Чтение онлайн

Свадьба получилась классная. Выкупали невесту всем мужским коллективом из дома Леды, потом торжественная роспись, и у нас появилась первая запись в книге актов, не связанная с получением свободы и волшебным появлением новых жителей из ниоткуда. После росписи я всех построил, включая Вовку, который пытался выдернуть из причёски Лады какую-то заколку, сделал снимки, два штуки, даже сам успел встать. Потом пошли на Перуново поле, возложить венки из еловых веток. Пока ходили, Лада все сокрушалась, что платье такое нарядное, а одеть его только один раз можно, и больше никто не увидит никогда. Дед хитро улыбнулся, произнёс:

– Как знать, как знать...
– после чего получил недоумевающие выражение лиц, и тычок в спину от Агны, - Да я не то имел ввиду. Сергей...
– тут и я его ткнул, нечего сюрприз портить.

Возложили венки, я толкнул речь о том, что первый раз по такому радостному поводу мы собираемся тут, а то все больше поминки да "разбор полётов" после битв. Лада с Юрой по-разному реагировали, Юра был чуть потерян, Лада - довольная, как слон. Ещё бы, первая московская невеста. Там тоже сфотографировались, я пока берёг секрет.

Потом перерыв небольшой, на стол собрать да подготовиться к празднику, я им там конкурсов всяких накидал, пусть развлекутся. Сам же пошёл с дедом проявлять снимки и вставлять их в рамку. Получилось четыре кадра, два со мной, два - без меня, в двух разных местах, возле домов и на Перуновом поле. Всё это мы в оформили в деревянные рамки, большие фотографии получились, да альбом соорудили из второго комплект позитивов. Сидели с дедом в девятом веке при тусклом свете красных фонарей, ловили через дырку в крыше солнце зеркалом, да проявляли. Паноптикум!

Начался праздник. Мы дарили подарки молодым, каждый от себя. Вера с Веселиной сделали им табличку красивую металлическую, с гравировкой о событии, девушки наши выткали и сшили белья постельного да другого всякого барахла из сосновой шерсти. Кукша с парнями посуды металлической да глиняной, покрытой глазурью стеклянной, приподнёс, дед - мебель и колыбельку новую, с намёком. Я подарки дарил два раза - от себя, и от государства нашего. Разделить решил эти вещи сейчас, чтобы показать лишний раз то, что мы не просто друзья, а сограждане. От себя подарил молодым зеркало большое, в резной рамке. Ну как большое, сорок на сорок сантиметров. За это супруга меня чуть не съела - ни у кого нет, а у них - пожалуйста. Перешёл к подаркам от государства. Надо приучать людей, что лояльные граждане получают разные бонусы.

– Вы пришли к нам больше года назад, наверно, ненавидели нас за то что в сарае вас держали, - Юрка было дёрнулся, но я его осадил, дослушай, мол, сначала, - но трудом своим, старанием, учёбой прилежной и верностью нам, государству и роду нашему, заслужили вы право, все вы, включая молодых, именоваться вольным гражданами без очереди.

Радостный говор стал мне ответом - хоть и забыли уже ребята о своём статусе, но получить полную свободу и признание со стороны нас, Игнатьевых - это событие.

– Так пусть же день этот останется в веках, как день вашей свадьбы и обретения вами и вашими товарищами свободы, - я начал доставать подарки.

Сцену их осмотра сразу захотелось тоже сфотографировать. Все за столом замерли, не веря своим глазам. Только что на снегу стояли все перед непонятным ящиком, а тут, как живые, на стекле. Чудеса да и только! С трепетом и благоговением шёл по рядам альбом и фотографии в рамках. Даже говорить народ стал шёпотом. Наконец, всё это дошло до адресатов:

– Ну вот, Лада, а ты боялась, что больше никто тебя такую красивую не увидит!

С визгом новоявленная супруга Юрки бросилась через весь стол и повисла у меня на шее. Расцеловала всего да чуть не придушила в объятиях.

– Но-но! Это не меня благодарить стоит, это государству нашему спасибо сказать надо, каким вы и мы его делаем. Можешь флаг потом полабызать, или Конституцию в постель взять с собой вечером, - взрыв хохота за столом, народ развеселился.

– Что-то как-то не так налили, горько что-то! Горько! Го-о-орько-о!?
– невеста с женихом стояли в непонятках, остальные тоже недоумевали, пробуя напитки на вкус, - Эх-х-х, молодежь! Ну поцелуем сладким сделайте так, чтобы не было горько!...

Это был первый раз, когда меня супруга пилила за количество выпитого. А я был не столько пьяный, сколько довольный. Ребят освободил да память о себе оставил, на стекле. Я там сбоку, запыхавшийся, на всех фотографиях, но меж тем присутствую! Мы ещё и с Буревоем, тот тоже накидался, салют потом устраивали, чуть все село не спалили...

Новоявленных вольных граждан привели к присяге-клятве. Она, собственно, завершала процесс перехода ребят из зависимого состояния в вольный статус. Текст её я скопировал с советской, добавил про богов и предков, про верность Отечеству и России. Присягу давали на Перуновом поле, получилось торжественно, но для этого мероприятие пришлось перенести на день - после свадьбы мы с Буревоем напоминали китайских пчеловодов.

До Нового года многое успели сделать. Наши новоявленные вольные граждане пахали так, что дым коромыслом стоял. Особенно когда мы обновили всем паспорта, вклеив в них фотографии. Дед мела много в бумагу кидать стал, получились вполне приличные снимки, можно и от стекла отказаться. Зеркала пришлось делать всем, иначе барышни бы запилили насмерть меня и Буревоя, причём всё, от одиннадцатилетней Смеяны до моей супруги.

Молодожёны наши заняли отдельный дом, остальные ребята тоже расселились. Толик к деду и Кукше переехал, оставшиеся девушки - Вера, Сати и Роза - собственное жильё заимели. Вносил негатив только Кукша в эти все события. Пасынок мой пока держался, но смотреть на него было больно. Снаружи сталь холодная, а внутри клокочет пламя. То ли от обиды, что не приехала, то ли от страданий на счёт того, что могло случиться с возлюбленной. Скорее бы уже эта весна, проясним ситуацию. Даже я стал беспокоиться о Торире. Нынче плавать по морям да озерам сродни русской рулетке, опасность подстерегает со всех сторон. Разве что наличие у него Кнута и наших доспехов добавляли некоторого оптимизма. Да и сам он мужик не промах - пробьётся.

Новый, 862 год встречали в доме. За окном мела пурга, какой я давно не видывал. Повеселились, играли в "Крокодила", ели, пили и пели. Салют даже запускать не стали - так сильно мело на улице. Хорошо, что животина "сама" отапливается, как и водокачка. Через несколько дней только распогодилось, и Новый год принёс нам новые сюрпризы...

6. Деревня Москва на Ладожском озере. Январь-февраль 862.

В конце первой недели нового, 862 года, я полностью признал правоту поговорки "Хочешь насмешить богов - расскажи им о своих планах". В ночь с четвёртого на пятое января метель улеглась. На завтраке разбирались с планами на будущий год, да собирались убирать снег всем селом - его очень много намело, еле двери открыли. Вдруг в процессе разговора напряглась Смеяна:

– А ну тихо вы, - девочка подняла палец вверх, мы заткнулись, - Машка пришла!

Смеяна побежала одеваться, с улицы доносился вой - лосиха, похоже, возле ворот. Пока собрались, пока Смеяна на лыжи встала, лосиха ушла, обиделась наверно, что не пускаем. Ворота открыли, Смеяна рванула на лыжах в лес по следам в глубоком снеге. Винтовку она взяла, опасаться вроде тут нечего, пусть подружку свою поищет. Может, и впрямь лосихе помощь нужна. Сена там, или морковки хочет - под таким снегом сложно найти себе еду. Моя очередь была стоять в дозоре, я занял позицию на водонапорной башне и осматривал окрестности в подзорную трубу.