Чтение онлайн

– д'Ожерон представляет интересы Вест-индийской кампании на Тортуге. Неплохо ведет дела. Нажил приличное состояние. Правда, после пребывания в плену у испанцев его здоровье заметно пошатнулось. С особой осторожностью принимает гостей. Знаешь почему? У него две очаровательные дочки на выданье. Рано лишились матери, и теперь папаша мечтает удачно выдать их замуж, – промолвил Дракон и с усмешкой добавил:

– Будь осторожен, не влюбись.

– Совет принимаю. Думаю, что любовь меня не настигнет. Сам подумай, кто я? Обычный пират без роду и племени, к тому же с дырявой головой. Так что губернаторские дочки могут спать спокойно, – отозвался Дага.

– Как знать, как знать, – возразил Дракон, – Парень ты видный, чувствуется хорошее воспитание. Уверен, Карибы еще услышат твой голос.

Так за разговорами они подошли длинному забору из рубленого камня. За массивными коваными воротами стояла сторожевая будка. Около нее прохаживался солдат с мушкетом. В глубине роскошного сада на высоком холме белел красивый двухэтажный дом с колоннами. К нему вела дорожка, вымощенная камнем, вдоль которой стояло несколько скамеек. Увидев Дракона, стражник открыл калитку и слегка поклонившись, произнес:

– Добро пожаловать, месье капитан. Надеюсь у вас все в порядке?

– Как видишь, жив, приятель. Скажи-ка, губернатор у себя? – спросил Дракон.

– Его превосходительство, скорее всего, во внутреннем дворике. Я видел, как слуга нес туда завтрак, – ответил стражник, – В утреннюю пору наш господин обычно там пьет кофе и просматривает почту.

– Спасибо, дружище, – довольным голосом поблагодарил Дракон словоохотливого стража, – Я знаю, где это. Думаю, не заблужусь в губернаторских хоромах.

Пройдя через большой холл с высоким потолком, Дага с Драконом оказался в уютном тенистом дворике с фонтаном, окруженном аркадами каменного четырехугольника и вьющимися растениями. Апельсиновые деревья наполняли воздух чудесным ароматом. В глубине, под белым палантином из шелковой ткани, стоял круглый стол из красного дерева, инкрустированный малахитом и перламутром. На нём красовалась хрустальная ваза с фруктами, медный кофейник с длинным носиком, пара бутылок вина и рома, несколько серебряных бокалов и фарфоровых чашечек. Хозяин дома сидел в кожаном кресле и задумчиво просматривал бумаги. Худощавый, низкорослый, в синем камзоле и белом парике д'0жерон сумел создать в своём доме атмосферу придворного изящества. Услышав шаги, он посмотрел на неожиданных посетителей. Его глаза заискрились неподдельной радостью.

– Боже мой, кого я вижу! Проходите, присаживайтесь, – воскликнул губернатор, обнимая Дракона, – Мое сердце разрывалось от горя, когда услышал сплетни о событиях на твоей «Шалунье». Молил Бога, чтобы сберег тебя. Каким ветром занесло на Тортугу? Рассаживайтесь в кресла у стола.

– Дорогой друг, рад видеть тебя в хорошем здравии, – промолвил Дракон, – Прекрасно выглядишь. Знакомься, это мой помощник Джек Грегори, для друзей и врагов – Дага.

– Уж не тот ли, кто отправил к праотцам одного из головорезов Бонса вчера в таверне «Зуб акулы», – поинтересовался д'0жерон, – Мне известны мотивы этой дуэли, и официального расследования не будет. Прошу, угощайтесь, что Бог послал. И не томите душу, расскажите о ваших приключениях.

– Да, все, как обычно. Предательство, бунт на корабле. Пришлось уйти с «Шалуньи», – начал рассказ Дракон, – На шлюпке доплыли до Пуэрто-Рико, ночью наведались в Сан-Хуан. Тайком увели у испанцев люггер и сразу на Тортугу. Привез пятьдесят мешков кофе. Думаю набрать команду и махнуть к Санта-Доминго. Ты лучше расскажи, как твои девочки, как дела, что нового творится на архипелаге?

– Новостей особых нет. Король в Старом Свете выяснеет отношения с соседями и требует от нас, чтобы на Карибах обеспечили безопасность французских поселений. Как догадываешься, денег на это не дает, – промолвил д'0жерон, – В 1664 году он официально отдал Тортугу французской вест-индийской компании и меня назначил губернатором, разрешив всячески поддерживать флибустьеров. Его мудрость оказалась выше всяческих похвал: не вкладывая ни одного су в заморские территории, Его Величество сумел заработать барыши. Корсары-то не только щиплют испанцев, но и стерегут французские поселения как свои. Здесь они платят пошлину, продают награбленное добро, ремонтируют корабли и спускают деньги в тавернах. Ты же помнишь, как я привез на Тортугу женщин из Европы, и многие пираты обзавелись семьями. Если испанцы раньше могли Тортугу разорить дотла, то теперь Береговое Братство им этого не позволяет. Я начинаю верить в судьбу, дружище. Еще вчера мое сердце разрывалось от отчаяния, а сегодня Бог послал мне тебя. Об этом чуть позднее, а сейчас хочу обсудить весьма деликатный вопрос. У меня есть подписанное королем каперское свидетельство. Осталось вписать в него фамилию. Думаю, там должна быть твоя. Согласен?

– Бертран, помочь тебе и короне я никогда не отказывался. Ты действительно делаешь для нас много. Думаю, король может тобой гордиться. Считай, что мое согласие имеется, – произнёс Дракон, – Какие еще проблемы? Вижу грусть в твоих глазах. Выкладывай-ка, давай, не стесняйся.

– Даже не знаю, с чего начать. Вот уже много лет мои девочки растут без матери. Они помолвлены и уедут во Францию к женихам. Я остаюсь на Тортуге в одиночестве коротать свои дни. Хотелось бы их скрасить. Три года назад в Париже случайно познакомился с прекрасной молодой графиней Элизабет. Понимаешь, это было как удар молнии – любовь с первого взгляда. Беда в том, что ее выдали замуж за испанского идальго. Он назначен комендантом Гаваны и держит мою прелесть дома взаперти. Представляешь, как в тюрьме под замком. Это невыносимо. Привези мое сокровище. Я знаю, она рвется ко мне из клетки жестокого мужа. Умоляю, сделай это, – дрогнувшим голосом сказал д'0жерон, промокая платком слезы.

– Я готов помочь, но как? В Гаване мне не обрадуются, скорее наоборот, – задумчиво проговорил Дракон.

– У меня есть лицензия испанской вест-индийской компании. Она дает право беспрепятственно заходить под дружественным флагом к испанцам. Насколько знаю, ты не успел им крепко насолить, чтобы они охотились за твоей головой, так что есть шансы на успех. Пойми, я доверяю тебе самое дорогое, что еще осталось у одинокого губернатора, – воскликнул д'0жерон.

– Помочь другу – это святое! Считай, мое согласие ты получил. Однако, как Элизабет узнает, что я действую в твоих интересах? – спросил Дракон, раскуривая трубку.

– Вот кольцо. Еще во Франции мы договорились, что его податель – мой человек. Она последует за тобой беспрекословно. Если нужна помощь деньгами или снаряжением, скажи, – произнес д'Ожерон, доставая из малахитовой шкатулки красивое золотое кольцо с изумрудом.

– Спасибо, друг. Для похода у меня есть всё. Корабль подремонтирован в сухом доке. Пожелай удачи. Я привезу твою пассию, – сказал Дракон, вставая с кресла, – Если не возражаешь, хотел бы откланяться. Давно не был на Кубе, да и путь в Гавану неблизкий.

– Не буду задерживать. Вот твое каперское свидетельство и лицензия. Береги Элизабет, я не перенесу, если что с ней случится, – промолвил д'Ожерон, обнимая на прощание Дракона, – Эта миссия тайная. Берегись папских шпионов.

Раскланявшись, Дага и Дракон вышли из губернаторского особняка. Какое-то время шли молча, обдумывая поручение д'Ожерона. Когда миновали портовые ворота, Дага спросил Дракона:

– Губернатор упомянул о папских шпионах. Они что действительно так опасны?

– Эти крысы рыщут везде. Вынюхивают, кусают по заданию инквизиции. В Кайоне их хватает. Я уверен, что и про нас им многое известно. Придется тайно уходить на Кубу. На кону жизнь пассии губернатора! Провалимся, Тортуга будет для нас закрыта, а я хочу здесь со временем якорь бросить, – задумчиво ответил Дракон, поднимаясь на борт «Королевы Анны», – Позови Атилла и Каракатицу. Будем совет держать.

– Какие ветры наполняют наши паруса? – спросил Атилл, когда вместе с Дагой и Каракатицей зашел в капитанскую каюту.

– Ты присядь, налей рому и выслушай, – сказал Дракон, раскуривая трубку.

– Серьезные вещи я лучше воспринимаю на трезвую голову, – улыбнулся Атилл, усаживаясь на стул, – Выкладывай и не томи душу.

Дракон, выпустив колечко сизого дыма, положил трубку на стол и окинул взором друзей. Ему вдруг почудилось, что слышит, как стучат их сердца. Собравшись с мыслями, он улыбнулся и неторопливо стал рассказывать о визите к губернатору, а когда закончил рассказ, в каюте воцарилась мёртвая тишина. Слышно было, как забулькал ром, наливаемый Атиллом в кружку. Каракатица долго и задумчиво рассматривал свои руки, а потом тихо пробормотал: