Чтение онлайн

Через месяц Фарб заскучал, впал в депрессию, потом пристрастился к местной самогонке. Макмиллану же был нужен результат. Лучше положительный, но подошёл бы и отрицательный, но не отсутствие вообще всякого. Начальство не любило, когда докладывать было нечего.

— Смит, дружище, свяжите меня с мистером Кристофером, — обратился Макмиллан к своему верному помощнику, решив, что будет лучше самому выступить за завершение операции в Болгарии, чем подставиться с поисками причин провала. Инициатива всегда выглядит лучше.

— Да, сэр! Одну минуту, сэр. Вот, сэр, мистер Кристофер на проводе. — Смит протянул трубку своему шефу.

— Мистер Кристофер, рад вас слышать, надеюсь у вас всё в порядке?

…

Миссис Кристофер, детки, надеюсь, тоже в добром здравии?

…

Я, собственно, вот по какому вопросу беспокою. У нас с августа месяца ведётся работа по феномену не то ясновидения, не то пророчества, помните? Привлёк я одного горе-фотографа, который оказался ближе всего к этому феномену. Идёт уже третий месяц, а мне вам докладывать абсолютно нечего. Право, мне даже неловко об этом говорить, но от факта фиаско не уйти. Надо отзывать, хватит переводить деньги налогоплательщиков.

…

Говорите, что рано? Что надо подождать хотя бы пару месяцев? Не знаю, не знаю… Ведь нет ни одного шанса, что что-либо изменится. Ведь тот странный мальчик, скорее всего, Болгарию уже покинул, в СССР же посещение других стран строго регламентируется. Приехал, провёл на курорте положенные две недели и всё, вали домой. Всё строго.

…

Тогда понятно. Пусть этот Фарб там сидит и ждёт. Йез, сэр! Я понял, это приказ.

Довольный собой Джеральд Макмиллан аккуратно положил трубку на рычаг телефона. — За такие успешные переговоры с начальством надо себя поощрить! — Он аккуратно извлёк из хьюмидора толстенную сигару, щёлкнул стальной гильотинкой, разжёг её от специальной спички и с наслаждением втянул порцию ароматного дыма.

Однако мысли о деле не покидали голову старого служаки.

— Придется, наверное, всё-таки Фарба в Новосибирск отправлять, все следы ведут туда. Пускай этот Фарб сидит и вспоминает, любую мелочь, любой штришок. А чтобы ему лучше вспоминалось, надо будет его ещё разок припугнуть… Может его в Гуантанамо недельку подержать? На Кубе же так здорово. Было. Пока проклятый Кастро не национализировал все курорты. Но есть Канкун, а скоро Рождество… На этом мысль Макмиллана свернули в сторону сладкого морского отдыха. Ром, сигары, безотказные мулатки, всё такое…

Болгарская политическая полиция славилась среди профессионалов плаща и кинжала соцстран. Заметив отличные результаты работы секретной службы, советские гебисты переложили на болгар весь южный регион, в который вошли кроме Югославии и Греции, Турция и даже Италия. Кроме внешней разведки, ДС занималась контрразведкой, пограничной службой и охраной первых лиц. Поэтому практически все агенты, вербуемые натовскими службами, были двойными или даже тройными. Не была исключением и Тереза Николова. Ей приглянулся и нынешний её подопечный. Спокойный, немного рассеянный, слегка трусоватый, но очень умный, с буйной фантазией, Натан привлекал Терезу полётом творческой мысли.

Взаимная симпатия постепенно перешла в дружбу, скрашиваемую бурными постельными баталиями. В этом деле Натан тоже оказался вполне на уровне. Вот шпион из него был, как из Терезы балерина. Он в первую же ночь рассказал о своём задании, о русском «ясновидце», который встречался с Вангой прошедшим летом и о чудесных пророчествах этого уникума. Тереза достаточно умна, поэтому играла роль глуповатой болтушки. К тому же она очень любила секс. Последнее очень помогало в её сложной работе.

Сразу после получения сенсационной информации, Тереза сообщила все подробности по команде. Как она и ожидала, никаких действий после этого замечено не было. «Контрразведка замерла в ожидании», — отметила она про себя. Хотя ей было до смерти любопытно, что предпримут её начальники, она не проявляла беспокойства, продолжая активно общаться с Фарбом.

1 ноября среда 1978 года на Софию обрушилась редкая для Болгарии погода. Льющие с неба потоки воды, превратили улицы и проспекты столицы в ледяные потоки. Ветер срывал шляпы и зонты у зазевавшихся пешеходов. Автомобили медленно плыли в потоках воды, обдавая ею редких пешеходов. Те сердито осыпали их бранью.

Первый заместитель министра госбезопасности генерал-майор Стоян Савов радовался простому наличию навеса прямо над крыльцом родного министерства, иначе он бы тоже промок до нитки. Зайдя в свой кабинет, Генерал Савов постоял минуту у окна, понаблюдал, как спешат под порывами ветра «безлошадные» сослуживцы и направился к столу. Сегодня начало месяца, время подвести итоги и прикинуть планы.

В Лондоне постепенно разгорается скандал с убийством этого идиота Маркова. Володя Крючков всё сделал чисто. Скотланд-Ярд никогда не сможет доказать причастность Болгарии к смерти этого писаки. Улик прямых не будет даже на исполнителя. Как там его? «Ватерлоо»? Нет, «Пикадилли», да, в наличии чувства юмора нашим русским «братушкам» не откажешь. Операция в Лондоне, значит «Пикадилли». Ха-ха.

Что там ещё? Надо вызвать Тодорова, пускай докладывает, как идут дела с наблюдением за американцами, что крутятся возле бабы Ванги. Вот ведь смешной народ! Неужели настолько тупые, что не прочухали, что бабка просто приманка, на которую мы ловим рыбу, которая нам интересна. Генерал наклонился над селектором:

— Мила, полковника Тодорова пригласите ко мне, пожалуйста.

Полковнику сегодня не повезло. Ещё вчера у его «Лады» появилось странное постукивание. Механик конторы сказал, что это, скорее всего, что-то не в порядке с подшипниками коленвала. Пришлось оставить аппарат в местном гараже, а сегодня этот чёртов дождь. Из-за ливня полковник промок до нитки. Сейчас вот придётся к начальству идти с подмоченной репутацией.

— По вашему приказанию, полковник Тодоров явился. — Пытаясь подтянуть солидное брюшко, принял уставную стойку полковник.

— Заходи, Владко, присаживайся. Что-то ты сегодня какой-то мокрый. С машиной что-то?

— Менять мне её пора, товарищ генерал… — Полковник, уловив нотки сочувствия в голосе начальника, собрался было начать подробно рассказывать о своих бедах.

— Про «Ладу» потом своим приятелям расскажешь. Сейчас давай к делу. Что можешь сказать об американцах, тех, что в Благоевграде. Что-то конкретно удалось узнать?

— Никак нет, — Тодоров пытается принять уставную стойку. — Ничего пока не удалось. Шифруются гады! Терезе даже по ночам рассказывает какие-то сказки про чудесные предсказания.

— А как на счёт нашей Ванги? Интересуется ею, или её гостями?

— Нет, абсолютно не интересуется. Он про неё узнал только от Терезы, а до этого, говорит, что даже и не слышал ни разу. Может, он и врёт, но убедительно.

— Вот тут он точно врёт! Мы эту Вангелию уже лет двадцать раскручиваем, по всем каналам всем уши прожужжали, а он, видите ли, ничего не слышал. — Савов сердито хлопает ладонью по папке с делом Натана Фарба. — Хорошо, вернее, плохо, надо лучше работать.

— Можно вопрос, товарищ генерал? Правду говорят, что Людмила Живкова оформила приглашение этому пареньку из Союза?