Чтение онлайн

Берджи отступил на полшага, и зажатую в кулак ладонь опустил. Виктор, расслабившись, усмехнулся.

— А кто мне для этого нужен? Вы, что ли? Да и ваша хваленая Бездна… — Берджи фыркнул, всем своим видом давая понять, что он думает об этом мире. — Вот этой вот твари я должен был испугаться? Которая побилась в шкафчик и утащила чей-то протухший обед? Это и есть ваша страшная-престрашная Бездна?

Блейз всегда думала, что пределы тупости все же существуют. Не-а. Берджи Хайд — живой тому пример.

Этот дебил-переросток раскинул руки и, закинув голову, заорал в темнеющее небо:

— А ну, Бездна, давай! Посылай своих тварей! Я тебя не…

Потеряв терпение, Блейз стремительно нагнулась и собрала неподатливую землю в горсть. Шагнула к орущему имбецилу и, схватив свободной рукой за воротник футболки, рывком притянула к себе.

— Если ты продолжишь орать, я запихну это прямо в твою глотку, — змеей прошипела она. — Набью по самые гланды, можешь даже не сомневаться.

— Да пошла ты…

Блейз набила его рот землей.

— Я же обещала, — мстительно сказала она.

— Ах ты тупая тварь… — выплюнув землю, Берджи бросился на нее с кулаками наготове, но его ждал сюрприз.

Кончик ножа уткнулся ему прямо в мощную грудь, обтянутую футболкой. Но принадлежал он не Блейз — Метаморфоза забрала ее оружие. Чего не скажешь о Викторе.

— Даже не думай, парень. — На дне его глаз таилась угроза — отражение той, что поблескивала на острие ножа.

— Эй-ей, спокойно! — Берджи поднял руки. Написанный на его лице страх несказанно порадовал Блейз.

— А я совершенно спокоен, — холодно сказал Виктор. И убрал нож.

— Я не одобряю насилие, — с тяжелым вздохом произнес мистер Моррис. — Неважно, о чем идет речь — о кулаках или холодном оружии. Сейчас вы — все трое — перешли границы. Идите впереди, чтобы я вас видел. На расстоянии друг от друга. И да, мистер Хайд, даже не вздумайте кричать. Если вас не пугают возможные последствия ваших необдуманных поступков, поразмыслите вот над чем: именно я распоряжаюсь провизией. Едите вы много, но это может измениться в любой момент.

Берджи, кажется, заскрипел зубами от злости. Но даже слова не сказал.

Блейз, повернувшись к Виктору, коротко кивнула. В словах благодарности она была не сильна. Он улыбнулся уголком губ и направился вперед, держась поодаль от Берджи. Блейз ожидала, что мистер Моррис потребует нож, но… нет. Видимо, он понимал, что приставленный к груди нож был лишь способом охладить пыл Берджи — и весьма действенным, что ни говори. Виктор не из тех, кто пускает в ход кулаки не по делу.

Странная компания продолжила путь.

Уже давным-давно стемнело. Вдалеке послышался то ли крик, то ли вой, но когда Блейз остановилась и прислушалась, стало уже тихо. Дожидаясь, пока троица поравняется с ней — живущее в ней нетерпение всегда ускоряло ее шаги, она смотрела на сверкающие в небе звезды — в небе, поразительно невинном для такого адского местечка, каким, во всяком случае, этот мир был раньше.

— Сюда бы байк, — вздохнула она.

В Бездне уж точно права никто не спросит. И никому не надо объяснять, что в прошлый раз ты выпила совсем чуть-чуть. Так, только чтобы не быть белой вороной среди крутых и взрослых студентов колледжа. Не казаться им маленькой и незрелой.

Вдруг подумалось о Шани. Кольнула тревога: как она там?

Блейз Морена редко привязывалась к людям. Но, странное дело, Мелкая ей нравилась. Пробивная — несмотря на возраст, с характером. Чем-то напоминала ее саму, совсем еще юную. Правда, Блейз и тогда, и сейчас такие оценки только снились. Она совсем не глупая, а вот усидчивости в ней ни на грош. Сидеть и зубрить? Зачем, когда есть байк, ночной город и рок, грохочущий в ушах? А еще есть парни и девушки, которые охотно принимают ее за свою, и дарят пропуск во взрослую жизнь, где ключевое слово — свобода.

К тому же дома… Дома не сиделось. Там был вечно пьяный отец и еще довольно молодая, но уже потерявшая былую привлекательность мачеха, которая пыталась залезть в брюки всем парням, которых Блейз приводила домой. Иногда она заигрывала с ними прямо в ее присутствии. А что такого? Блейз ведь малолетка. Тупица и прогульщица Блейз недостойна таких классных взрослых парней.

Удивили. Она росла с убеждением, что недостойна. Ничего. По определению.

Потому-то и вены как-то резала (неудачно), и глаза и губы малевала в черный цвет (просто отвратительно). И плакала по ночам в подушку, и писала стихи а-ля «я умру, а вы все будете плакать на моей могиле». Глупая старая Блейз. Никому и никогда это не помогало. Пока ты жалеешь себя, и у других не сможешь вызвать ничего, кроме жалости.

Вместо того, чтобы заползти в свою раковину и закрыться в ней, как это делали меланхоличные девицы вроде Лексы, она ожесточилась, нарастила броню и ощетинилась иголками. А еще научилась драться — чтобы уметь дать отпор и словом, и делом.

— Эй, быстроногая лань, — послышался сзади насмешливый голос Виктора. — Подожди нас.

— Слушайте… Я что-то вижу! — возбужденно произнесла Блейз. Вгляделась — точно, вдалеке рассыпались огоньки. — Свечи!

Она обернулась, чтобы обрадовать отстающих. И похолодела.

Кто-то странный, обряженный в серебристую шкуру, не поглощающую, а отражающую лунный свет, на мягких лапах крался за мистером Моррисом — как и прежде, он шел последним.

— Мистер Моррис… — Блейз поняла, что от охватившего ее ужаса едва шепчет. — Мистер Моррис, сзади!

Он обернулся. Наверное, в этот самый миг он смотрел неведомому хищнику прямо в глаза.

— Бегите!

Берджи рванул вперед, к тому месту, где стояла Блейз, Виктор — назад, к Моррису.

Вот только зверь, поняв, что его обнаружили, медлить не собирался. Он выпрямился во весь рост, и Блейз сглотнула: даже с расстояния хищник с серебристой шкурой выглядел устрашающим. Раза в полтора выше, чем тигр, на которого был неуловимо похож.

Моррис бежал, но и зверь не желал упускать добычу. Виктор и зверь добрались до Морриса почти одновременно. Почти.

Иногда мгновения решают все — в этом Блейз еще не раз предстоит убедиться.

Виктор хотел распороть живот хищнику в прыжке, когда тот стал уязвимым. Не успел — зверь приземлился на мистера Морриса, сбив его с ног. И, вцепившись в руку, стал остервенело ее рвать.

У Блейз не было ножа, не было мощных кулаков Берджи, который со всех ног припустил к школе и уже обогнал их всех. Все, что могло служить ей оружием — камни под ногами. И она воспользовалась ими — чтобы не убить, но хотя бы отвлечь.