Чтение онлайн

Итак, на вопрос, когда человек стал целенаправленно изучать временные отношения, можно твердо ответить — в палеолите. Эта граница, по всей вероятности, очень условна — в разных местностях она проходит с колебаниями в тысячелетия, но в целом люди каменного века уже располагали достаточно сложными представлениями о течении времени. Где, на каких территориях происходило наиболее успешное развитие временных представлений? Судить об этом довольно трудно, доказательством может считаться наличие остатков календарей любой формы или таких строений, которые могли выполнять функции обсерваторий. Но даже если такие календари и строения отсутствуют, то их, во-первых, могли еще не обнаружить, а во-вторых, люди могли и без них обходиться.

Существует мнение, что в Египте древние астрономы, которые не имели никаких обсерваторий и которым приходилось наблюдать созвездия, прибегали к следующему остроумному способу. Два астронома становились друг против друга: один — с северной стороны, другой — с южной. Каждый держал над головой пальмовый лист, который в середине имел узенькую щель, и смотрел в щелочку пальмового листа своего визави, ища таким образом меридиан того созвездия, которое хотели наблюдать в данный момент. Они замечали, что следующее созвездие приходится ниже лба по направлению правого глаза, а тому, который смотрел с другой стороны, противоположное созвездие приходилось против правого глаза, потому что, по мере того как мы спускаемся по Зодиаку, точка наблюдения спускается ниже по телу наблюдателя, переходя постепенно к локтю, голени, ноге и т. д. Таким образом, каждая часть Зодиака ассоциировалась с той или другой частью тела.

Отзвук такого подхода к времяисчислению имеется у ламутов, которые называют месяцы по частям тела, причем месяцы «макушка» приблизительно соответствуют зимнему и летнему повороту Солнца. У приакских эвенков [7] с частями тела связано 50 процентов названий месяцев.

Все же сооружения, соответствующие понятию обсерватория, то есть место наблюдения движений небедных светил, обнаружены почти повсеместно, на территориях, находящихся далеко друг от друга. При этом действительно оказывается, что постройки, расположенные на севере, служили для наблюдения за движениями Солнца и Луны, а расположенные на юге (судя по их ориентации) — для наблюдения за движением звезд и планет. Однако при исследовании соответствующих сооружений не было обнаружено ничего похожего на приборы, хотя бы отдаленно схожие с телескопами. Если за движением Солнца и Луны можно следить невооруженным глазом, вероятно ли, что в глубокой древности таким образом вели точные наблюдения за звездами и могли, к примеру, видеть кольцо Сатурна, о чем имеются смутные упоминания?

На этот вопрос можно ответить положительно. И не потому, что в старину все было лучше и зрение тоже, а потому, что устройство глаза таково, что некоторые люди (и тогда, и сейчас) имеют остроту зрения по меньшей мере в два раза выше так называемой нормы. Таких людей немного, и их всегда особенно ценили. Во всяком случае, в восточных сатрапиях существовал обычай: при наборе в самые привилегированные войска — всадники при самом правителе — проверяли у каждого остроту зрения звездной ночью. Человеку предлагали в определенном созвездии найти звездочку. Если он обладал действительно превосходным зрением, то на указанном месте видел не одну, а пять звездочек.

Глаз человека — очень тонкое устройство с хорошими разрешающими способностями. Возможности человеческого глаза достаточны, чтобы проводить не только самые простые, но и сложные астрономические наблюдения.

Таким образом, на вопрос «Где человек мог начать изучать временные отношения?» можно ответить: всюду и везде на земном шаре, где он появился, и при этом — сразу, как только появился.

Прежде чем рассматривать, как человек воспринимал и оценивал время на ранних этапах своего развития, надо представить, какие свойства времени необходимо различать человеку как индивиду и как члену общины, рода, племени, народа, наконец, как жителю Земли и Галактики. Ощущение принадлежности человечества Космосу родилось задолго до наших дней. Не только в наше время ученые считают, что люди — небожители, находящиеся на небе вместе с Землей, непрерывно связанные с Космосом через приливное (гравитационное) воздействие Солнца, планет и всей Галактики, через излучение звезд и Солнца. Философ, ученый-энциклопедист аль-Фараби, живший в X веке, писал:

Как тесно дням твоим в борьбе,

Земля — привал в твоей судьбе,

Лишь Космос — истинный твой дом,

Ты вечно в нем, а он в тебе.

С самых ранних моментов появления сознания человек должен был различать последовательность событий во времени, длительность временных промежутков между двумя событиями, а также длительность самих событий. Судить о том, как он это делал, можно по быту тех племен и народов, которые сегодня находятся на низких ступенях развития культуры и которых остается все меньше на планете. Исследование жизни и обычаев народов, особенно обычаев, связанных с подсчетом времени и календарными системами, в значительной степени основывается на изучении языковых форм и мышления. Ученые как бы отправляются в лингвистическую обсерваторию, вооружившись палеонтологическим телескопом.

Выделение понятия времени и его обозначение. Для того чтобы выделить понятие времени и как-то его обозначить, необходимо владеть определенной речевой системой, а для определения длительности промежутков надо знать систему счета, которая, по мнению исследователей, создавалась до звуковой речи. Счет же представляет собой всего-навсего сравнение количества (или длительности) с эталоном количества (длительности).

Откуда у человека могут появиться эталоны? Он может сравнивать что-то с чем-то в себе самом либо с чем-то, постоянно повторяющимся во внешней среде. После сравнения с эталоном явление можно как-то обозначить и оценить. Как уже говорилось, считается, что числительные связаны с дозвуковой речью. Люди еще объяснялись знаками, а уже умели считать, поскольку без самого элементарного счета времени и расстояния ничего невозможно делать, тем более — коллективно. Крупнейший советский лингвист Н. Я. Марр (1864–1934) утверждал, что развитие числительных шло на основе использования эталонов тела человека — сначала до пяти, а потом до семи и десяти. А число 6 возникло совершенно иным путем — из понятия «небо». Оно служило не только для выражения «круга пространства», но и «круга времени» (года). Но год распадался на два более коротких шестимесячных — на год зимний («нижнее небо») и год летний («верхнее небо»).

Таким образом, в формировании числительных использовались сразу два типа ориентиров — собственное тело (в первую очередь руки и пальцы) и смена времен года, небо. Н. Я. Марр, работавший на Кавказе, так показывает развитие системы числительных, которое шло от единого предмета — руки. Единица — рука, позднее — палец; двойка — две руки; тройка — две руки и еще рука; четверка — два раза по две руки; пятерка — рука (пятерня с растопыренными пальцами); шестерка — пятерня и еще рука; семерка — пятерня правой руки и еще две руки — длани и так далее.

Иначе развивалась система числительных у сымских эвенков — народности, живущей в Енисейском районе Красноярского края, где основой счета являются пальцы. При счете рука согнута в локте, ладонью вверх; кисть примерно на уровне локтя или чуть выше. Первым загибается большой палец — это 1, затем загибается указательный —2, средний —3, и так до мизинца —5. Затем кисть поворачивается — при том же положении руки — ладонью вниз. Разгибаются пальцы в обратном порядке: вначале мизинец — 6, затем безымянный—7, средний—8, указательный — 9, когда разгибается большой палец —10, на другой руке откладывается первый десяток.

Индейцы таманаки при счете в пределах двух десятков пользуются пальцами рук и ног. Вместо «один» они говорят «палец» и при этом обязательно протягивают палец; вместо «два» — два пальца, «три» — три пальца, 5 у них — рука, 6 — палец на другой руке, 7—два пальца на другой руке, 10 —две руки. Покончив с руками, они перебираются к ногам, и так как обувь не закрывает их ступней, то продолжают считать наглядно: 11— палец на ноге… Но вот использованы все пальцы рук и ног, тогда является на помощь человек. 20 называется «человек», так как у него 20 пальцев; число 27 — 2 пальца на другой руке другого человека. Сотня заменяется пятью человеками, а выше сотни индейцы не порываются считать, потому что у них нет для этого потребности. Кстати сказать, и эскимосы, обитатели холодных стран Северной Америки, вместо двадцати говорят «человек» и вместо ста — «пять человек».

Описанные способы в первую очередь относятся к счету предметов, однако точно так же могли считаться, и скорее всего считались, крупные промежутки времени, такие, как день, а может быть, месяц и год.

Пока что мы рассматривали в основном, как производился счет. Теперь обратимся к обозначению времени в языке. Обычное употребление слова «речь» (и как синоним — «язык») подразумевает речь словесную, в то время как она представляет собой относительно позднее образование. Н. Я. Марр полагал, что существовало по меньшей мере четыре типа речи, или языков, связанных с качественно различным мышлением. Это, во-первых, пантомимически-звуковой язык, при котором говорящий изображает картину события. Вторым языком, сменившим первый, являлся ручной язык (язык жестов), в котором особую роль начинает играть правая рука. При этом для древнейшего человека «говорить руками» значило в известной мере «думать руками». Третий — звуковой описательный язык, в нем отсутствовали логические элементы и абстрагирование. Только четвертым по времени своего образования является тот формализованный, логически построенный язык, который в нашем современном понимании носит название устной речи.