Чтение онлайн

Сообщение висит непрочитанным почти полчаса, в течение которых я сижу, не шевелясь и практически не дыша, а потом приходит ответ:

«У меня Троценко. Перезвоню»

Черт!..

Поднявшись со стула, я начинаю наматывать круги по кабинету, пока от нервного перенапряжения не начинают трястись мои руки. При чем тут, мать вашу, Троценко, когда речь идет о моей беременности!

«Я беременна!!!»– печатаю, яростно долбя пальцами по экрану телефона.

«Иду»– тут же отвечает Стив.

Я прикладываю к лицу ледяные ладони и жду, гипнотизируя дверь глазами. Она открывается уже через минуту. Взгляд мужа останавливается на моем лице, уголок губ странно дергается.

– Я беременна!
– выпаливаю сходу, - Восемь недель!

– Ебать...

Я впервые вижу его таким ошарашенным. Радость это или досада - не разобрать.

– Точно от тебя!

Проехавшись пятерней по волосам, он смотрит на мой живот, и я впервые осознаю, что там наш ребенок. Живой и самый настоящий. Горло забивает эмоциями.

– Дотрахались, - бормочет Стивен, делая навстречу.

Я тоже срываюсь с места и уже в следующее мгновение врезаюсь в его грудь и даю волю слезам.

– Почему плачешь, Стеш?.. Не хочешь?

– А ты?..

– Хочу. Ты же его родишь?..

– Да!..
– рыдаю в голос, - Пусть она хоть тройню тебе родит, а я от своего не откажусь!..

– Дурочка.

Стивен

Стоящее в зените солнце ощутимо припекает макушку. Оказывается, я уже и забыл, каким оно тут бывает агрессивным. Ступив в тень дерева, прячу руки в карманы брюк и устремляю взгляд на Стефу.

Она с букетом бордовых роз в руках стоит перед могилой отца. Спокойный ровный профиль и скрытая улыбка на губах - я буквально слышу, как она говорит с ним.

Не мешаю. Пусть.

Ей действительно есть, о чем рассказать старику. Тот, должно быть в шоке, но мне кажется, все равно искренне рад. Добавляю от себя, что его дочь, внук и компания в надежных руках. Мне есть, ради чего стараться.

Колышущий ее распущенные волосы слабый теплый ветер бросает прядь в лицо. Стефа, осторожно убрав ее, подходит к могиле и ставит цветы в керамическую вазу, а затем, обернувшись, улыбается.

– Идем?..

Стоящий чуть поодаль Григорий Алексеевич, приехавший навестить хозяина, тут же занимает место Стефы и кладет на могилу Оллсона охапку гвоздик.

– Мы опаздываем, - говорит жена, бросив взгляд на свое запястье, - Юрий Андреевич сейчас начнет звонить.

– Не смертельно.

Это обычный семейный обед, на котором из приглашенных будем только мы. Стеша нервничает, потому что мы решили рассказать Даниловым о ее беременности. Не знаю, с чего она решила, что это повод так волноваться.

Мать будет рада. Данилов старший, переварив новость, думаю, тоже.

– Вот... уже, - достает из кармана телефон и поворачивает его экраном ко мне, после чего сразу отвечает на звонок, - Да, Юрий Андреевич... Уже едем. Скоро будем.

Отключившись, убирает его обратно и тянет меня за руку.

– Идем, Степа!..

Степа. Только матери и ей позволено меня так называть. Я не знаю, как она это сделала - зацепила, притянула, просочилась под кожу и в итоге перепрошила меня изнутри. Стала моим слабым местом и точкой силы. Научила психовать, ревновать и слушать инстинкты. Задвинула мои амбиции на второй план, поставив себя и нашего нерожденного ребенка на первый. И, наконец, заставила меня чувствовать слишком много всего для того, чтобы считать себя умнее и выше остальных.

Даниловы, как это всегда бывает, встречают нас у самой двери.

Мама, как подобает хорошей свекрови, обнимает и целует сначала Стефу, а только потом уделяет внимание мне.

– Проходите, - говорит тихо.

Стефа начинает суетиться. Вручает угощения, сама убирает одежду в шкаф, потом долго приводит себя в порядок перед зеркалом. Мои губы сами растягиваются в улыбке. Это кайф, когда в любимом человеке тебя не раздражает абсолютно ничего.

– Заждались вас, обед стынет, - привычно ворчит Данилов.

– У нас будет ребенок, - озвучиваю то, ради чего мы, собственно говоря, на этот обед и решились.

Застыв, Стеша смотрит на меня большими глазами через отражение в зеркале. Даже отсюда вижу, как вспыхивают ее щеки. Мать, охнув, прижимает руку к горлу.

– Твою мать!
– выдает Юрий Андреевич.

– Уже через семь месяцев, - добавляю с гордостью.

– Степа!..
– восклицает мама, - Стеша!..

Объятия, женские слезы. Скупые поздравления Данилова, который сам не так давно стал дедом.

– Ну, вы даете!
– ударяет по моему плечу, - Володя, черт... не дожил!..

Обед затягивается и плавно перетекает в ужин. Мама, внезапно превратившись в наседку, не отлипает от Стефы. Смотрит на нас поочередно блестящими глазами.

– Было время, когда я думала, что вообще от тебя никогда детей не дождусь, - признается тихо, когда нас никто не слышит.

– Почему?

– Я боялась, что ты похож на своего отца, - дергает одной бровью, - Он не горел желанием обзаводиться потомством. Но ты, вроде... рад?..

– Рад, мама.

Наверное, это странно для того, кто понятия не имеет, что такое маленькие дети и ни разу в жизни не брал их на руки. Но когда я думаю о том, что Стефа носит моего ребенка, откуда-то из глубины поднимается и заполняет до краев горячее щемящее чувство.

– Почему ты не родила еще?
– задаю вопрос, который еще совсем недавно мне в голову не пришло бы задать.

– Мы хотели, - отвечает сразу, украдкой бросив взгляд на мужа, - Были две неудачные попытки, а потом... просто смирились.

– Я не знал...

– Теперь уже внука дождусь, - вздыхает она мечтательно и в порыве прижимается к моему плечу.

Выйдя на террассу, чтобы немного проветриться и затянуться никотином, я достаю телефон из кармана. В нем пропущенный звонок и сообщение от Линды:

«Перезвони, пожалуйста»

Набираю и практически сразу слышу ее голос в динамике.

– Здравствуй, Стивен, - ровный, эмоционально бесцветный.

– Здравствуй, что-то случилось?
– спрашиваю, выбивая сигарету из пачки и зажамая ее губами.