Время жить. Книга вторая: Непорабощенные
Шрифт:
Но оглядеться по сторонам им опять не дали. Впереди виднелось нечто, напоминающее хвостовую часть транспортного самолета с опущенной аппарелью, и несколько вооруженных пришельцев резкими жестами стали загонять их внутрь. Едва последний филит взобрался по наклонному помосту, он затворился, снова погрузив их в темноту. Послышалось негромкое ворчание моторов, и летательный аппарат приподнялся в воздух и сначала медленно а потом быстрее и быстрее заскользил куда-то вперед и вверх.
Этот слепой полет продолжался более трех часов, которые показались им вечностью. Места внутри было слишком мало, и они стояли, стиснутые как в переполненном трамвае. Летательный аппарат шел довольно плавно, но его то и дело толчком приподнимало или опускало вниз, из-за чего возникало ощущение, словно в неисправном лифте. Один из таких спусков неожиданно оказался посадкой. Их в последний раз тряхнуло, а уже через секунду их транспорт прочно стоял на твердой земле. Несколько минут спустя помост медленно опустился, и они снова увидели свет – сумеречный, неяркий, но это был все же свет, а не беспросветная темнота ночи.
Чужая планета на первый взгляд не производила никакого впечатления. Они находились на широкой поляне, поросшей вполне обычной на вид невысокой травой и окруженной лесом, неясно синеющим в отдалении. Небо было серым, солнце, очевидно, еще не взошло, и рассмотреть детали не было никакой возможности. Прямо впереди обзор закрывал невысокий пологий холм, внутрь которого открывались широкие ворота, из которых тянуло чуть сладковатым запахом.
В эти ворота их и повели пришельцы, вооруженные знакомыми короткими автоматами. Недолгий путь по полутемным коридорам привел их в большое ярко освещенное длинное помещение, напомнившее Эргемару тот улей, внутри которого они жили на корабле.
Дилер Даксель мог бы сказать, что их новый дом отличается от барака в лагере для пленных на Филлине лишь размерами – здесь могли разместиться уже не три дюжины, а больше сотни человек. Кроме того, тут не было окон, но зато сразу две двери – по одной в торцах. Сейчас одну из дверей запирали снаружи, а вторая, напротив, наоборот, медленно отворялась. За ней появился человек, самый обычный на вид мужчина лет пятидесяти, одетый в высокие сапоги, черные облегающие брюки и светло-серую короткую куртку непривычного покроя, обхваченную на талии широким поясом. Глаза у человека лихорадочно блестели. Он неподвижно смотрел на заполнивших зал филитов, не в силах отвести от них глаз.
— Кто это?! — недоуменно спросил кто-то.
Это возглас словно пробудил странного незнакомца. Он сделал короткий шаг вперед и глухо прокашлялся.
— Вы с Филлины? — медленно спросил он по-баргандски. — Вы меня… понимаете?
— Понимаем, — ответил за всех Даксель, оказавшийся вместе с Эргемаром в первом ряду. — Где мы?… Куда мы попали? И кто вы?
— Планета Тэкэрэо… Десятая колония… Доэсти Тэмловиноэ… Великой Империи… — было заметно, что баргандские слова даются незнакомцу с трудом. — Я Эми нга-Дауге… Эмьюлзе Даугекованне… Имею здесь должность макериисти… младший мастер…
— Вы из Галингейстера? — внезапно спросила Хенна, выйдя вперед.
— Да… Но это было давно, страшно давно… Какой сейчас год?!
— Семьдесят третий, — машинально ответил Даксель. — Был, во всяком случае, когда нас увозили.
— Двадцать шесть лет… — Эмьюлзе Даугекованне медленно взялся за голову, его качнуло, и, чтобы не упасть, он был вынужден опереться о стойку. — Прошло двадцать шесть лет…
— Вы провели здесь все эти годы? — спросил Эргемар. Он чувствовал, как его переполняет сочувствие к этому странному человеку.
— Здесь… и в других местах… Присаживайтесь, я расскажу вам обо всем. У нас есть много времени… очень много…
Двадцать шесть лет тому назад двадцатичетырехлетний автомеханик Эмьюлзе Даугекованне из Галингейстера, отправившийся на заработки в Барганд, был похищен посадочной партией с имперского корабля Дальней разведки. Вместе со всеми филлинскими сувенирами и диковинами он был доставлен на передовую базу на Тэкэрэо, где им немедленно занялась прибывшая с Метрополии секретная комиссия из Министерства колоний. Несколько месяцев Даугекованне активно помогал пришельцам изучить баргандский язык, рассказывал им о Филлине, расспрашивал об Империи, понемногу сам узнавал слова из языка пришельцев… Затем комиссия улетела сдавать отчет, да так и не вернулась обратно. Все сведения о Филлине были засекречены, база Дальней разведки перенесена в другую колонию, а о самом Даугекованне как-то забыли, и он остался на Тэкэрэо – не известно зачем и не известно, для чего.
— …Там был один нииска… офицер, он хотел помочь мне, — рассказывал Даугекованне, говоря по-баргандски все увереннее и увереннее. — Он помог мне выучить язык, потом я понемногу начал работать на их… даалсхун… базе. Кээн… пришельцы… плохо умеют матаскеиру… работать… руками. Я скоро был у них механиком, чинил разные вещи. Это было не так трудно, их механизмы не очень сложные… Потом тот же офицер добился, чтобы я стал нга… Это когда кто-то из другого народа становится гражданином Империи. Нга — это очень низкий ранг, но раньше я был вообще никем…
— А как вы его получили? — нетерпеливо спросил кто-то.
— Надо было выучить наизусть все… тэмолоноэграни… титулы Императора… Это было трудно, их очень много, но я выучил… А через короткое время того офицера перевели в другое место, а я остался. Работал с разными людьми, потом попал сюда…
— Что значит – сюда? — спросил Даксель. — Где мы? И что мы здесь будем делать?
— Это плохое место, — покачал головой Даугекованне. — Здесь плантации, выращивают сугси. Это такой… ргонундра… наркотик… Такие таблетки – розовые, красные, темно-бордовые… Их называют пилюли счастья. Их делать незаконно, и выращивать сугси незаконно. Но они очень дорогие, и некоторые это делают. Я – очень удобный работник. Я чужой, у меня почти нет прав, мне ничего не нужно. Я не пойду сообщать в Таэтзигэси… Службу Безопасности…
— Так мы будем работать на мафию?! — удивленно произнес Эстин Млиско. — Вот это да! Нас привезли сюда из-за секретности?
— Нет. Раньше здесь работали… кронтэани… Это тоже другой народ, их много лет назад покорила Империя. Они такие невысокие, небольшие, безволосые, кожа у них немного зеленоватого цвета. Их очень много, они работают везде, где нужен дешевый труд. С ними обращаются гзиилма… по… скотски…
— Вот они, эти таинственные рабы! — прошептал Даксель на ухо Эргемару. И громко продолжил: – Они восстали?
— Нет… Кронтэани… смирные. Но для них сугси – яд. Они от него болеют и скоро умирают, не могут собирать долго. Для нас – нет. Я как-то даже пробовал пилюли счастья. Самую слабую – розовую. Чуть-чуть болела голова – и все. Ничего не почувствовал.
— А как оно выглядит, это сугси? — задал вопрос кто-то из задних рядов, кажется, Роконан.
— Пойдемте, Я покажу. Сегодня – я только показываю и рассказываю, работать будем завтра. Идите за мной…
Снаружи находился большой двор, мощеный бетонными плитками, обнесенный забором и накрытый сверху легким навесом. Даугекованне открыл широкие двустворчатые ворота, они прошли через них и оказались словно в огромной оранжерее. Далеко вдаль тянулись ряды невысоких густых кустов, похожих на подушки. Такие же ряды раскинулись в стороны, насколько хватало взгляда. Повсюду редким частоколом стояли высокие столбы, на которых была натянута маскировочная сетка, и все внизу было покрыто зелено-коричневыми тенями неправильных очертаний.
— Здесь всего так много! — выразил кто-то общие чувства.
— Много, — согласился Даугекованне. — Но нужно собирать только это – видите, на самых концах веточек маленькие розовые листочки. На каждом кусте их каждый день вырастает всего по несколько штук. Как только лист становится темным, он уже не пригоден, в нем нет нужных веществ. Сугси всегда маскируют. Он не любит солнечного света и заметен с воздуха. На Тэкэрэо зеленые растения, а сугси выдает себя красноватым оттенком.
— Мы будем только собирать эти листья? — на всякий случай уточнил Даксель.