Чтение онлайн

Мы не знали этого тогда. Считали их всех свихнувшимися монстрами. Ненависть просто зашкаливала.

На меня накатывает паника. Как будто я стремительно проваливаюсь туда, в прошлое.

— Дейн, прости, я не могу, — шепчу я и касаюсь обруча.

Он берёт на себя управление.

— Давай присядем на тот рыжий шарик! — произносит он.

— Кое-кто даже на Церковь начал роптать, — шепчу я. — Вышло соборное постановление, что тот, кто призывает ударить тектоникой в ответ, не важно, по Старому Айрину или по Вельдину, не может считаться христианином и до своего покаяния не должен участвовать в Таинствах. Что тогда в инфосфере творилось…

— Я же говорю, дело не в тебе. Просто все были шокированы. Погружены в свою боль. Рядом с тобой не оказалось того, кто смог бы тебя поддержать. По-настоящему.

Откуда он понимает такие вещи? — ужасаюсь я. Как будто меня насквозь видит.

Быть одному — страшно. Особенно, когда ты уже нашёл того, с кем можно разделить вообще всё. А потом вдруг потерял.

А ещё я искренне считала, что моя боль — ничто по сравнению с болью тех, чьи семьи, особенно с детьми, погибли на планете с разорванной тектоническими импульсами корой.

— Ты же младше меня! Была тогда совсем девочкой! — произносит Дейн.

— Мы с Лэйном прошли две стажировки после лицея. Потом ещё полгода в соседней системе. Потом только на Сирин отправились. Хотели туда переселиться. Нам как раз двадцать исполнилось.

— У нас в это время ещё в лицеях учатся.

— А у нас уже вовсю помолвки заключают. Мы тоже хотели. Не успели…

— В этом нет твоей вины, поверь!

Его голос звучит так властно и уверенно. Мне хочется ему верить.

Дейн аккуратно приземляет флаер. Он вообще очень красиво летает.

— Хочешь, выйдем через шлюз! — предлагает он. У меня и для тебя скафандр найдётся. Подходящего размера!

— Давай! — решаю вдруг я.

Дурацкая идея. Что тут делать-то?

Надеваем скафандры и выходим через шлюз. В небе висит крошечный диск солнца, почти в три раза меньше привычного. Свет от него летит сюда почти двадцать минут.

Неровности ландшафта отбрасывают угольно-чёрные тени. Даже у этого мёртвого холодного мира есть своя красота.

Подпрыгиваю высоко-высоко. Как в детстве, когда впервые в жизни ступила на один из спутников Мирны. Мы с бабушкой летали волонтёрить на терраформирующей станции. Ну и заглянули по пути.

— В детстве тоже так любил, — раздаётся в наушниках голос Дейна. — Папа пугал, если слишком высоко прыгнуть, улетишь с астероида. Но я сообразил, что для этого нужно достичь космической скорости, ну и рассчитал эти скорости для астероидов разных размеров. Для тех, на которые обычно приземляются флаеры, это неактуально. Папа искренне восхищался моей сообразительностью!

— Давай, кто быстрее вон до той горки! — сама не знаю, что вдруг на меня нашло.

Мы так в лицее развлекались. Двигаться при низкой гравитации с непривычки очень непросто. Удобнее всего небольшими прыжками.

Добираемся до нужного места одновременно. Только Дейн немножко не рассчитывает и прыгает слишком далеко.

Смеёмся и берёмся за руки. Возвращаемся обратно.

Дейн убирает скафандры и откидывает столик.

— Иди сюда, давай перекусим. Лично я проголодался!

Достаёт сумку и выставляет еду. В одном из встроенных шкафчиков устройство для разогрева.

— У тебя здесь прямо жить можно! — восхищаюсь я.

— Так я и жил в нём первое время, пока на Заре посёлок не построили. И сейчас иногда ночую, когда на Айрин прилетаю.

— Зачем? Можно же к кому-нибудь в гости, — удивляюсь я. — У нас так принято. Можешь хоть к нам.

— Просто иногда хочется побыть одному. Поэтому приземляюсь на каком-нибудь необитаемом острове. Или на берегу протекающей через лес реки. У вас очень комфортная биосфера. Нет никаких опасных и кусачих тварей. Я читал, как вы этого добились. Это — настоящее чудо!

— Да нет, просто наука, — возражаю я. — Биотехнологии. И ещё у нас и у вас разные подходы к жизни. Когда я была подростком, много читала и смотрела про это. Насколько я понимаю, у вас верят в случайное возникновение живого из мёртвой материи и в длительную эволюцию, соответственно, считают нормальным и естественным существование опасных и вредных для человека видов. У нас не так. Мы верим, что мир изначально был создан добрым и прекрасным. Лишь после Катастрофы грехопадения началась деградация. Мутации там разные и прочее.

— Интересная концепция! — замечает Дейн.

— Так вот, борьба со всем этим считается у нас не только оправданной, но и в принципе благим делом, преодолением зла. Поэтому после тщательного изучения биосферы у нас разработали технологии, которые изменили, либо просто уничтожили вредящие людям и вообще красоте и продуктивности биосферы виды. Естественно, это делалось не наобум. Сначала всё тщательно продумали и просчитали. Обсудили всей планетой и приняли соответствующее решение. Потом реализовали.

— Должен признать, результат получился великолепным!

— Поверь, он ещё не окончательный! Нет предела совершенству! Изначально в биосфере Нового Айрина не было много чего привычного ныне. Но наши предки не захотели жить лишь бы как, смирившись с тем, что есть. И изменили ситуацию к лучшему. В каждой природной зоне.

— Да у вас даже в приполярных районах весь тёплый период всё цветёт и плодоносит!

— Мы просто заместили обычные, ничем не примечательные виды красивыми и полезными.

— Осуществить такое масштабное преобразование — я даже не представляю, как, — качает головой Дейн.

— Всё очень просто. У нас не экономическая выгода и не приказ вышестоящих всё решает. Люди сами обсуждают, принимают решение и реализуют, вот и всё. Каждый вносит свой вклад. Первые поселенцы просто собирались несколько раз в год и обустраивали окрестности своих городов и посёлков. Ещё многие волонтёрили в свободное время, как сейчас на терраформирующих станциях новых обитаемых планет, которые уже превращаются в биосферные.

— Ну как, готова выполнять мои команды? — спрашивает Дейн после того, как мы расправляемся с едой и убираем со стола.

Молча киваю и опять надеваю обруч управления. Отрываю флаер от рыжего камня.

— Ускоряемся! — командует Дейн.

Вскоре впереди показывается скопление из крупного астероида и трёх вращающихся вокруг него неровных глыб.

— Вот здесь явно стоит задержаться! — говорит он.

Сама не замечаю, как вхожу в азарт. Выполняю манёвры один сложнее другого. Быстро и без ошибок.