Чтение онлайн

– Иди прямо, не ошибёшься!
– каркнула ворона, хлопнув крыльями.

Метров через пятьсот, на перекрёстке, стало понятным полное отсутствие транспорта. Все дороги, включая тротуары (по которым наши люди тоже ездят), были "заботливо" разрыты и перекопаны за ночь глубокими траншеями. Как потом выяснилось, во вчерашней директиве мэра "Водоканалу" предписывалось незамедлительно приступить к полной замене коммуникаций по всему городу, начиная с северных районов.

Пришлось и дальше идти пешком. Впрочем, это не было чем-то неприятным. Горячее солнце, игривый налетающий со всех сторон ветерок и бешеным цветом цветущая и благоухающая повсеместно сирень.

Людей постепенно становилось всё больше. И не только потому, что она приближалась к метро, но и потому, что по мере удаления от дома ослабевало магическое поле, созданное Молином. Стали встречаться и машины. Фыркающие, чихающие, но неподвижные. У одних безнадёжно сел аккумулятор, у других - протёк за ночь бензобак, у третьих "предусмотрительно" неизвестными были сняты колёса. Впрочем, встречались чудеса и похлеще. Владелец "мерседеса" с изумлением таращился на поросший кактусами салон, другой автолюбитель тщетно пытался повернуть торчащие вместо руля раскидистые оленьи рога, третьего не пускала в машину собственная собака, рыча, злобно скалясь и клацкая челюстями.

Метро, как ни странно, работало. В молчании, напоминающий траурную процессию, а не готовую к штурму Зимнего толпу, людской поток, неспешно и чинно, проходил через лабиринт заграждений и вливался под землю. Суровые стражи порядка в белых парадных рубашках, не обращая на людей никакого внимания, размеренно и тупо подметали подходы к станции. "Спит Гаолян, могилы покрыты мглой...", - наигрывал инвалид с гармошкой, и ему вторила грустная дворняга с умудрёнными жизнью глазами.

Чуть поодаль какие-то люди, называющие себя то ли "монархо-социалистами", то ли "коммунал-санитарами" размахивали штандартами - на одном из которых на алом фоне был выткан золотом имперский двуглавый орёл, отважно лакающий яд из обвитой змеёй чаши, а на другом - белом - похожий на "бубнового короля" коронованный вождь пролетариата с красным крестом в одной руке и полумесяцем в другой - и призывали к немедленному захвату общественных туалетов, химчисток, бань и библиотек. "Очистимся сами, погрузимся в истоки и отмоем национальную историю до белизны! Тотальная санация прошлого - путь к оздоровлению национального генофонда и торжеству русской мысли над засильем американских окорочков и бездарных фильмов. Все на прививку против бизнес-бешенства!" значилось на листовках, раздаваемых бойкими девушками в бело-красно-оранжевых куртках.

За торговыми лотками с фруктами и овощами группа лиц итальянского, наверное, происхождения, вспомнив, видимо, что торговля - не единственно возможное занятие на этом свете, старательно и с любовью попыхивая трубочками, склонилась над мольбертами, запечатлевая уникальные натюрморты.

Алиса попросила баночку "пепси" в ларьке. Продавщица смерила её уничижительным взглядом и звонко просыпала сдачу на железное блюдечко. Большие "египетские" глаза сверкнули из полумрака, брызнули звёздными искрами бриллианты серёжек и гневно вздыбилась мощная грудь под тяжёлым золотом колье.

Алисе стало смешно.

– Кого хороним?
– обратилась она к менту-дворнику.

– Не шутили бы так, дамочка!..
– приостановился оторванный от своего занятия мент. Отёр со лба крупные капли пота белым платочком и чеканно произнёс.
– Точное время: двенадцать часов сорок четыре минуты и три секунды...

– Кар-р!.. Брешит легавый!.. Уже четыре...
– хихикнула ворона со столба.

– Кыш!.. Кыш, проклятая!..
– замахал на неё руками страж порядка.

Алиса обогнула станцию метро и вышла на Выборгское шоссе. Здесь машин было миллион. Но ни одна не ехала по причине ужасной многокилометровой пробки. Два гаишника, развернув чуть ли не поперёк дороги казённый "жигулёнок", сидели в нём, распахнув все четыре дверцы, пили пиво и играли в шахматы. До происходящего им, явно, не было никакого дела.

– Ребята...
– подкравшись, шепнула интригующим тоном ведьма.
– Губернатор едет...

– Шах!..
– радостно воскликнул один, передвигая фигуру.
– Да и хай с ним! Пешком пройдётся, коли невтерпёж... Не барин, чай!..

Другой помрачнел, задумавшись.

– Конём на "Бэ-5", - подсказала Алиса.

– Точно!..
– хлопнул гаишник себя по лбу.
– Молодец, девушка! Мимо меня можешь летать хоть под двести!

Теперь помрачнел другой. Алиса, не долго думая, шагнула в Сумрак и скинула с доски "лишнюю" пешку белых.

– А мы вот так зайдём!..
– обрадовался и второй гаишник.

Оставив "хозяев дорог" доигрывать, Алиса перешла шоссе и направилась по тропке к озеру. Искупавшись, она некоторое время полежала на пляже, отмечая про себя ничем не нарушаемую гармонию, столь нехарактерную для подобных мест в городской черте. Ни дети, ни девки не визжали, как зарезанные, малолетки не басили неумелым, но противным матом, молчали транзисторы и кассетники...

– Теперь куда?
– спросила себя Алиса. Лезть в метро сразу после купания не хотелось. Домой - тоже. И она, не спеша, пошла вдоль шоссе в сторону "Удельной".

В какой-то момент она почувствовала, что вышла из-под "Колпака", но особого значения этому не придала. И тут начались приключения.

Вначале из "мирно дремавшего" у обочины джипа вдруг выскочили двое "мордоворотов" и, ни слова не говоря, принялись запихивать её в машину. Алиса вырвалась и попыталась уйти в Сумрак... Но Сумрака не было... Точнее, у неё ничего не получилось. Она попробовала сконцентрировать Силу и выкинула руку вперёд в сторону нападавших. Вспышки не последовало. Сила ей не подчинилась. А руку перехватили и больно стали заламывать за спину.

– Ишь ты сука!.. Карате, наверное, училась...
– выблевал один. Второй хлестнул её по лицу и за волосы поволок к машине.

Разъярённые вороны орали на весь парк, но помочь ей ничем не могли.

– Всего лишь саламандра... Не ведьма...- пронеслось в мозгу.
– Или обычная слабая девчонка, не способная за себя постоять.

Алиса извернулась и укусила держащую её руку, упала на землю и отпихнула второго ногами, понимая уже, что сила не на её стороне... И увидела эльфов. Двух маленьких девчонок-разбойниц, бесшумно выскочивших из-за кустов.

"Жопомордые" ещё ничего не успели понять, а "финка" уже вошла, вспоров штанину, в бедро одного.
– Ой, ля-я!..
– истошно завопил тот. Второй, оставив Алису и всё ещё ничего не понимая, обалдело уставился на детей.

Девчонка поменьше выставила "козу" и бесстрашно шагнула на него, крикнув: - Ты что, ублюдок?.. Без хвоста остаться хочешь?.. Не подскажете сколько времени, дяденька?

И что-то страшное - совсем не детское - прозвучало в её тоненьком голоске, глаза нападавшего разъехались в разные стороны - он развернулся и, бросив "братка", галопом помчался к дороге.

– Серёга! А я?..
– как-то жалобно проорал вслед оставшийся, безуспешно пытаясь зажать хлещущую фонтаном из задетой артерии кровь, шагнул и повалился на землю.

Мотор "джипа" взревел. Алиса нащупала под рукой камень и метнула в машину. Вдребезги разлетелось ветровое стекло - и "джип" рванул с места.

Эльфы исчезли так же внезапно, как и появились.

Дело довершили вороны - подозрительно большие и чёрные, с оглушительным карканьем они рванулись вниз, на упавшего, и в мгновенье ока превратили лицо и одежду того в кровавое месиво и лохмотья. Ослеплённый, обезображенный человекоподобный остаток ещё скулил, скорчившись под кустом, а Алиса, не разбирая дороги, уже неслась через парк прочь...