Чтение онлайн

— Неужели лепестковая система?! — Глушков чуть не забрызгал рубашку борщом. — Про них же только летом начали писать!

— Э-э-э-э… — замялся я. — Вы про "маргаритку"? [149] Читал, прорывное решение, быстрее IBM раза в три получается, и проще намного, однако… это не наш путь.

— Мы ее называем "ромашкой", — машинально поправил меня Виктор Михайлович. — Но погодите, неужели вы тут что-то более интересное изобрести умудрились?!

— Литерный принцип печати это безнадежный тупик, — рубанул я с плеча, пользуясь тем, что академик на секунду отложил ложку в сторонку. — До появления графических терминалов остались годы, так что нас спасут только иголки.

— Такое где-то предлагалось, — облегченно и чуток ехидно заулыбался Глушков. — Однако не пошло, шарик поэффективнее оказался. Ну а что до графических устройств, так эти задачи исключительно для графопостроителей.

Сказать по правде, я и сам часто задумывался о необходимости "иголок" в 1969 году. Более того, еще пару лет назад планировал "перескочить" через матричные принтеры сразу к струйникам, благо, по части механики они едва ли не проще. Однако первые же эксперименты показали полную несостоятельность такого буйного прогрессорства. Причина лежала страшно далеко от электроники, оказалось, что в СССР попросту отсутствует производство писчей бумаги подходящего качества. А на том, что привыкли использовать совслужащие всех рангов, капельки чернил ведут себя с коварным пренебрежением к здравому смыслу: на одном участке не впитываются вообще, совсем рядом наоборот, с удовольствием растекаются по волокнам, оставляя прожилки миллиметровой длины.

Перспектива борьбы с монстрами целлюлозно-бумажной промышленности меня откровенно пугала, месяца не прошло, как там торжественно, с митингами и помпой, отметили запуск первого в СССР комбината туалетной бумаги… причем про использование английских станков коммунисты, по старому, пошедшему еще от товарища Ленина обычаю, предпочли умолчать. [150] Быть может, я еще поборолся годик-другой за импорт материалов и химию чернил, но Катя привела ко мне опытную машинистку с ТЭЦ, и эта незаурядная женщина легко забила последний гвоздь в струйные технологии небрежным вопросом: "сколько листов пробивать будет?" И ведь правда, при всех новых возможностях работы с документами возможность сделать сразу три-четыре копии стоит далеко не на последнем месте, ЭВМ пока слишком ценный ресурс, чтоб транжирить его лишней работой. Да и скорость, чего греха таить, старый добрый "Consul" на пяти копиях легко и не сильно напрягаясь обгонит струйник.

Так вопрос выбора на ближайшую пятилетку для меня был снят окончательно и бесповоротно. Надо признать, сама по себе идея "иголок" оказалась далеко не новой, еще с 30-х годов существует целый класс фототелеграфов, которые при помощи одной иглы и хитрой системы электромагнитиков, рычажков и веревочек умудряются печатать графику и фотографии – разумеется, очень медленно и лишь газетного качества. Эксперименты с полноценными принтерами тоже велись, но очень и очень осторожно. Маркетологи явно сомневались в перспективах, и их вполне можно понять. Ведь любой "матричник" приспособлен печатать строки, и только строки. При наборе массивная головка будет не только заслонять текст, но и еще должна постоянно "замирать" после ввода каждого символа! Невозможная ситуация для той же БЭСМ-4, в которой "Consul" прежде всего терминал, то есть большую часть времени служит для ввода данных, иначе говоря, заменяет клавиатуру.

Впрочем, до работы с монитором заокеанские хроноаборигены додумались уже давно, советские страшилки про "выматывающий душу диалоговый режим" и "ненужное баловство, распечатки удобнее" коммерсантов не трогали ни капли. Так что вопрос явно созрел, к тому же по линии КГБ до меня дошла информация, что компания DEC готовит к серийному производству матричную модель LA30. [151] Зато японцы надежд не оправдали ни капли: славной своими "печаталками" Epson еще попросту не существует в природе, [152] да и других примеров использования иголок в стране восходящего солнца мне обнаружить не удалось. [153]

Вопрос закупок печатающих головок на повестку дня даже не вставал, и так понятно что ушлые американцы своего дешево не отдадут, так что пришлось использовать послезнание. Вместо семи иголок в один ряд [154] в СССР сразу освоили более прогрессивную "девятиигольную" технологию, в которой имелось два ряда с пятью и четырьмя иглами, так сказать, четные и нечетные позиции. Требования к точмеху резко снизились, а качество печати при этом значительно улучшилось. Как обычно, расплачивалась за фантастический результат электроника, иначе говоря все тот же "Орион". Не сказать что совсем без проблем, все же гибкие шлейфы и точная кинематика далеко не любимый конек советской промышленности, да и безворсовая красящая лента доставила хлопот, но один из опытных образцов уже бойко печатал документы у моей секретарши, радуя слух звонким "Ззз-з-з-т-шиг!" вместо глухих шлепков литер "Консула", от которых, казалось, содрогался даже пол.

— Петр, о чем задумался? — прервал мои размышления академик. — Пюре остынет!

— Да вот, — я постарался собрать мысли обратно в удобную кучку. — Слишком много в этой принтерной истории интересных моментов, чтоб изложить за обедом.

— Так я не тороплюсь, — жизнерадостно поднял брови Глушков. — Обратные билеты на вечер взял, а тут все как-то быстро провернулось. Хочешь, расскажу о последних разработках в представлении быстрого и компактного вещественного числа? Ты же в курсе, наверно, что можно начинать умножение со старших битов мантисс, это медленнее, но с округлением и нормализацией нужно всего шестьдесят четыре бита вместо ста шести. Хотя в DEC предпочитают наоборот, идти с младших битов…

— Э-э-э-э… — я лихорадочно искал повод прервать академика, потому как еще немного, и даже знакомых слов в его речи не останется. — Боюсь, для Кати и Алексея это скучновато будет.

— Может им языки программирования интересней? — ничуть не смутился академик. Быстрым движением вытащив из внутреннего кармана пиджака ручку, он быстро "нарисовал" на салфетке строку life?{?1??.?3 4=+/,╞1 0 1?.?╞1 0 1?.???}. — Видели такое? — И добавил, кажется, с затаенной ревностью: — Айбиэмовский язык APL, очень интересная штука. [155]

Это же он наш Багол троллить пытается! — наконец дошло до меня. Точно, ищет за что зацепиться, поспорить-поругаться, а там глядишь и до застолья недалеко. Хотя… Почему бы одному советскому руководителю не пригласить другого в гости? Секретность? Да ее нет! Статья для "Техники молодежи" о новом принтере как дополнении "Ориона-801" уже пишется. А если Виктор Михайлович увидит что-то из новинок, так это совсем паранойя, уж кого-кого, а личного знакомого Косыгина причислить к врагам партии и народа сложно.

— Давайте тогда к нам, — пожалуй, иной мой ответ в данной ситуации можно было бы рассматривать как повод для обиды. — Лучше один раз видеть, мне так кажется. — А про себя с долей самодовольства добавил: — И нашим сотрудникам не помешает пообщаться со старым знакомым директора, по совместительству известным академиком. Лишь бы он только этими, как их, мантиссами не сильно увлекался…

— Ура! Получилось! — Виктор Михайлович тщательно скрывал как радость, так и раздражение от своего кривляния перед молодежью. — Как бы то ни было, но наконец-то есть шанс понять, чем так сильно странное НИИ "Интел". — И это после невероятного, прямого отказа Шокина устроить невзначай встречу с Петром Вороновым! Все же как плохо разбирается этот молокосос-директор в интригах! Или… — на секунду мелькнуло сомнение, — если слухи не врут, то этот пацан класть хотел с прибором на всех в министерстве.

…Что может быть проще экскурсии? Глушкову довелось побывать на сотнях предприятий, отечественных и даже зарубежных, включая знаменитую IBM. Привычное занятие, знай смотри и слушай, мотай на ус полезное, подмечай слабости. Но подобного он не мог предположить даже в ночном кошмаре.

НИИЧАВО, вот что "Интел" напоминал более всего. На первый взгляд вокруг совершенно нормальные советские мэнээсы и инженеры, разве что одеты посвободнее чем обычно, джинсы, модные рубахи, да у немногочисленных монтажниц вместо традиционных белых косынок – пестрые банданы, все делают знакомые до боли вещи. Однако стоит присмотреться к установленным на каждом рабочем месте персоналкам– Орионам, прислушаться к разговорам, и легко представить полноценные чудеса: тут интеллигентный Привалов вгоняет прошивку в "Алдан", там грубый Корнеев, попеременно тыкая толстым пальцем в клавиатуру, а тонким жалом веллеровского паяльника в печатную плату, правит глюки в умклайдете, не иначе, собрался к новому году трансгрессировать Пентагон. За его спиной, под разросшимся цветком декоративной крапивы, шумит принудительной вентиляцией двухходовой сервер– транслятор Китежградского планово убыточного завода, чуть далее программистка Стеллочка в чате договаривается о вечерней левитации и заодно – передать пару файлов. Рядом с бесконечным, как Колесо Фортуны, бумажным полотном псевдографических репродукций знаменитостей на стене пришпилен лозунг, белым по кумачу "Вы это прекратите, здесь вам не там!" За дверями, в дали коридора, товарищ Камноедов тащит на отчет директору пачку дискет– инкунабул без медных застежек, но ферромагнитным покрытием. Остается ждать, что из-за поворота вылетит дюжина ифритов с противопожарными щитам, подозрительно похожими на пластиковые корзины НЖМД бэкапа…