Время жить. Пенталогия
Шрифт:
Впрочем, Кэноэ не сомневался, что с Гдэаском они еще успеют где-нибудь пообщаться. Как, наверное, и со всеми теми, с кем ему надо будет поговорить в менее формальной обстановке.
Кэноэ почувствовал, что усталость понемногу проходит - стимуляторы продолжали делать свое дело. У него даже появилось желание покинуть это уютное кресло и пойти... но куда? В зал возвращаться было глупо. Конечно, прием еще не завершился, но он уже покинул его - так быстро, насколько это позволяли приличия. Хорошо бы, чтобы сейчас кто-то зашел за ним и провел в какую-нибудь уютную комнату, где бы уже были и Кээрт, и ее родители, и где можно было бы снять с себя этот пышное и неудобное одеяние и поговорить о чем-то приятном.
– Разрешите, ваше высочество?
Это Наарит. Элегантная и, вместе с тем, строгая в парадной форме Управления Двора. Глаза блестят - значит, тоже приняла стимулятор. Роскошная грудь вздымается, дышит глубоко и, кажется, чем-то взволнована.
– Да, конечно. В чем дело, Наарит?
– Ваше высочество, - девушка изящно согнулась в поклоне.
– Вы не могли бы пройти вслед за мной? С вами хотели бы встретиться.
Что, сейчас?! Изверги, не могли подождать хотя бы до завтра! И кому это здесь неймется?!
Сейчас и увидим, кому.
– Хорошо, Наарит, - Кэноэ поднялся на ноги, стараясь, чтобы это выглядело непринужденно.
– Ведите.
– Прошу вас, - Наарит распахнула перед ним дверь. В коридоре никого не было.
Дворец управителя казался большим и снаружи, а изнутри, казалось, состоял из одних только лестниц и безлюдных переходов. Лифтами Наарит, очевидно, решила не пользоваться принципиально. Шла она небыстрым шагом, и Кэноэ был ей благодарен за это. Впрочем, вблизи было видно, насколько она волнуется и устала.
– Тяжелый был день?
– участливо спросил Кэноэ, когда они одолели очередную лестницу, поднявшись еще на один этаж.
– Длинный, - вздохнула она, не поворачивая головы.
– И очень много работы.
– А чем вы занимались?
– удивился Кэноэ. Ему всегда казалось, что секретари, не присутствующие на приеме, могут в это время отдыхать.
– Мы готовим материалы, - объяснила Наарит.
– У нас было досье на всех первых лиц Таангураи, а теперь мы сверяем их и дополняем на основании местных источников, собираем и анализируем информацию о том, что произошло на планете в последние месяцы. Кроме того, в ваш адрес пришло много писем, которые надо было разобрать. А завтра с утра мы начнем обработку данных по приему.
– Каких данных?
– удивление Кэноэ, можно сказать, возросло еще на градус.
– Кто разговаривал с вами, о чем, не передавал ли он каких-либо просьб, не высказывали ли вы каких-либо пожеланий, не давали ли поручений, - заученно оттарабанила Наарит.
– Вы пробудете на Таангураи пятнадцать местных суток, ваше высочество, будете встречаться с различными людьми. Вам нужна будет информация, на которую вы сможете положиться.
– Спасибо, - искренне поблагодарил Кэноэ.
– Передайте всем мою благодарность. И скажите, эта встреча, на которую мы идем, тоже будет записываться и анализироваться?
– Нет!
– она покачала головой, как показалось Кэноэ, немного испуганно.
– И я хочу, чтобы вы знали, ваше высочество! За вас, за вашу супругу я без колебаний пожертвую собственной жизнью!
– Спасибо, - мягко ответил Кэноэ.
– Я очень ценю ваше самопожертвование. И надеюсь, что в нем не возникнет необходимости.
Он чувствовал себя немного растерянным. Уж не влюбилась в него Наарит? Это, конечно, лестно, но влечет за собой слишком много проблем...
– Мы пришли, - Наарит оборвала его размышления, открывая перед ним простую деревянную дверь, за которой находилась какая-то приемная.
– Идите прямо и заходите туда. Вас ждут.
Пропустив Кэноэ, Наарит закрыла за ним дверь приемной, оставшись снаружи. Чувствуя себя немного глупо, Кэноэ сделал несколько шагов вперед. В тускло освещенном предбаннике помещались лишь небольшой стол с гладкой и пустой столешницей, шкаф с какими-то книгами за стеклом, и несколько стульев вдоль стенки. Черная узкая дверь без таблички была покрыта звукоизолирующей обивкой, и из-за нее, понятное дело, не доносилось ни звука.
Легкое недоумение начало переходить в злость, и Кэноэ решительно потянул дверь на себя. Его глазам предстала большая вытянутая комната без окон, обитая зеленым шелком. В ней горели всего несколько неярких светильников, создавая приятный полумрак. Еще одним источником света был фальшивый камин вдоль длинной стены. Горевшее в нем пламя бросало слишком ровные и равномерные блики, чтобы быть настоящим.
В дальнем углу за столом устроились в удобных креслах три человека. Один из них сидел лицом ко входу - это был принц Ларнэон. Он что-то негромко говорил слегка склонившемуся к нему флаг-маршалу Гдэаску. Третий был одет в штатское, и Кэноэ не сразу узнал его, но именно он первым повернулся на легкий стук открывшейся двери.
– Заходи, Кэно, - спокойно сказал он, небрежно отодвигая от стола четвертое, пустое кресло.
– Присаживайся.
Именно так, по-домашнему, всегда звал его двоюродный дядя - принц второго ранга Кхаэро, которого Кэноэ больше привык видеть в мундире гроссмастера Звездной Гвардии. Гражданский костюм неуловимо изменил его, превратив в немолодого чиновника средней руки. Впрочем, нет, не средней. Чтобы понять это, было достаточно одного уверенного властного взгляда и нескольких слов человека, привыкшего отдавать приказы и ожидать их беспрекословного исполнения.
Кэноэ молча прошел через всю комнату и сел в свободное кресло. Все трое смотрели на него, и он отвечал им своими взглядами, не опуская глаз.
– Ты ничего не хочешь спросить?
– нарушил, наконец, всеобщее молчание принц Кхаэро.
– Нет, - коротко ответил Кэноэ.
– Вы старше меня, вы меня сюда позвали, вы, значит, сами и скажете мне, что к чему.
Флаг-маршал Гдэаск пробормотал что-то одобрительное.
– Мы старше лишь по возрасту, не по рангу, - строго напомнил Кхаэро.
– Ты должен постоянно помнить о своем положении.
Почему-то эта фраза вызвала у Кэноэ раздражение.
– Каком положении?
– спросил он язвительным тоном.
– Временного владельца одной старинной безделушки? Или дубль-резервного наследника престола? Или, может, центрального персонажа главного шоу года? Все это не делает меня ни старше, ни умнее, ни главнее управителя планеты Таангураи, командующего одноименным военным округом и гроссмастера Гвардии!
Принц Ларнэон иронично улыбнулся, остальные сохранили серьезность.
– Ты не совсем точно осведомлен о своем действительном положении, - мягко сказал Ларнэон.
– Ты никогда не задумывался о том, почему статус Императорского Подручного присваивается пожизненно? В старые времена Подручными становились самые верные сподвижники Императора, пользующиеся его полным доверием. По древним законам, которых никто не отменял, они выступали от имени Императора и именем Его, и делали то, что не имел возможности сделать он сам в силу порядка и обычаев. Они выполняли самые ответственные и деликатные поручения, проводили расследования, раскрывали заговоры и выявляли небрежение. Над ними не было никакой власти, кроме власти Императора, и никаких законов, кроме интересов державы.