Чтение онлайн

— Да, кажется, с хэппи-эндом я поторопился… — сконфуженно пробормотал Эдинброг, посмотрев туда же. — Надо узнать, что происходит снаружи.

Он попробовал подняться, но оказался слишком слаб. Борис пренебрежительно фыркнул, поднял бывшего друга и закинул руку Артура себе на плечо.

— Пойдем, бедолага, — потом землянин повернулся ко мне и сделал приглашающий жест. — И ты иди сюда, немочь. Аллилуйя, что у меня два великолепных плеча.

Очень странной шатающейся троицей мы вышли из зала и добрели до ближайшего окна. Открывавшийся из него вид был, мягко говоря, неутешительным.

По всему небу до самого горизонта висели какие-то странные багровые яйца. Очень аккуратно висели, почти что в шахматном порядке, вызывая ассоциации с картиной «Голконда» Рене Магритта.

Все эти яйца слабо пульсировали. По ним медленно разбегались белые трещины — пронзительно-сияющие на фоне почерневшего неба.

— Что это?.. — прошептала я. — И почему их так много?..

— Порталы в измерение Тварей, — прикусил губу Артур. — И боюсь, мы видим лишь малую часть. Такие сейчас появились по всему миру.

— И что теперь? — это уже Борис спросил.

— И теперь они открываются, — вздохнул Эдинброг.

И, как в подтверждение его слов, одно из таких яиц треснуло окончательно. Быстрая белая вспышка — и на его месте зияет темно-красная дыра, а из нее выползает нечто, напоминающее осьминога.

Вернее, осьминога, которого обмакнули в чернила, потом обваляли в паутине и поставили под вентилятор, чтобы все это красочно с него сдувалось. И не забудьте огромные красные глаза и пасть, которой может позавидовать акула-убийца.

Так вот вы какие, Твари.

Что ж, очень неприятно познакомиться.

Я шмыгнула носом и сморгнула набежавшие слезы. Потому что помимо яиц, которые первыми привлекли мое внимание, на улице еще многое происходило. И оно отдавалось в душе болью.

А именно: некоторые из башен академии осыпались… Вокруг них вился дракон Ойгонхарт. Иногда он выпускал струи пламени или кидался на фигурки людей, хаотично бегающих по территориям снизу. Люди отбивались заклинаниями, вызывая у ящера еще больше ярости. Другие колдуны, оседлав метлы, подлетали к прото-порталам и пытались как-то замедлить их созревание. Третьи боролись с теми Тварями, которые уже проникли в мир Гало. Чародеям помогали Безликие — экзаменаторы покинули свои бассейны и теперь плавали прямо по воздуху, как странные белесые медузы, вступая с Тварями в рукопашные бои…

Мой любимый, дорогой мой Сироппинг полыхал в пожаре. Ему вторил сосновый лес с русалочьим озером. Поднимающийся дым скапливался в середине неба, и я не сразу вспомнила, что вся академия еще и под куполом, боже милостивый…

Который, кстати, запрещает телепортацию.

— Чччерт. Нам надо срочно попасть в Антрацитовую библиотеку, — скрипнул зубами Артур. — Вилка, у тебя ведь осталось желание, которое тебе подарили Безликие?

— Осталось! — я продемонстрировала рисунок цветка на ладони.

— Отлично. Время его потратить.

— Но… Они сказали, что я могу попросить максимум академическую поблажку. Как нам это поможет?! — не поняла я.

— Именно поблажка нам и потребуется, — кивнул Эдинброг. — А именно: ты ведь помнишь наших нойдичей? По идее студенты имеют право летать на них только в горы, иначе лазоревые всадники просто не слушаются. Но твое желание станет нашим скоростным билетом в столицу.

— Идеально! — обрадовалась я.

А Борис Отченаш почему-то резко побледнел… Но ничего не сказал.

Договорившись о том, с какой «вертолетной площадки» стартуем, мы разделились. Артур и я умеренно-активно поковыляли сразу на место встречи, а вот маршрут живчика-Бориса удлинился — он побежал в нашу спальню.

Там нужно было взять оставшиеся кристаллы цэйры: ведь они, как вы помните, помогают побороть магическое истощение. На варку Тонусного эликсира у нас не будет времени, но из курса по зельеварению (полезная штука оказалась!) я помнила, что в боевых условиях их можно просто растолочь и прожевать, как стекловату. Неприятно, но что поделаешь. В нынешнем состоянии Артур никого не спасет, а часики Судного дня тикают с дикой скоростью.

И еще, конечно, я попросила землянина прихватить Ваську.

К моему ужасу, Борис задерживался, хотя я была уверена, что уж ему-то, в силу характера, семь верст не крюк.

Мы с Артуром уже стояли на улице возле нойдича — синий дракончик и впрямь послушно прилетел и нормально отнесся к идее столицы. Думаю, учитывая кошмар вокруг, нойдичу и самому хотелось отсюда смыться.

— Ждем еще минуту и улетаем вдвоем, — сказал наконец Артур.

— Блин, — сказала я, — Блин-блин-блин. Неужели правило «не разделяйтесь!» из голливудских ужастиков работает неизменно?!

— М-м-м? — удивился Артур.

— Расскажу, когда выживем.

— Мне нравится твой оптимизм.

— Мне тоже. Он искусственный, правда.

— А ты говори: «эко», — подмигнул Эдинброг.

БББАХ! На небе лопнуло еще одно яйцо… Дракон разрушил еще одну башню… Мое сердце болезненно сжалось, но…

Из бокового входа академии выбежал Борис. С Васькой, с кристаллами и… с отпечатками красной помады во всё лицо.

— ЭЭЭЭ?! — хором возмутились мы с Артуром.

— Что? — ни капельки не смутился Борис. — Вам привет от Мэгги. Точнее, «пока». Просит найти способ послать весточку из другого мира, раз мы туда уходим. И говорит, что верит в тебя, Эдинброг. Мол, ты точно справишься. Передает поцелуи.

— Вижу, — фыркнул колдун.

Мы забрались на спину нойдичу, и дракошка, пару раз тяжело хлопнув крыльями для примерки (почти две сотни килограммов сверху плюхнулось, шутка ли!), вскоре взмыл над академией…

Я была нашим пилотом. Приятный и правильный выбор, думаю.

Ведь я хоть что-то знала о полетах, тогда как Артуру все еще было плохо, а Бор, как выяснилось, до ужаса боялся высоты. Про Ваську молчу: в общем-то, кот и землянин хором орали благим матом, и, кажется, прокляли меня всеми доступными способами.

Ведь я вела нойдича прямо на купол. Тараном.

Артур уверенно сказал, что мы сможем его пробить и даже без ссадин для транспорта. («А для нас без ссадин?! Хотя нет, хрен с ними с ссадинами — без пике?» — простонал сзади Бор, но это был риторический вопрос. Ну или мы решили его таким счесть для удобства).

— Давай, малыш! — увещевала я нойдича, похлопывая его по шее. — Не бойся!

— Курлык! — отвечал дракоша.

И мы уже почти влетели в молочно-прозрачное стекло, когда нам наперерез бросилась нечто алое, огнеупорно-бронежилетное, непробиваемое и полыхающее огнем.