Вредная
Шрифт:
— Дреа. — Я заправила локон рыжих волос за ее ушко, открывая взгляду сережку в форме капель из лунного камня. — Ты прекрасная девушка, яркая, искренняя, заботливая. Ты совсем не такая как мать. И ты просто обязана сделать кого-то счастливым. В первую очередь — себя. А затем… Кто знает? Может это будет Брендан?
Ответить Джонсон возможности не представилось, в уборную ворвалась Стейси:
— Девчонки, вы с ума сошли! Немедленно в зал, пропустите свою первую церемонию!
Мы переглянулись, в глазах обеих читалось полное равнодушие к происходящему. Зато Стейси пылала энтузиазмом. Мы последовали за ускользающей в широких коридорах здания блондинкой.
В зале во всю шла церемония выбора Короля и Королевы Крика. Наверняка Стефани сейчас где-то молится своим Богам в надежде выиграть. А есть ли у нее Боги? Ох, да, и наверняка их зовут Гуччи, Армани и Прада.
Ранее, нам с Дреа, как желторотым цыплятам Академии, объяснили: Кандидатов на монаршие посты выбирают учащиеся, путем голосования через внутреннюю сеть «Феникса». Один аккаунт, созданный под твое имя — один голос. Тут все честно. Затем Короля выбирают уже присутствующие на балу, из 10-ти кандидатов списка. Стандартное голосования за самого горячего — ничего нового. Я тоже поучаствовала в этом и без зазрения совести поставила размашистую галочку напротив имени «Тэйт Вуд». Да, парень попал в десятку! А я до смерти хочу посмотреть, как с зелеными волосами сочетается корона со стразами. Королям же полагается корона? А вот с выбором девушки на роль монарха сложнее. Можно сказать процедура проходит в три этапа. Сначала выбор Кандидатки через интернет, затем из 50 «счастливиц» пять особ-Претенденток выбирают уже Кандидаты-Короли. Стейси пыталась выудить у Тэйта информацию о Претендентках, но он лишь таинственно отмалчивался. Знаю лишь то, что в 100 % из. хм..100? Претендентки с четвертого или пятого курса. Ну и фаталити: из пяти избарнных выбирает сам Его Величество Монарх Всея Академия Феникса. Надеюсь вы разобрались, потому что лично мой мозг сдался уже на втором этапе отбора. Да и вникать в это не было желания.
Торжественная музыка вынесла меня из моих мыслей и заставила обратить внимание на сцену. Тот же солист, заменявший нам ведущего, держал в руках конверт и медленно раскрывал его:
— Пришла минута, которую вы все ждали! — Ой, да? Ну, конечно, я как раз за этим и пришла сюда, ну что вы… — Король Крика определен! Вы его выбрали! И им становится…
Зал накрыла тишина, а из меня неожиданно пропал весь скепсис. Потому что я была уверена в том, чье имя назовут.
— АДРИАН БЛЭК!
Голос ведущего померк по сравнению с визгом, криком, овациями, шумом и гамом, которые вызвало это имя. Неужели он настолько любим? Что-то в моей душе нервно заскребло. Неужели ревность посадила семена и начали всходить первые ростки этого ядовитого чувства? Нет. Неа.
Под одобрительные крики Адриан Блэк стал медленно выходить на сцену. Я не видела его при свете до этого момента и лишь сейчас поняла, что он плевал на правила. Парень был облачен в черное: брюки, пиджак, рубашка. Он был истинный носитель своей фамилии. И также он был невероятно красив. Каждое его движение — это самоуверенность в чистом виде. Клеймо на шее будто разгорелось, когда я смотрела на него, стоящего на сцене. Жадно всматриваясь в черты лица. Черты демона-искусителя. И это именно то, что сделала я, поддалась искушению. Окунулась в этот омут с головой. И то, что я при этом чувствовала, то, что мне это нравилось — пугало до ужаса. А как же… Джереми? Жгучая обида, грозившая вылиться из груди слезами, накрыла меня. Обида за него — моего милого, доброго Джереми. И обида за меня, потому что я просто не могла чувствовать к нему хотя бы долю того, что вызывал во мне этот парень.
Когда рассудок ко мне вернулся, я с остервенением сдернула с лица маску и кинула ее к своим ногам. Будто это она была виновата. Она. Не я.
— Ну что же, Блэк, принимай поздравления. А теперь именно тебе выпал шанс приоткрыть нам главную завесу тайны, разрушить интригу и выбрать из пяти Претенденток одну. Итак, «Феникс», вы меня слышите?
Толпа взывала, она слышала.
— Вы хотите услышать имена тех, кого вы выбрали?
О да, они хотели. Я же молчала и пристально смотрела на Блэка. Не смотря на то, что между нами было множество лиц, я готова поклясться, что он смотрел прямо на меня. На его лице играла улыбка, и она не имела ничего общего с короной Короля.
— Итак. Первая девушка, избранная Кадидатами… Александра Уэст!
Это имя мне ни о чем не сказало.
— Мелисса Берлингем.
Оу, а ее я знаю, красавица с пятого курса, капитан группы поддержки. Шоколадка во всех проявлениях: кожа, глаза, волосы.
— Стефани Гейт.
Ой, что это, неужели меня тошнит? А нет, показалось. Оказалось, что из Гуччи вышел неплохой Бог. Интересно, она уже хлопнулась в обморок от восторга или нет? Наверное, ждала своего четвертого курса как манны небесной…
— Хэйли Кристалл.
О, и подружку с собой прихватила. Погодите, Кристалл?! Я впервые услышала фамилию девушки и фыркнула от смеха. Подходит как нельзя удачно.
— И… Алексис О'Доэрти!
Оу, а это имя… Стоп. Это же мое имя!
Тишина. Тягучая тишина как сладкий сироп. А затем — оглушающий взрыв. Люди что-то кричали и бесновались, периодически выдавая мое имя. Кто-то зло, кто-то в искренней радости. Я посмотрела на подруг, те стали моим отражением: застыли в немом шоке.
— Итак, Адриан. Список озвучен. Ты готов назвать нам имя своей Королевы?
О, нет. Нет, нет, нет. Дело принимало дурной оборот.
Что делать? Что же, блин, делать? Постыдно бежать, снова? Кажется, это начинает становиться продолжением моих рефлексов. Я попятилась, развернулась и двинулась к выходу, активно распихивая толпу людей, половина из которых пыталась осыпать меня поздравлениями, а другая… Ну, стоило не вынимать ядовитые шпильки.
Я была уже довольно близка к заветной цели, но мгновенно замерла. Этот голос явно имел надо мной власть, пригвоздив к месту. — Послушайте! — Идеальный тембр Адриана Блэка, усиленный микрофоном, разнесся по всему залу, заставляя замолкнуть всех учеников в белых одеяниях. Принцессы, принцы, невесты, женихи, и, судя по нарядам, шлюхи — все обернулись к нему. К королю этого белоснежного шабаша. Я тоже медленно обернулась, встав в пол оборота. Замерла, не решаясь повернуться полностью или уйти отсюда. Блэк стоял на сцене и взирал на толпу с присущим ему величием. — Мне нужна ваша помощь. — И тут случилось чудо. Лицо Блэка озарила искренняя, сияющая улыбка. Мое сердце сделало кульбит, а ученики зачарованно зашептались. Он. Был. Прекрасен. Адриан Блэк был чертовым Богом, Падшим ангелом в черном одеянии, и он прекрасно умел этим пользоваться. — Прежде чем назвать имя, я хочу, чтобы вы помогли мне с одним важным для меня вопросом. Блэк вытащил микрофон из стойки и заходил как по сцене, как заправский ведущий ток-шоу, приковывая к себе каждый взгляд.
— Есть один человек, девушка. Она считает, что я — ее страшное прошлое. А вот для меня она прошлое, настоящее и будущее. Я не могу без нее жить. Я не могу не думать о ней, просыпаясь и засыпая. Я не могу не говорить о ней. Я хочу произносить ее имя, хочу дарить ей цветы и подарки, хочу смотреть на ее улыбку, ловить взгляд ее кобальтовых глаз, слышать ее голос, ее смех. Если я не смогу делать этого, я просто не смогут жить. — Блэк замолчал, обводя взглядом своих слушателей, похожих на бандерлогов, ждущих приказа удава. — Так почему я не с ней? Все просто и банально: она любит другого, а меня боится. Она счастлива с ним, а я стал статичным персонажем в ее жизни. Она не способна предать. Но предательство ли это, делать так, как хочет ее сердце? И вот теперь возникает вопрос: что делать мне? Отпустить ее? И продолжить существовать в этом мире? Не жить, а существовать. Или же доказать? Доказать что ей нужен я, показать что такое настоящая любовь, показать на что способен ради нее…Что лучше? Оставить или доказать? По залу прошел гул голосов, возрастающий и нарастающий с каждой секундой, как снежный ком. Ответ для них был очевиден и обрушился на сцену лавиной голосов: — Доказать! — Доказывай, Блэк! — Дерзай, Адриан! Через короткие мгновения нестройные и единичные голоса обрели силу и слились в одно слово, скандируемое залом: — До-ка-зать! До-ка-зать! До-ка-зать! Я не хотела смотреть на это, я не хотела слушать это. Я чувствовало, что сейчас что-то произойдет. И гром грянул. Блэк поднял обе руки, заставляя толпу смолкнуть и уже в полной тишине выдохнул в микрофон два слова: — Алексис О'Доэрти. Мое имя сорвалось с его губ и взорвалось в моей голове. Его искренность, его полный надежды взгляд, скользящий по толпе в поисках меня. Стоп-сигналы были сорваны и я сделала единственное, на что была способна: я побежала. Беги, трусливый крольчишка. Беги от себя! Беги, Алексис!
Я ринулась к выходу, распихивая локтями учеников, белые фигуры, некоторые все еще в масках, делающих их безликими. Тут и там мелькающие маски придавая ситуации сюрреалистический оттенок, будто я оказалась героиней сказки, мультфильма. Как Алиса, упавшая в кроличью нору. Только вот попадать я сюда никак не хотела, меня просто из-за всех сил подталкивали в спину в эту чертову страну чудес. Не оборачиваясь ни на секунду, я выскочила из зала, мгновенно преодолев длинный коридор и лестницу, спускающуюся вниз, я вылетела из школы, не прекращая бег в сторону лесного парка. Я бежала, бежала, бежала, грудь надсадно заболела, дыхание стало выходить с хрипом и болью, ноги начинали тяжелеть. Теперь я поняла истинную прелестью юбки с длинным разрезом — можно эффектно и удобно сбегать. Когда я оказалась как можно дальше от людей и на максимуме своих возможностей, я схватилась за ствол дерева, пытаясь устоять на дрожащих ногах, но не выдержала и, упав на колени, зарыдала. Я ревела в голос, подвывая, хрипя, сипя. Уткнувшись лицом себе же в колени, я руками цеплялась за траву, которая вперемешку с землей оставалась под моими ногтями. Когда запас слез во мне иссяк, я лишь нервно всхлипывала, вздрагивая всем телом. Голова раскалывалась на несколько частей, хотелось разбить ее, только чтобы избавиться от этой боли. Ночной воздух только сейчас достиг меня, с учетом моей пробежки и мокрого тела я моментально продрогла и поняла, что меня знобит уже не только от истерики. Щеки горели, глаза щипало, руки были грязные. Да, хороша, Золушка, нечего сказать. А ведь еще даже не полночь. Хорошо, что подол платья — серый, может мне удастся его не испачкать? — Попалась. Я дернулась и резко открыла глаза, готовая вскочить, но этого не понадобилось. Передо мной стоял Тэйт.
— Мы тебя ищем. — Мы? — Мы — твои друзья. — И с каких пор ты записался ко мне в друзья? — Проворчала я. Нет, я так не думала. Тэйт стал за эти дни мне безумно близок. Но желчь во мне искала выхода и, как всегда бывает, мы сраваем свою злость на тех, кто этого не заслуживает. На близких. — А что, туда только по записи? — Улыбнулся Тэйт, игнорируя выпад и садясь рядом. — Думаю, что это произошло где-то между тем, как наглая девчонка с мокрыми волосами не давала мне купить газировку и тем, что она же чуть не сбила меня, скатившись по лестничным перилам. — Я фыркнула от смеха, вспоминая день нашего знакомства. — Иди ка сюда, бестолковая, — Добавил Тэйт, делая нечто совсем уж для нас не свойственное: нежно обнимая меня за плечи и притягивая к себе. Я опешила, но всего на секунду. Не в том я положении чтобы отказываться от тепла, и мое, порядком замерзшее тело, с благодарностью прижалось к парню. Я уткнулась лбом и носом ему в шею. — Фу какая ты мокрая. — Я усмехнулась и легонько ударила его по спине, не в силах дать более достойный ответ. Он же стал растирать мне открытое плечо. — Совсем замерзла. Я бы дал тебе куртку, но, как видишь, на мне лишь рубашка. Я фыркнула куда-то в район ключицы Тэйта: — Я бы поплакала тебе в рубашку, но, как видишь, я уже израсходовала месячный запас влаги. Почувствовала, как губы Вуда растянулись в улыбке и еще раз улыбнулась сама. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Вернешься на вечеринку? — Поинтересовался парень. — Не думаю. — Я знаю, что ты никогда не думаешь, а на вечеринку то вернешься? Я ткнула наглеца в бок, силясь попасть пальцем между ребер, в какое-нибудь особенно чуткое к щекотке место. — А знаешь, Лексис, что ты самый хреновый партнер для бала? Где это видано, чтобы твоя половинка на вечер сбегала с мероприятия из-за того, что ее ищет какой-то другой фраер? — Ну прости, я не специально. И я не шутила, я побежала просто… Просто потому, что я могла побежать. Мое поведение не поддавалось никакой логике. Впрочем, Блэк недалеко от меня ушел.