужасно замерзла. Неужели она умирает? Девушка оглянулась и увидела, что нить по-прежнему тянется за ней. Магия неудержимо влекла ее дальше, в глубь зимнего сада.

– Я знала, что ты появишься здесь, - произнес женский голос.

Будь это в ее силах, Эйрин непременно вскрикнула бы. Неужели ее кто-то заметил?

– Дело в том, что выбора у меня не было, - прозвучал голос Теравиана.

Значит, невидимая женщина обращалась не к ней, а к принцу.

Эйрин приблизилась к изгибу дорожки и остановилась. Перед ней находится грот, вход в который скрывали деревья вальсиндар. Теравиан стоял в самом центре. Его черный наряд сливался с ночной темнотой, а бледное лицо - с серебристым светом луны. Женщина, с которой он разговаривал, стояла в нескольких футах перед ним. Эйрин не удалось узнать ее, потому что она с головы до ног была закутана в темный плащ.

– Ты проявил послушание, - хрипло сказала незнакомка Теравиану.
– Таким и должен быть каждый сын.

Принц неприятно рассмеялся.

– Так, выходит, я его сын? Но я все же пришел сюда. Эйрин охватило смятение. О чем они говорят? Теравиан может быть только сыном короля Бореаса. Его мать, королева Наренейя, умерла несколько лет назад.

– Ты знаешь, о чем тебя попросят, верно?
– спросила женщина.

Принц устремил взгляд в темноту.

– Я видел это. Не все, конечно, а какие-то обрывки видений. Поле боя. Два войска. Оба несут знамена с изображением короны и мечей Кейлавана, только одни желто-зеленые, а другие серебристо-голубые.

Женщина шагнула к нему ближе.

– Что еще ты увидел? Какое же войско победило?

– Не знаю. Сразу повис туман, я ничего больше не смог разглядеть. Глаза Теравиана сузились.
– Но какое тебе дело? Ты же отошла от всего этого, разве не так?

– Дело?!
– Женщина произнесла это слово так, будто пыталась вникнуть в его истинный смысл.
– Мне сейчас нет дела ни до чего. Важно лишь одно чтобы он не использовал тебя в своих целях!

Губы молодого человека растянулись в презрительной улыбке.

– Ты хочешь сказать, что собираешься использовать меня в твоих целях? Ты это имеешь в виду? Я знаю, что все эти годы ты следила за мной, направляла мои действия, пытаясь понять, как можно использовать меня в твоих собственных интересах.

Женщина умоляющим жестом прижала руку к груди.

– Тебе многое известно, но все же гораздо меньше, чем ты думаешь. Может быть, один раз я и попробовала использовать тебя, но мои намерения были исключительно добрыми. Мои мысли всегда только о тебе. Мне бы хотелось, чтобы ты сделал это не для них, а для себя самого. Вот потому я и пришла сюда.

– Жаль, что я не могу поверить в это. Незнакомка протянула руку к Теравиану.

– Ты должен верить мне!

– Верить тебе?!
– Лицо юноши исказил гнев, пальцы сжались в кулаки. Как я могу верить тебе, если ты все эти годы лгала мне и не говорила, кто я такой на самом деле?! Ты не лучше всех их! Почему я должен верить тебе, мать?

Слова принца потрясли Эйрин. О чем он говорит? Кого называет своей матерью? Прежде чем она успела подумать о чем-то еще, незнакомка откинула капюшон плаща. По ее гладким щекам текли слезы, льняные волосы казались бесцветными в лунном свете.

– Ты должен верить мне, потому что я люблю тебя, сын мой!
– произнесла королева Иволейна.
– Я всегда любила тебя. Даже когда не могла рассказать тебе всей правды!

– Ты снова лжешь мне!
– безжалостно рассмеялся юный принц.
– Не забывай, я уже взрослый. Ты не обманешь меня, как делала прежде!

– Умоляю тебя!
– зарыдала Иволейна.
– Пожалуйста, не отталкивай меня, Теравиан! Ты - единственное, что у меня осталось!

Теравиан пристально посмотрел на нее, как будто что-то взвешивая в уме.

– Тогда у тебя больше ничего не осталось, мать! Отвернувшись от нее, он шагнул из грота наружу и, не останавливаясь, прошел мимо Эйрин. Тьма поглотила его, и он исчез из виду.

– Ступай!
– прошипела Иволейна, на лице которой стали высыхать слезы.

Она смотрела прямо на Эйрин, хотя это было невозможно. Она, должно быть, обращалась к Теравиану.

– Я вижу тебя, колдунья!
– проговорила Иволейна, лицо которой превратилось в белую злобную маску. Дрожащей рукой она указала на Эйрин. Ступай сплетать свои злобные нити вместе с вашим тайным советом и оставь меня в покое!

Девушку охватил невыразимый ужас. Окружающий мир превратился в темное расплывчатое пятно, сердце ее похолодело. Глаза широко раскрылись. Сад куда-то исчез. Она снова оказалась в спальне, в которой стоял жуткий холод.

Эйрин с трудом пошевелила одеревеневшими конечностями и поднялась с кресла. Ей пришлось отыскать Лирит и Мирду и рассказать им, что королева Иволейна сошла с ума.

ГЛАВА 28

После сражения с фейдримами и призраками войско отправилось на север. Стараясь не удаляться от горных хребтов Фол Эренна, воины двигались по ту сторону границ Перридона. чтобы не обращаться к королеве Инаре за разрешением пройти по ее землям.

Дело было не в том, что Грейс не желала увидеть королеву и ее сына. В последний раз они встречались прошлым летом, когда всем им пришлось вступить в схватку с некромантом Дакарретом в замке Спардис. Однако пока войску благоприятствовала погода, а Тира помогала быстро преодолевать большие расстояния, не стоило тратить время на лишний крюк.

Возбуждение, которое ратники ощущали в самом начале боевого похода, осталось лишь в воспоминаниях. Последние остатки его были растрачены в сражении с фейдримами и призраками в скалистых горах Дун-Дондуруна. По ночам в лагере было тихо, запасы эля иссякли еще неделю назад, а пищу приходилось тратить экономно. До Неприступной Цитадели еще несколько дней пути, и неизвестно, на сколько придется растягивать остаток съестных припасов.