Чтение онлайн

— Помимо этого я хотела бы объявить во всеуслышание, что Аркхемская Академия, храм знаний, воссозданный руками нашей семьи, примет к себе не только детей Сомны, но и учеников Целестии, как основу для мира в будущем. Возглавит это слияние не кто иной, как юный принц Марк Люций, наследник целестинского трона.

Последние слова Аван потонули в общем ропоте, и даже музыка не смогла заставить гостей затихнуть. Кто-то в зале довольно громко возмутился, его поддержал голос рядом, и только вышедший на сцену Авель смог погасить поднявшееся волнение. Встав рядом с сестрой, уже не скрывая ни лица, ни одежды, он привычно вошел в роль строгого правителя, добавив значимости заявления для светлых.

— Я понимаю, что это решение может вызвать у вас вопросы и сомнения, но прошу отнестись к нему со всей серьезностью. Мы долго разделяли наши силы и наши возможности, сознательно ограничивая себя, не давая заглянуть за устаревшие рамки. Итогом этого стали конфликты, кровопролитие и недопонимание, сохранившееся не один век, а самое главное, потеря редких и важных для развития стран магов, чьи таланты оказались загублены на корню. Мой сын, получивший от меня дар разума, выразил желание обучиться некромантии наравне с магией света. Я поддерживаю его выбор, так как хочу, чтобы во главе Целестии был сильный и мудрый правитель, который проложит лучший путь к будущему нашей страны.

Аврелиан закончил речь, и как ожидалось, возмущение присутствующих сошло на нет. Только теперь я задумалась, насколько странно и дико для светлых может выглядеть темная правительница, вещающая что-то со сцены. Что-то мне подсказывало — не все из заморских гостей вообще восприняли ее появление всерьез.

Был бы тут хотя бы Каин, но увы, едва ли он порадует нас подобным ораторским искусством.

В зале вновь зазвучали фанфары, Авель мягко взял ладонь сестры в руку и провел ее к столу, где в двух красных папках с золотым тиснением были заготовлены документы для обеих сторон: об отделении Сомны, о признании ее независимости и акт о ненападении сторон сроком на целый век. На сцену под чутким присмотром Тара наконец-то поднялся третий в этом поколении Блэквудов.

Голову мгновенно обожгло жуткой, едва терпимой болью.

Невероятно видеть их вместе спустя столько лет, столько… мучений и… утраченных жизней.

Рада, что хоть кто-то получает удовольствие от происходящего.

Присев у стены, я ощутила, как из носа вновь хлынула кровь, заполошно вынув из кармана перепачканный платок, сквозь багровую пелену вновь посмотрела на поблескивающие на свету фигуры. Двое из них склонились над столом.

Нет, ты не понимаешь, я перестал мечтать об этом дне так давно, что и вспомнить сложно, я не верил в такую удачу, в воссоединение и… Я не смогу простить Авелю то, что он сделал, и едва ли остальные сделают это, но оставить месть и строить жизнь дальше, кажется безумием, которое мы все заслужили.

Сморгнув накатившие от напряжения слезы, я заменила платок рукавом. Кровь не заканчивалась, сознание плыло, как от жары при солнечном ударе, тошнота стала почти невыносимой.

Каин получил ручку, Аван что-то шепнула ему почти незаметно, и Блэквуд чуть нахмурился, будто стараясь прочитать документ. Я почти взвыла, мысленно поторапливая коронацию.

— Шустрее, черт возьми.

Темная фигура всё же склонилась и вытянула руку к красному пятну на столе, спустя бесконечно долгое смазанное движение, еще две фигуры, коими должны были быть Гемера и Ганим, принесли что-то на сцену. Собрав остатки воли в кулак, я заставила себя сосредоточиться.

— Аван Блэквуд, с этого момента ты объявляешься королевой Сомны, независимого государства земель Сарруб.

Аврелиан подхватил с подушки темную из черненого золота корону в виде переплетенных терновых лоз, мелкие драгоценные камни алого цвета поблескивали на свету, как свежие капли крови. Первые королевские регалии легли на голову старшей из Блэквудов.

— Каин Блэквуд, с этого момента ты объявляешься королем Сомны, независимого государства земель Сарруб.

Вторая корона, почти неотличимая от первой, едва коснулась волос Каина, когда я явственно ощутила, как оборвалась нить заклинания. Король Сомны заметно вздрогнул, ощутив тяжесть регалии и неожиданно осознав себя на сцене перед гостями. Заметив перемену, Аван тут же взяла свою папку в руки.

— Да здравствует король и королева Сомны!

Предусмотрительно сделав шаг назад, Авель захлопал в ладоши, подняв целую бурю аплодисментов и громкие возгласы жителей Сарруба. Воспользовавшись моментов, я постаралась как можно шустрее выскользнуть из гримерки, по стенке прошмыгнув в коридор. Нехорошее предчувствие точило меня изнутри, сил не осталось даже на простенькое заклинание, а последние чувства, пойманные мной от Каина, оказались довольно однозначны. Нужно было забиться в самый дальний темный угол и переждать основную вспышку гнева.

Я не думаю, что он действительно может сделать что-то плохое, Софи.

Давай не будем проверять.

Но тебе сейчас прежде всего нужна помощь, ты истощена, магически и физически, всё может стать еще хуже.

Плевать, мне сейчас никто не поможет, ты не понимаешь.

Ввалившись в самый крайний кабинет на этаже, я с трудом прошла к окнам и задернула шторы, погружая комнату во мрак, чтобы свет не резал чувствительные глаза. Пульсация боли в висках слегка затихла. На ощупь, как могла, я прошла к письменному столу, стоящему поодаль, и, отодвинув стул, села под столешницу, обняв колени. Кровь из носа уже не ощущалась, хотя, кажется, она всё еще была, но большая часть лица будто онемела, сдаваясь перед основным источником моих страданий где-то в голове.

Будто прячась от себя самой, я замерла, выравнивая дыхание и стараясь отрешиться от ощущений. Тишина кабинета постепенно обволакивала мое сознание. Наслаждаясь этим покоем, этой навалившейся легкостью, я позволила себе вновь задремать. Тело тянуло в сон, как в спасительный отдых, где меня больше ничего не потревожит.

— Вот ты где.

Кто-то грубо схватил меня за голень и резко вытянул наружу. Что-то тяжелое навалилось сверху, сильные пальцы вцепились в волосы и, приподняв голову, резко ударили ее об пол. От нахлынувшей боли я чуть не задохнулась, выставив руки, я попыталась оттолкнуть обидчика, но кисти неприятно заломили и тут же припечатали к груди. В темноте мелькнула золотая вышивка на ткани.

— Слишком серьезное задание для такой идиотки.

— Постой…

Я дернулась в надежде хоть чуть-чуть увернуться. Новый удар пришелся по уху, оглушив меня на несколько секунд, голос Каина раздался словно за ватной пеленой:

— Если понадобится, я выбью каждый потраченный на тебя день, каждый час твоего существования за мой счет, каждую каплю доверия.

— Стой-стой, пожалуйста, позволь… позволь сказать…

С силой схватив мою челюсть, он заставил меня повернуться и даже слегка наклонился, чтобы расслышать мой слабый голос. Не видя возможности бегства, я решила не стесняться и не держать язык за зубами, выдав то, что уже давно хотелось сказать.

— Знаешь… теперь ты знаешь, какого потерять единственную желанную цель в жизни… когда ее отнимают против воли…

Я позволила себе улыбнуться последний раз, воспользовавшись моментом и выдернув руки из хватки. Кое-как закрыла голову, злость первого короля Сомны не заставила себя ждать, удары посыпались один за другим, но это уже было так неважно, что я словно отрешилась от себя, спряталась вглубь сознания, будто со стороны наблюдая за происходящим. Пускай отыграется, этим ничего теперь не изменишь.