Чтение онлайн

Где-то в Перу

Старый, скрипящий от старости семитонный Додж семидесятых годов, используемый здесь для местных перевозок, захрустев донельзя изношенной коробкой передач, остановился у обочины одного из шоссе, неухоженного и грязного, но ровного.

Пожилой человек, сидящий на переднем сидении – достал несколько крупных купюр, североамериканских долларов, молча протянул их водителю. Человек этот был одет как крестьянин – но он не был крестьянином и водитель это хорошо понимал. Какую бы шкуру не натянул на себя волк – будут видны зубы.

– Премного благодарен, сеньор – испуганно сказал водитель – я никому не скажу о том, что подвез столь щедрого сеньора, да благословит вас Дева Мария.

Одетый крестьянином пожилой сеньор ничего не ответил водителю. Просто посмотрел ему в глаза и вышел из машины.

Из решетчатого кузова потрепанного Доджа выпрыгнули еще несколько человек. У них были сумки, которые они несли через плечо.

Странная группа людей – сошла с дороги…

Старинный чугунный молоток – глухо стукнул в кованую наковальню, прикрепленную к двери из потемневшего от времени дерева. Стукнул ровно трижды.

За дверью зашуршало…

– Кто вы, и что вам нужно в мирной монастырской обители? – глухо спросили из-за двери.

– Откройте, именем Христовым – сказал Мануэль Альварадо

Лязгнул засов. Дверь открылась. Худенький, невысокий, средних лет патер в простом, подпоясанном веревкой одеянии – отступил в сторону.

– Проходите, братья. Кров и стол всем, кто чтит имя Христово.

Капитан Джейкоб Риц-Дэвис шел последним. Когда патер снова закрыл дверь на засов – он остановился, снедаемый любопытством спросил у задвигающего обратно засов патера

– Отче, а разве в божью обитель можно с оружием?

Глухо лязгнул стопор засова.

– Сын мой, не убий, не значит – не защити. В последние времена, во времена распада и разложения Вера Христова как никогда нуждается в защите. Вправе ли я отказать в крове тем, кто стоит за веру Христову с оружием в руках…

Капитан Риц-Дэвис совершенно не был уверен, что самый могущественный наркобарон американского континента, который только что чудом избежал смерти – стоит за веру Христову с оружием в руках. Но он понял, что все не так просто и нужно еще очень многое узнать понять, прежде чем делать какие-то выводы. И поэтому – он поблагодарил падре за наставление – и последовал за ним прохладным и темным монастырским коридором.

На следующий день – все мировые телеканалы прервали свою трансляцию для экстренного выпуска новостей. В пресс-центре Белого Дома президент САСШ Дарби Морган объявил о том, что в результате специальной операции наркоторговец и глава террористической сети был уничтожен. Свою речь он начал со слов "Хвала Господу, мы сделали это".

Никто даже и представить не мог, что произойдет потом.

Всю ночь спал плохо. Снились кошмары. Почему то – горящий на каком-то холме крест, как при ку-клукс-клановских расправах.

Верный своей привычке всему и вся искать объяснения, я понял, что кошмары начинаются, если спать на спине, возможно – в таком случае труднее дышать. Теперь я ложился спать на бок – но во сне почему-то переворачивался на спину, и мне снова и снова снились кошмары.

Сегодняшний был знакомым – ночь, дождь как из ведра, тонкая полиэтиленовая пленка, шершавый рубероид крыши – и снайперская винтовка в руках. Я даже знал, какая именно – М500 североамериканского производства. Я не знал, кого я должен застрелить, и, наверное, никогда этого не узнаю – потому что сон внезапно обрывался, оставляя страх и тяжесть в груди.

Эти сны начали мне сниться совсем недавно, они были яркими, как пленка синематографа. И я не знал, что с ними делать.

Едва выспавшись, я встал в шесть часов утра, когда на улице был сумрак – ночь уже уходила, а день никак не мог вступить в свои права. Марианны рядом уже не было.

Поплелся в душ – здесь, в Мехико, душ был роскошью, нормальной воды не хватало даже для питья. Под струями холодной воды, безжалостно бьющими как тогда, на крыше, пришел в себя. Вспомнил – все что было, и все, что есть. И даже не хочу задумываться, что будет дальше…

Марианна сидела в большой комнате, поджав под себя ноги по-турецки. На ней была только моя рубашка – ненавижу эту привычку – и ноутбук, который она сосредоточенно просматривала. Ни у нее, ни у меня не было постоянного сотового телефона, вся информация приходила либо адвокатам, либо на почтовые ящики, в которые можно зайти в любую минуту с любого места и любого компьютера. Простая мера предосторожности, одна из многих.

Марианна не обратила на меня ни малейшего внимания, поэтому я пошел на кухню (или то, что здесь называлось кухней) готовить кофе. Джезва была грязной, пришлось мыть – зато кофе был просто отличный, колумбийский. К сожалению, его все меньше и меньше, в стране идет необъявленная гражданская война, специальные самолеты день и ночь кружат над страной, разбрызгивая специальные ядохимикаты, которые губят растения. Рассчитано это на плантации кокаиновых кустов – но бьет по всем, в том числе по фермерам, которые оставшись без урожая, берутся за автомат. Когда в стране необъявленная гражданская война – выращивают только то, что дает максимум выхода при минимуме затрат. А кока – это же сорняк, сорный куст, за ней и ухаживать особо не надо…

Кофе сварился быстро, когда я разливал его по чашкам – почувствовал, что Марианна зашла на кухню.

– Кофе готов – объявил я.

– Ты надолго? – спросила она

Отвечать не хотелось.

– Не знаю – честно ответил я – у меня серьезные неприятности.

Серьезные или нет – это еще вопрос. Убивать меня сейчас нет смысла – разве что только отомстить. Но в британской разведке тоже не дураки сидят, они понимают, что любое следующее решение, которое они примут, только усугубит ситуацию. Есть такие ситуации, наилучший выход из которых – оставить все как есть и ничего не предпринимать. Настораживало только одно – почему британцы решили активизироваться именно сейчас. И почему они так легко и быстро пошли на острую акцию?

А вот взрыв в кондоминиуме – при котором я едва не попал на банкет и только чудом спасся – это уже серьезнее. Надо выяснить – возможно, кто-то остался в живых. Если нет – то моя связь с СРС оборвана, временно или постоянно. Это – не такая организация, в которую можно зайти просто через парадный вход. Либо тебе доверяют, либо – нет.

На подносе я перенес кофе в большую комнату. Сам пока пить не стал…

– Можно? – я показал на компьютер

– Валяй.

Я вставил в разъем флеш-карту, которую постоянно носил с собой на шее, она содержала ключ шифрования. Ничего противозаконного, просто защита своих коммерческих тайн и интересов от любопытных глаз. На флешке содержались сразу несколько ключей, для каждого почтового ящика – свой. Почту я не разгребал вот уже пару дней и это плохо. В отличие от сотового телефона, который требует немедленного внимания – такое ведение дел требует сосредоточенности и добросовестности.

Письмо попалось на третьем почтовом ящике. Солидное такое, на специальном электронном бланке.

Нортон Ойл. Председатель Совета Директоров г-н Джек Мисли желал бы пригласить Его Сиятельство, князя Александра Воронцова на рандеву для обсуждения безотлагательных вопросов коммерческого характера. Доставка за счет принимающей стороны с любой точки земного шара. Данное письмо нуждается в ответе и как можно скорее.

Я даже моргнул, не веря тому, что увидел. Но письмо никуда не делось.