Чтение онлайн

– Обеслав! Что у тебя!

– Клин! Поворот резкий!
– такое бывало у нас, когда паровик не вытягивал нагрузку, и давление в котле возрастало.

– Б...ь!
– только и смог выдавить я.

Кнут поддержал меня непереводимым скандинавским фольклором. Мы стояли в раскоряку посреди озера, нас настигали даны. Они начали поворот, и насколько я понял, хотели устроить абордаж с двух сторон. Я кинулся к Обеславу, вместе пытались привести машины в чувство. Запуск машин при ходе под парусом вообще был делом сложным. Надо сначала сцеплением синхронизировать вращение винтов, что уже крутились под действием напора воды, и валов двигателей. Потом аккуратно подавать пар, добиваясь того, чтобы машина начала сама двигать судно. Ну только после этого давать полный ход. А тут я на нервах, Обеслав в шоке, крики и вопли наших союзников не добавляют спокойствия... И по команде "Поддать пару!" Обеслав соединил диски сцепления, открыл клапан подачи на полную, а винты-то в повороте, что Кнут проводил, чуть "провисли". Результат - правая машина поймала "клин". Страшного ничего, сталкивались с этой проблемой, знали, что делать. Но не в такой обстановке! Обеслав с испугу стравил пар, сбросил сцепление - левый винт толкнул лодку, поставив её парус вдоль ветра, и встал. Машину правую даже исправлять не стали - тупо начали набрасывать цепь на синхронизатор, чтобы от одного двигателя идти. Чуть все пальцы там не оставили... Наконец, установили соединение, и мы начали поднимать давление в котле. Я выглянул наружу, боялся опять поломать задумку Кнуту.

На озере разыгралась битва. Очень непривычна для этих мест и этого времени. Кнут таки поймал ветер, и потихоньку разгонял лодку в сторону данов. Мы шли встречными курсами. Причём обе лодки данов были по правому борту. И самое противное, что из шести стрелков на борт мог вести огонь только один, ближайший к врагу! Мы-то планировали совсем другой бой! Пули, правда, не долетали, и Торир зарубил стрельбу.

Я с "бреданкой" занял позицию на носу. Пытался прицелиться, сильно мешала качка. Мы все быстрее двигались на встречу друг другу. Кнут проорал что-то на своём, скандинавском, все уцепились за страховочные тросы. Резкий поворот - я чуть не выпал за борт, в последний момент удержался. Теперь мы шли навстречу так, что оба дана оставались по левому борту. В момент, когда я начал уже различать отдельные элементы на корабле данов, хлопок винтовки вызвал крик на их судне. Атли, а именно он стрелял, в кого-то попал. Кнут ещё чуть довернул лодку, даны пытались перестроиться. Мы были быстрее, поэтому прошли мимо ближней лодки на расстоянии метров двадцать-тридцать. Хлопки винтовок по левому борту слились в единый гул. В дело уже пошли облегчённые пули, у них звук другой, характерный. Борт отстрелялся, викинги лихорадочно перезаряжались. Даны орали, теперь уже их лодка встала в раскоряку!

А потом начались манёвры. Не так я себе представлял морской бой, ой не так! Мы кружились вокруг вставшей лодки данов, вторая лодка пыталась к нам зайти с кормы. Продолжалось это часа два по моим корабельным часам. Стреляли мало, пытались занять выгодную позицию. Даны начали заметно выдыхаться. Уже не так резко двигалась их посудина, устали гребцы-олимпийцы. Они начали отворачивать к берегу! Это нам совсем не надо, Кнут тоже был со мной согласен. Обеслав держал котёл под парами, решили задействовать его. Парус быстро убрали, рею поставили вдоль борта. Машина начала сначала медленно, а потом все быстрее раскручивать винты. Я всем телом ощущал вибрацию корпуса. Мы понеслись, другого слова не подберу, догонять данов! Добыча и охотник поменялись местами! В нас полетели стрелы, но не достали, бессильно упав метрах в десяти по носу. А скорость данов упала ещё сильнее. Лучники, видать, сидели на вёслах до этого, а значит, тяга их судна при стрельбе снизилась. Мы пронеслись мимо лодки, получили пять стрел в борт и в щиты, но закидали пулями лодку данов. Та тоже встала. Стоны и крики свидетельствовали о наших попаданиях.

Теперь мы были в роли Буриданова осла. Две лодки, между ними несколько сотен метров, что делать? Блиц-опрос показал, что все склоняются добить ближайшую, а потом заняться той, которая встала первой. Но на ней какие-то личности натягивали парус! Блин! Мы так без добычи останемся. Хотя... На парусе далеко не уйдут, он у них вспомогательную роль играет. А значит, мы их по-любому догоним. Главное, не потерять из виду. Решили действовать согласно быстро составленному плану.

Крутой разворот, мы опять шли на сближение. На этот раз правый борт отстрелялся по лодке, стоны, крики, ругань. Попытки двигать нашу добычу вёслами прекратились. Разогнавшись, дошли до другой лодки, левый борт закидал пулями тех, кто пытался развернуть парус. Разворот. Опять обстрел лодки... И так ещё два раза. Суда наших противников уже не пытались двигаться, толькостоны и руганьразносились над водой. Осторожно подошли к одной лодке, чуть об их весла не повредили правый корпус. Мурманы напряжённо наблюдали за телами, лежащими в драккаре. Три выстрела по подозрительному движению, палубная команда, которая обслуживала парус, а теперь выступала в качестве абордажной, развернул небольшой трап и заскочила в лодку данов. Контроль, добывание штыками шевелящихся, быстрое определение ещё живых...

В захваченной лодке было крови чуть не по щиколотку. Тела викингов лежали в противоестественных позах, сжимая холодными ладонями оружие. При гребле они щиты ставили вдоль борта, а сами оставались чуть не с голым задом. Ну разве что кожаный доспех прикрывал некоторых. Поэтому наши чугунные пульки нанесли такой ущерб - стрельба велась с высокого борта боковых корпусов тримарана, непосредственно по гребцам. Признаться честно, примерно на такое я и рассчитывал.

По рассказам Торира, местная тактика боя на воде не отличалась разнообразием. Сначала "догонялки" на вёслах, потом сцепиться бортами, перебросить мостки и устроить рукопашную свалку. А грести в доспехах, даже кожаных, ой как неудобно. Соответственно, в работе вёслами участвовали все доступные бойцы. Иначе скорость будет ниже, чем у противника, и тот сможет получить преимущество. Например, корпусом сломать весла по одному борту, или обойти, закидывая бойцов стрелами. Таким вот Макаром и воевали. Сначала греблей пытались выиграть в положении относительно противника. Потом, когда место свалки и время её наступления становилось понятно, небольшая группа воинов выделялась в качестве прикрытия - в начале боя они забрасывали врага стрелами и защищали бойцов, вяжущих мостки, щитами. Потом абордаж, причём чаще всего - встречный. Ты к врагам в логово ломишься, они к тебе на плавсредство.

Мы же имели преимущество в манёвренности и скорости за счёт большого косого паруса и паровой машины. Чтобы гоняться за нами, данам пришлось грести до изнеможения. А мои-то мурманы все свежие, как огурчики! И "стрелялки" наши сильно приёмистей, чем луки и арбалеты. Вот и получилось, что измотали мы врагов на "догонялках", а потом и расстреляли чуть не голых с высоты своих бортов, не обращая внимание на укреплённые вдоль лодок щиты.

К моменту зачистки второй лодки я был в норме, чуть трясущихся рук, нервы были на пределе. Вторая зачистка чуть не стоила нам жизни матроса, из под груды тел восстал, другого слова не подберу, какой-то здоровый окровавленный мужик, и с диким криком ринулся на абордажную команду, размахивая здоровенной секирой. Я со страху выпустил в него пуль семь, пока он не успокоился. Послышались шепотки: "Берсерк, это берсерк!". Не знаю, может и впрямь он, но было страшно.

Так страшно, что чуть не забыл попросить оставить кого-нибудь в живых для допроса. Хорошо, что Торир сам сообразил, ему тоже слоняться без дела по озеру надоело. Во второй лодке добили всех, кроме одного полуживого дана. Старый уже дядька, седой, как лунь. Обругал нас всячески и не хотел идти на контакт. Торир пообещал ему Валгаллу, так мужика даже допрашивать после такого не пришлось,сам всё выложил.О силах несметных, которые нас доведут до цугундера, ибо их там аж десять лодок ещё. Они ждут каравана, прошла информация с Ладоги. Уничтоженные же нами два судна послали предупредить, когда тот конвой приблизится к Неве. Напавшие на нас лодки должны были дождаться появления словен и доложить об этом эскадре, что ждала в засаде. Расчёт прост, караван идёт медленнее, чем боевые лодки, иразведка должны успеть дойти до места сбора.А там чуть не десять лодок с двойными командами гребцов прижмут словен на реке, с тыла, так сказать. Причём даже если караван испугается и уйдёт обратно на Ладогу, или некоторая часть лодок таки прорвётся, нанимателей это тоже устроит. Ускользнувших добьют уже на Балтике, там другая эскадра сторожит выход из Западной двины. Возврат же торговцев обратно в словенский городок явно определит победителя в этом противостоянии. Все тоже поймут, что зерно скандинавам можно продавать только через данов, заваривших эту кашу. Ну и наёмники без добычи останутся, это не так страшно, им плата и так дана.

Торир выполнил обещание. Ему это стоило бы руки, если бы не доспехи. Бился дед дановский самозабвенно, но был уже ранен и истёк кровью. Торир ловко подловил его на противоходе, и резким и мощным ударом всадил меч в сердце. Быстрая, лёгкая смерть в суровой битве лицом к лицу, а главное - с оружием в руках, является гарантированным пропуском в Валгаллу. Мы этого деда, кстати, сожгли. Одного из всех данов. Их весла связали, дров взяли для паровой машины, и пустили костёр по озеру. Заслужил.

А вот после битвы начались проблемы. Оружие, доспехи, запасы с лодок мы собрали. А что с самими лодками делать? Я предлагал сжечь. Кнут и Торир называли меня идиотом на местный манер, и хотели их продать. Я начал набрасывать сложности этого мероприятия - как довести лодки до торга? Где взять гребцов? Приуныли мои викинги, прям как я, когда в "Сталкера" играл - не влазит весь хабар в рюкзак, а бросать жалко. Пришлось думать. На мою голову, решение нашлось. Жадины-говядины, блин! Сплошные проблемы из-за этого! Нам сейчас самое время быстро сгонять на Ладогу и предупредить Лиса с Волком о засаде. Но нет! Мы буксировали лодки данов. Паровик работал на средних оборотах, верёвки пошли на буксировочные канаты. Двух матросов пришлось поставить на рули на трофеях. Зацепили канаты за центральный корпус нашего тримарана, чуть три раза себе не разломали лодку и дановские за малым не разбили. Медленно и печально мы двигались к Ладоге. Управлял лодкой Атли, а Кнут и Торир устроили мне разнос.

Капитан на лодке должен быть один. Даже Торир не вмешивался в управление судном, а только задавал стратегию боя. А тут я со своими паникёрскими воплями и неуместными приказами Обеславу. Вот и лупцевали меня мужики морально, за нарушение субординации. Я огрызался, указывал на то, что бой вести надо под паром. Те в ответ говорили, что не моё дело. Поспорили, поругались, поорали друг на друга. Успокоились, пошёл конструктив.

Кнут не привык к паровой машине. За время эксплуатации нашей лодки, под парусом он стал виртуозом, но двигательне часто запускал, не привык ещё. Нужна практика, чтобы Кнут нутром почувствовал, как ведёт себя судно при работе механизмов. А для этого нужны дрова и время. Теперь я назначался на должность помощника капитана и помогал ему освоится с паровым ходом.

Обсудили и сам бой. Трупов данов насчитали почти семьдесят человек, увеличенная команда была на каждой лодке. Это, кстати, объяснило их быстрый ход. На это каждый наш стрелок потратил по три-четыре магазина, по шесть пуль на одного врага вышло. И если мы такими темпами продолжим, то нам тупо не хватит боеприпасов. Надо повысить точность и эффективность стрельбы. Для этого снижать дистанцию ведения огня, подставляя себя под дановские стрелы, или тренироваться. Много, часто, тренироваться вести огонь с борта лодки на скорости и при качке - в условиях, максимально приближенных к боевым. Деревянныеучебные пули были, магазина по четыре на брата, россыпью. Вот всех их и надо расстрелять до следующего боя с максимальным тренировочным эффектом. Металлические тратить не вариант - можем не отстреляться от врагов.