Чтение онлайн

В уголки глаз незвано пробралась влага, но не от грусти, а от смеха, распиравшего меня изнутри. Подумать только, куда не сунься, всюду уже история случалась, а ты идешь по протоптанному кем-то пути.

— Как же так?

— Надеюсь, это было последнее совпадение. Последнее же?

— Дальше только путешествие к эльфам, но туда мне еще идти и идти.

Я позволила себе улыбнуться, хотя момент не подходил, да и губы, мягко скажем, не готовы были двигаться сегодня. Повернувшись к Элеосу, я наконец-то разглядела свою новую «камеру»: небольшая комната в кирпичном доме, прямо под крышей. Обстановка бедновата, но опрятна, минимум мебели компенсировался выцветшими обоями в мелкий цветочек и двумя окнами с кружевным тюлем. Миленько, помещение будто бы без постоянного хозяина, но все равно хорошо выглядит.

Сам Элей впрочем смотрелся куда плачевнее. Синяки, залегшие под глазами, и прохладные ладони немало пугали, но только меня, когда как Ньярл мгновенно приготовился поговорить со своим подчиненным:

— Элеос, ты уже раздобыл вино?

— Я не приму вашу кровь.

— Примешь, если я прикажу.

— Ньярл…

— Что я буду делать, когда тебя не станет? Куда мне идти? Тем более теперь, когда даже семье я стал ненужным, лишним элементом.

Горло снова запершило так, словно я несколько дней жил в пустыне. Чужое тело горело от усталости и жара. Перед глазами вдруг закружился потолок, пришлось снова зажмуриться, что, к сожалению, не помогло мне отрешиться от внешнего вида самого верного из близких мне людей. Настолько старым, настолько измученным я видел его впервые. Будучи рядом, я старался отдавать свою часть силы вовремя, чтобы не допустить таких последствий.

Скрипнув стулом, Элей вдруг положил мне на голову влажное полотенце.

— Не говорите так. Уверен, это временные трудности.

За тонкой дверью спальни вдруг раздались громкие быстрые шаги, будто кто-то поднимался по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Едва успев насторожиться, я чуть двинул шеей, глядя на вход, в то время как Элеос даже не шелохнулся, словно заранее зная, кто войдет.

— Софи! Боги, ты пришла в себя!

Бесцеремонно ворвавшись внутрь, вихрастый юноша одной рукой пихнул Элею саквояж, какой обычно на домашние приемы носят врачи, а второй рукой бросил пальто на старомодный громоздкий комод у стены. Несмотря на все запреты и, как мне помнится, серьезный тон Каина, младший из Блэквудов держался так вальяжно, будто презирал все законы разом.

— Гани, тебе нельзя здесь находиться.

— Ну во-первых, запрет действовал на то, чтобы помогать тебе, в то время как я помогаю Элею. А во-вторых, что они мне сделают? Пожурят? Посадят в тюрьму? Даже лишить карманных денег не выйдет, благодаря твоему неожиданному подарку, я теперь могу обеспечивать себя сам.

Вальяжно усевшись рядом на кровать, Ганим приподнял полотенце и чмокнул меня в лоб. От него пахнуло весенней прохладой и влагой, какая бывает после дождя.

— Знал бы, что ты проснешься, взял бы с собой сладостей.

— Ее сладости в ближайшие дни должны быть ограничены лекарствами. Я рад, что Каин не запретил Уэстам делать назначения.

— Какая разница, ведь ты или я, или Гера, всё равно можем попросить что-то для себя.

Недовольно покачав головой, Элей промолчал и, поставив саквояж на тумбочку, принялся перебирать склянки и кипу инструкций, приложенных к ним. На желтоватых листочках я заметила знакомый почерк Мэгги, уже заботившейся обо мне когда-то очень давно. Отвернувшись, я дала Гани знак придвинуться ближе.

— Ты и сестру готов утянуть в незаконную деятельность?

— Будто это так сложно. Она тоже не согласна с решением старших, но… ты же понимаешь, ей куда сложнее противиться. Гера чуть ли впервые столкнулась с тем, что ее мнение отличается от мнения матери и дяди, так что она справляется как может. Сбежала в останки Храма и планирует его восстановление, раз запрет снят.

— Ты же поможешь ей?

— Куда я денусь, конечно помогу, и строительная группа в Кадат прибудет напрямик из Аркхема. Я прослежу, чтобы всё прошло гладко, пока ты будешь замещать меня в Академии.

— Ох…

— Только не вздумай отказываться, я уже нашел тебе место и подготовил документы. К осени ты как раз встанешь на ноги.

— Я… Не уверена, что это удобно.

Покосившись на притихшего Элея, я заметила, как его бледные губы поджались, Ньярл, отозвавшись в сознании, тоже никак не был рад.

Я уже надеялся, что смогу остаться в этом доме на долгий срок.

Как тяжело выбирать.

Проследив за моим взглядом, Гани вдруг неловко передернул плечами и слегка отстранился, поправляя за собой сбившееся одеяло и подушки.

— Да, точно, Ньярл. Я успел забыть о нем, жаль, ты не рассказала раньше.

Только не ревность или обиды, я этого не выдержу сейчас.

— Га-аним.

Громко стукнув очередной стекляшкой, моему голосу вторил Элеос необычно строго, словно бы отчитывая Ганимеда:

— Тебе не стоит переживать, мой друг. Из Кадата до Архема ехать минут сорок, не так уж много, если подумать. Софи может спокойно приезжать на работу в Академию, но жить там я ее не отпущу. Раны и истощение довольно серьезны, Уэсты предлагали забрать ее в стационар, и я не думаю, что лета хватит для полного восстановления.

Повернувшись к стушевавшемуся и пристыженно затихшему Гани, Элей вздохнул, глядя на него, и добавил мягче:

— Я знаю, ты скучал, но позволь Софи наконец-то отдохнуть под надзором.

— Да-а-а… извини, я понял.

Облегченно выдохнув и отпустив стиснутый в руках край пододеяльника, я блаженно прикрыла веки, наслаждаясь долгожданным покоем. О будущем можно было больше не переживать, хоть его и решили за меня, но на этот раз в мою пользу.

Следующие дни проходили сумбурно, мешаясь с мутными, ускользающими от сознания образами в снах, и редкими периодами яви, где я точно могла отдавать отчет происходящему, со стыдом наблюдая за тем, как тщательно Элеос ухаживает за мной, компенсируя полную беспомощность. В такие моменты я всегда отходила на второй план, давала Ньярлу переброситься хотя бы парой слов, поблагодарить за заботу, за беспокойные ночи у кровати, за множество лекарств, притираний, мазей, за простую и сытную еду, стакан воды на тумбочке и больничную утку в кровати. Уже спустя неделю такой жизни я готова была отдать хоть всю свою кровь этому безумно преданному и потрясающему человеку.

Возможно еще в тогда, в церкви, стоило согласиться сбежать с ним от Блэквудов. Куда-нибудь в глушь, чтобы единственным страхом в жизни стал недостаток яблок для изумительной шарлотки от епископа темной церкви.

Отдавая мне в руки очередную тарелку с этим славным угощением, Элей сел на стул и принялся выполнять привычный ритуал, доставая флаконы из темного стекла и отмеряя травяные отвары и настойки. Теплый фарфор еще дрожал в моих руках, но я упорно ела сама, крепко вцепившись в посуду и быстрее орудуя ложкой.

— Мне неудобно просить, но я хотела бы принять ванну.

— Я подогрею воду к вечеру.

— Волосы в таком ужасном состоянии, может, их срезать?

— Я распутаю, не беспокойся.

— На это уйдет немало времени.

— Ничего страшного.

Открыв очередной пузырек, Элей отлил коричневой жидкости в чайную ложку и протянул мне. Носа коснулся запах корня солодки. Проглотив сироп, я заела его кусочком пирога, перебивая ненавистный с детства вкус пряной сладостью яблок с медом и корицей.