Чтение онлайн

— Хм, — многозначительно произнес Капиро, откидываясь на спинку стула.

— Значит, галаэры, Клан Крови… Они зовутся так из-за экспериментов с демонической кровью?

— Не только с ней, — отозвалась Лигра. — Отец Велфара, Гаяжит, был помешан на всем, что связано с Бездной. Он считал, что с ней не нужно воевать, ею, как совершенным живым организмом, нужно воспользоваться.

— Совершенным? — изумилась я.

Разведчица рассмеялась.

— У каждого в этом мире свое понятие идеала.

Взглянув на ее гладкий череп, украшенный черными узорами татуировок, я, хмыкнув, кивнула.

— Сначала они использовали кровь животных, чтобы придать себе звериную ярость и звериную же мощь, — продолжала Лигра. Я невольно подумала о Блейз. — Это срабатывало, но не всегда. Да, некоторые их солдаты действительно становились сильней. Например, к нам в руки однажды попались записи о девушке с ядовитой кровью, которой, разумеется, вводили в свое время яд змеи. Еще был человеко-бык. Внешне совершенно обычный, но силач, каких поискать. Но не всегда эксперименты Гаяжита заканчивались успешно. Введение животной крови почти всегда имело побочные эффекты. Впрочем… о чем это я. Все, что практиковали в Клане Крови, имело побочные эффекты.

— Как они заполучили демоническую кровь? — осведомилась я.

— Никто толком не знает. — Разведчица вздохнула. Казалось, ее расстраивало собственное неведение. — Однажды мы поймали бывшего пленника Короля Крови — одного из первых, кто испытал на себе инъекцию демонической крови. И, что немаловажно, пережил ее. Он слышал разговоры слуг Гаяжита, когда находился в полубессознательном состоянии. И понял все так, что тот годами выслеживал тварь, называемую «последним демоном Бездны». И наконец выследил, когда тот уже сдыхал. Король Крови был жутко разочарован — был бы демон здоровым, его кровью он мог обеспечить себя на года. Но увы. Он выжал из него все, что мог, пока тот не умер. Так погиб последний оставшийся в живых демон, остальных давным-давно убили люди. Говорят, в этот же день случился первый Сдвиг — так Бездна выместила свою злость и тоску по погибшему сыну.

Я ошеломленно молчала. Рассказ Лигры впечатлял.

— Неизвестно, как Гаяжит узнал об истинных детях Бездны раньше всех остальных — о том, что именно они населяли Бездну до появления в ней людей Альграссы.

— Думаю, я знаю. Венетри — орден, существовавший два века назад. Они были настоящими мастерами выживания. Эксперименты, доскональное изучение мира, торговля информацией, поиски реликтов и артефактов — это все их почерк.

Лигра нахмурилась, с интересом глядя на меня.

— До наших дней орден не сохранился. Или же ушел в тень.

Я снова кивнула.

— Не удивлюсь.

— Поговаривают, нынешняя Королева Крови решила не продолжать дело деда и отца. А именно, прекратить эксперименты с кровью. Не знаю, так ли это… С одной стороны, Дигиаз притаилась — ее не слышно, не видно. Только ее воины шныряют в ближайший лес за едой. С другой стороны — переставать считать ее нашим врагом не стоит. И надо помнить: чтобы взойти на трон, она убила собственного отца.

— Не уверена, что могу ее осуждать, — пробормотала я. Подняв глаза, обнаружила, что дагуэры уставились на меня в упор. Неохотно объяснила: — Своими экспериментами с демонической кровью Велфар свел с ума дочь и расколол ее сознание на три части. Была одна Дигиаз, а стали Стерва, Тихоня и Чокнутая. Мне «повезло» познакомиться с первой и последней. Удовольствие сомнительное, если честно. Правда, Дигиаз считала, что он сделал это по незнанию. Но если учесть, что Велфар продолжал эксперименты отца, а тот — эксперименты Венетри… не думаю, что он не подозревал о последствиях введения демонической крови. И все равно сделал это с собственной дочерью.

О том, что в роли подопытных крыс Король Крови хотел использовать и нас с Джоэлом и Хеленой, я предпочла промолчать.

— Теперь Клан Костей, — заговорил Капиро. Подался вперед и сложил в замок руки. — Их предводитель — чертов мудак Гааго.

Несмотря на серьезность ситуации, я едва не рассмеялась: кажется, общение с современными подростками Альграссы не пошло дагуэрам на пользу. И в то же время… нервы натянулись до предела. Ведь мы говорили о том, кто породил первый раскол среди нас — о том, кто увел неведомо куда мистера Ронаса, Берджи, Тэда, Кристабеллу и остальных.

— Хитер, умен и невероятно агрессивен, — вставила Стайла. — Долгое время ходили слухи, что он — каннибал. Я же думаю, что эти слухи создал он сам. Для устрашения.

— Его народ — хадриэры. — Пальму первенства девушке Капиро отдавать не собирался.

— И в чем их сила?

Дагуэры переглянулись.

— Как бы сказать… Что вы знаете о Короле Костей, моя королева?

Я вздохнула, заранее признавая поражение.

— Боюсь, что ничего. Помимо того, что он каким-то образом смог забраться в голову нашей… знакомой, — После того, что натворила Кристабелла, назвать ее подругой язык не поворачивался. — Тогда она отравила нашу воду ядом из подобранного с земли кольца. Это… одурманило их. Не так, как магия тхана, но…

— Я погляжу, ваших людей очень легко одурманить. — Пифия не могла не воспользоваться случаем побольнее меня уколоть.

— Может быть и так, — резко сказала я. — Может быть, когда мы только попали сюда, в Бездну, мы и были наивны. А еще сбиты с толку, ошеломлены и напуганы до смерти. Вы с детства привыкли воевать, вы с детства знали магию, знали мир, в котором живете. А все, что знали о Бездне мы — строчки из дневника двухсотлетней давности о мире, который с тех пор изменился. Мы никогда не держали в руках оружия и еду привыкли покупать в магазинах. Главный выбор, который стоял перед нами — выбор колледжа или института. Проблемы чуть менее важные — какой наряд одеть на следующую вечеринку, делать ли домашнее задание в школу или авось пронесет, и как дать понять парню, что он тебе нравится, чтобы он над тобой не посмеялся. Вот, что нас волновало за день до того, как мы очутились в Бездне! С несколькими ножами и четырьмя взрослыми, самого рассудительного из которых убил зверь Бездны. Еще одна свихнулась через пару недель и стала уверять, что все это — наказание божье за грехи наши. Третий тоже сошел с ума — но уже из-за отравленной воды и кошмаров, в которых ему сообщили, что только Король Костей сможет показать ему дорогу к свету! И он пошел к нему, захватив с собой семь наших ребят! Так что да, нас, испуганных подростков, впервые столкнувшихся с Бездной, одурманить было легко! Проще, черт возьми, простого!

Я с удивлением поняла, что к концу монолога уже кричала. Злость на проклятый безумный мир, злость на Пифию, которая с завидным упорством продолжала вставлять мне палки в колеса, вылилась в крик. Она изумленно смотрела на меня — так, будто видела впервые. А во взгляде сидящих за столом воинов и разведчиков появилось нечто, похожее на… уважение? Не уверена, потому что не помню, чтобы на меня когда-нибудь так смотрели.

— Сомневаюсь, что кольцо и одурманивание ядом — дело рук Короля Костей, моя королева, — осторожно сказала Лигра.

— Согласен, — кивнул Капиро. — Гааго — не любитель интриг и обходных путей. Он любит действовать напролом, агрессивно и открыто. Чего не скажешь о его жене, Митали.

— Митали, — прошептала я. Где-то я уже слышала это имя. Точно слышала. Но где?

— Мы не знаем, кто она такая, — сокрушенно призналась Стайла. — Она не выходит из их форта, но… кажется, она малость чокнутая.

— В этом мире чокнутое почти все, — со вздохом сказала я. Одарила их улыбкой. — Кроме нашего клана, разумеется.

Раздавшийся в ответ нестройный смех чуть сбавил напряжение. Однако расслаблялась я рано.

— Митали, говорят, любит играться с зачарованными побрякушками и заклинаниями. Сила Короля Костей в другом. Он подчинил себе магию самой Бездны.

— О чем это ты? — не поняла я. И тут же вскрикнула, пораженная догадкой: — О господи. Кости…

— В этом смысле он гениален, — обронил Капиро, заслужив взгляды, полные осуждения. — Что? Я серьезно. Только подумайте. Все люди во все времена боятся Бездну. Ее гнева, ее магии, ее обычая создавать из мертвых тел жуткие переделки — тварей, монстров, которых называют ее детьми. Тех, кеми она пытается заменить своих истинных детей.