Чтение онлайн

— Э-э, Герт.

— Не твоё. Я спросил имя своего брата. Повернись.

Сташ медленно развернулся и наклонил голову, сразу появилось впечатление, что он смотрит из-подо лба, вот только опустившийся капюшон полностью скрыл его лицо.

— Моё имя Сташ, — произнёс он тихо. Плотная ткань закрывала глаза, но это совершенно не мешало ему рассмотреть всадника — по своему. Дим читался во всполохе теней — над фигурой Берущего застыло ярко-серое облако, которое пронизывали бледные всполохи багровых пятен.

Берущим присущи совсем другие тени, чем перерождённым, схожесть появляется лишь потом — когда подступает грань. Тень изменяется, наполняется чёткими линиями, похожими на кровавые прожилки, как вены, по которым струится багровая жидкость. Именно в тот момент тень становится видимой для братьев — возникает Проявление тени, как назвал это Вилрог. У этого Берущего багровые пятна были очень расплывчатыми, смазанными, что говорило о том, что он берёт совсем немного у перерождённых. Что ж, ему повезло и не повезло одновременно — его грань ещё очень далеко, но возможности и сила намного ниже, чем у тех, кто берёт больше.

— Сними капюшон, — потребовал Дим. — Хочу видеть лицо того, кто стал моим братом.

— Увидишь, — с усмешкой ответил Сташ. — Потом.

Он услышал шаги Медо, тот подошёл и встал рядом. С другой стороны приблизился Ларко, тоже остановился.

— То, что тебя приставил к нам Вилрок, — послышался очень холодный голос Грома. — Ещё не делает тебя одним из нас. Ты не был с нами в одном бою, не прикрывал нам спины, не проливал с нами кровь. Ты нам никто.

Сташ увидел, как тень Грома приподнялась и скользнула с крыши повозки на землю. Старший с усилием удержался на ногах, но выпрямился и шагнул к своим братьям.

— Тебе очень долго придётся ждать, того момента, Дим, когда ты сможешь занять моё место, — проговорил Гром.

— Ладно, — кивнул Дим. — Ваше отношение предсказуемо, но вам всё равно придётся смириться с тем фактом, что теперь я всегда буду рядом. Привыкайте.

— Ты тоже, — мягко проговорил Гром. — Братство — это больше чем семья. С этим тоже придётся смириться. Не забывай об этом.

— Конечно. А как же иначе? — Дим заставил себя говорить безразлично, но было заметно, что ему с трудом даются такие интонации. Он не Вилрок, хоть тот и сказал, что он дорос до старшинства в братстве, но контролировал себя плохо.

— Ваши маги закончили? — поинтересовался Гром, его голос стал очень жестким.

— Закончили, — Дим оглянулся на готовящихся к отъезду магов.

— И что они сделали? Аномалия никак не изменилась. Они собираются её обезопасить?

— Именно в этом и была их цель, насколько я знаю. Они создали вокруг аномалии барьер, теперь она не сможет расползаться и притягивать трупы. Они её изолировали.

Сташ почувствовал на себе пристальный взгляд Грома, но никак не отреагировал. Тебе нужна правда, Старший? Да, Дим лжёт, маги никак не изменили аномалию, её тень по-прежнему расползается и в лес, и по дороге. Насколько Сташ понял их действия, они лишь измерили её силу, но никакого воздействия на смертоносную ловушку, а в тем более создания барьера, он не увидел. Не было такого. Вот только говорить об этом вслух сейчас не стоило. А Дим или покрывает магов, или действительно не знает правды.

— Ладно. Всем приготовиться. Выдвигаемся, — отрывисто скомандовал Гром.

Сташ резко развернулся и направился к своему коню, что ж, Гром вмешался весьма вовремя, он всегда так делал — заступался за своих. Как Старший. Своих? Сейчас в сложившейся ситуации они действительно связаны друг с другом даже больше, чем раньше. Но в зависимости находятся именно Берущие. Сташ в любой момент может раскрыться и уйти, и они ничего не смогут с этим сделать. Почему-то он был в этом уверен. Здесь нет никого, кто может ему помешать, а вот для Грома и братьев это станет приговором. И всё же они пошли по этому пути. Или у них не было выбора? Он задумался, прокрутил всё происходящее назад, пытаясь докопаться до истины. Это представлялось очень важным, от этого зависело его отношение к братству Грома.

Всего за несколько мгновений он понял, что выбор у них всё же был — они знали, что изгой защищает переселенцев, а значит, легко могли забрать Грома и выдвинуться навстречу магам и приближающимся Берущим. У них имелась реальная возможность оставить на дороге и Сташа и семью Герта, а потом предупредить о них своих собратьев… Вот только Гром не посчитал их за своих. Хм. И зачем ему это? Это очень сложный путь, Гром. Почти безвыходный. Хотя…

Сташ вскочил в седло и слегка приподнял капюшон, чтобы видеть окрестности своими глазами, а не с помощью теней, ну или тем, что заменяло ему глаза. Зрение оказалось весьма чётким. Он смог спокойно разглядеть, как Гром почти шёпотом поругался с Медо и упрямо взгромоздился в седло коня, а не обратно на крышу повозки. Его слегка шатало, но он держался. Медо лишь покачал головой и поехал сбоку от Старшего. Вдвоём они выдвинулись впереди повозки. Герт и Виргон проверили своих родных за закрытыми дверями и быстро заскочили на козлы, подхлестнули лошадь, заставляя ту сдвинуться с места. Повозка тронулась, развернулась и покатила обратно по дороге. Объехать смертоносную ловушку не представлялось возможным, между деревьями и аномалией уже не осталось места для повозки. Единственный путь — назад.

Сташ двинулся следом, оглянулся. Тени пульсирующим ореолом перекрывали дорогу от края до края. Медо назвал это Покрывалом смерти, очень подходящее название. Тени стелются почти над землёй, накрывают собой трупы и как туман расползаются в разные стороны — нащупывают добычу. Сейчас этого не видит никто кроме него самого. Но название не возникает из неоткуда, значит, придёт момент, и аномалия покажет себя во всей своей красе.

Он невольно подумал о тех путниках, что поедут после них по этой дороге. Пока что аномалия обозначена горой трупов, но она довольно быстро их поглощает и, как таковой, чёткой границы не существует. Пути по краю дороги нет, значит, любому каравану придётся поворачивать назад. Если, конечно, возницы успеют вовремя остановиться. В Вартихе не бывает спокойных поездок, как правило караваны движутся на большой скорости, что увеличивает их шансы попасть в ловушку.

Сташ глянул на Ларко, парень вынужденно ехал рядом с ним, иначе выглядело бы очень подозрительным, что лишь один Берущий прикрывает тыл.

— Нужно перегородить дорогу, — произнёс он тихо. — Поможешь мне. Возьми у Герта топор, срубим деревья с двух сторон от аномалии.

— Зачем? Маги же создали барьер, — удивился Берущий. — Аномалия изолирована.

— Ты видишь этот барьер? — поинтересовался Сташ. Ларко сощурился и оглянулся назад, потом покачал головой.

— И никто не увидит, — закончил свою мысль изгой.

— И что с того, если аномалия стала неопасной? — не сдавался парень.

— Она не стала неопасной, — очень тихо проговорил Сташ.

— Что?!

— Что слышал, — голос Сташа превратился в шипящее эхо, он начал злиться.

Ларко сжал кулаки и коротко кивнул. Изгой привстал в стременах, отыскал взглядом магов. Те успели вырваться далеко вперёд, повозку они не ждали, но держались в пределах видимости. Из-за случайных попутчиков они вынуждены двигаться по дороге, а не через лес, что значительно их замедляет, а это не может не раздражать. Да ещё и нужно искать путь в объезд, делать крюк по другой дороге. Сташ очень надеялся, что они окажутся достаточно нетерпеливыми, чтобы оставить их группу на Дима.

Тот некоторое время крутился на месте, провожал взглядом бывших своих — теперь уже шестерых Берущих и магов в центре их группы. Потом ударил коня по бокам и выбрал себе место сбоку от повозки. Отсюда он при желании мог видеть и едущих впереди и позади повозки Берущих, а заодно наблюдать за переселенцами.

Ларко объехал повозку с другой от него стороны, быстро переговорил с Громом, потом вернулся к Герту и сказал несколько слов ему. Переселенец полез под сиденье и добыл сразу два топора, передал их Берущему. Повозку при этом не останавливали, хотя скорость движения значительно замедлилась, Гром и Медо придержали коней.