Чтение онлайн

Крапп: Похоже, мировой мужик.

Ник: Самый мировой мужик на свете.

Крапп: (с горечью) Но ненормальный. Как и все мы. Буйно помешанный.

(Уэсли и Харри давно перестали играть и танцевать. Некоторое время они сидели за столом и разговаривали, потом начали играть в карты. Когда Араб заиграл свое соло на губной гармошке, они прекратили игру и стали слушать.)

Уэсли: Ты слышишь?

Харри: Вот это да.

Уэсли: Это плач. Это плач.

Харри: Я хочу смешить людей.

Уэсли: Это плач. Горький плач. Это старый плач. Плач, которому более тысячи лет. Откуда-то в пяти тысячах миль отсюда.

Харри: Ты можешь ему подыграть?

Уэсли: Я бы хотел подпеть, но я не умею петь.

Харри: Ты играй. А я попробую станцевать.

(Уэсли подходит к пианино и внимательно прислушавшись, подбирает аккомпанимент. Харри поднимается на эстраду и после нескольких попыток, начинает танцевать под мелодию. Это продолжается некоторое время.)

(Крапп и Ник тихо сидят, они глубоко тронуты.)

Крапп: (мягко) Ну, ладно, Ник.

Ник: Хмммммм?

Крапп: То, что я нес. Забудь об этом.

Ник: Конечно.

Крапп: На меня иногда находит.

Ник: Ничего страшного, надо же иногда выговориться.

Крапп: (теперь он снова полицейский, громко) И не пускай сюда девчонок.

Ник: (громко и дружественно) Бывай.

(Музыка и танец в этот момент достигают кульминации.)

Занавес

Пятый Акт

Вечер того же дня. Слышны звуки сирены. В бар заходят мужчина и женщина в вечерней одежде и шляпах.

Уилли все еще около игрального автомата. Ник стоит за стойкой. Джо за своим столиком изучает карту Европы. Коробка с пистолетом и пулями лежит на столе рядом с его стаканом. Он умиротворен, его шляпа сдвинута на затылок, на лице спокойное выражение. Том облокотился на стойку и мечтает о любви и о Китти. Араба нет. Уэсли и Харри тоже отсутствуют. Кит Карсон наблюдает за Уилли около игрального автомата.

Светская Дама: Ну, прошу тебя.

(Светский Господин с несчастным видом неохотно следует за ней.)

(Светская пара садится. Ник предлагает им меню).

(С улицы доносятся слабые и довольно комичные звуки песни, которую поют и играют члены Армии Спасения: громкий барабан, бубны, корнет. Потом посетители бара слышат голос кающегося грешника. Голос Пьяницы. Его слова трудно разобрать, но основная мысль ясна, как день. Он спасен. Он больше не хочет грешить. И так далее.)

Пьяница: (исповедуется, но он определенно пьян) Братья и сестры. Я был грешником. Я жевал тобак и волочился за бабами. О, я грешил, братья и сестры. А потом меня спасли. Меня спасла Армия Спасения. Да простит меня Бог.

Джо: Посмотрим-посмотрим. Вот город. Прибор. Чехо-словакия. Маленькая, прелестная, одинокая Чехо-словакия. Интересно, что это было за местечко, Прибор? (Зовет.) Прибор! Прибор! (Том подскакивает к нему.)

Светская Дама: Что это с ним?

Светский Господин: (кладет ногу на ногу, как будто ему позарез нужно в уборную) Он пьян.

Том: Кого ты зовешь, Джо?

Джо: Прибора.

Том: Какого еще Прибора?

Джо: Это чех. И словак. Чехословак.

Светская Дама: Как интересно.

Светский Господин: (расставляет ноги) Он пьян.

Джо: Том, Прибор - это город в Чехословакии.

Том: О. (Пауза.) Ты ей здорово помог, Джо, ничего не скажешь.

Джо: Кому, Китти Дюваль? Она одна из самых лучших людей на свете.

Том: Это было по-доброму, ничего не скажешь, нанять автомобиль и повезти нас к океану и на Полумесячный залив.

Джо: Это были самые очаровательные, самые печальные и самые прекрасные три часа в моей жизни.

Том: Почему, Джо?

Джо: Почему? Я студент. (Повышает голос.) Том. (Тихо.) Я студент. Я изучаю все подряд. Все. Все. И когда мои опыты обнаруживают красоту там или в тех людях, где, по идее, должны гнездиться уродство и смерть, я отчетливо вижу, сколько в жизни добра. А всегда помнить об этом - полезно. Вот истина, которую я всегда буду наглядно доказывать.

Светская Дама: Ты уверен, что он пьян?

Светский Господин: (снова скрещивает ноги) Он или пьян, или просто сумасшедший.

Том: Джо?

Джо: Да?

Том: Ты не рассердишься на меня?

Джо: В чем дело, Том?

Том: Джо, откуда у тебя столько денег? Ты заплатил за машину. Ты заплатил за ужин и за две бутылки шампанского. А ведь это был ресторан на Полумесячном заливе. Ты переселил Китти из Гостинницы Нью Йорк в Отель Святой Фрэнсис на Пауэлл-Стрит. Я видел, как ты заплатил за ее комнату. Я видел, как ты дал ей деньги на новую одежду. Откуда ты берешь столько денег, Джо? Я знаю тебя три года и я ни разу не спрашивал.

Джо: (смотрит на Тома печально, говорит слегка раздраженно - он сердит не на Тома, а на весь мир и на самого себя, на свое превосходство над окружающими. Начинает говорить внятно, медленно и торжественно.) Не будь идиотом, Том. Слушай внимательно. Если у человека есть деньги - не важно, копит он их или транжирит - будь уверен, он их украл у других. Не у богатых, которым есть чем поделиться, а у бедных, у которых ничего нет. Он обокрал их жизни и мечты. И я не исключение. Я заработал те деньги, которые я сейчас транжирю. Я их крал, как и все остальные. И я делал людям больно, зарабатывая их. И даже сейчас, швыряясь ими направо и налево, я не перестаю красть. Количество моих денег теперь увеличивается само по себе. И я опять делаю людям больно. Я не знаю, кто они и где они. А если бы знал, то чувствовал бы себя еще поганее, чем сейчас. Природа наделила меня христианской совестью и выпустила в этот бессовестный мир. Правда, сейчас мир пыжится приобрести некоторую социальную совесть, но дается ему это чертовски нелегко. У меня есть деньги. И у меня всегда будут деньги, покуда мир остается таким, как сейчас. Я не работаю. Я ничего не создаю. (Он делает маленький глоток.) Я пью. Мальчишкой я работал. Тяжело работал. По-настоящему тяжело, Том. Люди должны наслаждаться жизнью. А я только уставал. (Он поднимает пистолет и смотрит на него, продолжая говорить.) И я решил расквитаться с миром. Но жизнью нельзя наслаждаться, не работая. Не создавая хоть что-то. А я ничего не делаю. Я больше не хочу ничего делать. Что бы я ни делал, мне все время стыдно. Потому что я не умею делать простые, хорошие вещи. У меня нет на это терпения. И я слишком умен. С деньгами чувствуешь себя виноватым за все на свете. Как это мерзко. Вот, и не лезь ко мне больше с этими вопросами.

Том: Я не хотел раздражать тебя, Джо.

Джо: (медленно) На. Возьми этот пистолет и отдай его какому-нибудь достойному уважения грабителю.

Светская Дама: Что он такое говорит?

Светский Господин: (расставляет ноги) Ты пожелала заглянуть в забегаловку. И вот мы в забегаловке. (Обращаясь ко всему миру) Мы женаты двадцать-восемь лет, а она так и не утратила страсти к острым ощущениям.

Том: А как я узнаю, что передо мной достойный уважения грабитель?

Джо: Унеси его. Отдай его кому угодно.

Том: (сбит с толку) А разве обязательно отдавать его кому-то?

Джо: Разумеется.

Том: А может вернуть его в магазин и взять назад деньги?

Джо: Не говори, как бизнесмен. Оглядись по сторонам и если увидишь, что кому-то нужен пистолет - отдай ему. Это же хороший пистолет, разве нет?

Том: Ну, продавец так сказал, но откуда я знаю, кому нужен пистолет?

Джо: Том, ты же видал многих славных парней, которым позарез были нужны пистолеты, правда?

Том: Я не помню. Джо, а вдруг я отдам его не тому человеку. И он бог знает что натворит.