Чтение онлайн

«Уж лучше бы какая-нибудь заурядная ведьма. Баба-Яга... кикимора... Василиса премудрая, в конце концов... кто угодно, только не грагал.»

Он вдруг вспомнил, как в Пинском экзархате в пору его молодости мамаши пугали малолетних отпрысков рассказами о жутких чудовищах в человеческом обличье. О грагалах... нелюдях, исторгнутых мрачными безднами Дальнего Внеземелья. Правда, в те времена их по старинке еще называли экзотами...

— Наконец-то дошло, — Йола горько усмехнулась. — Мог бы и раньше догадаться. Ну же, напряги извилины... Вспомни мои усилия по разблокированию твоей памяти... массовый гипноз в Зоне мониторинга... Надо же умудриться до сих пор не замечать очевидного.

— Так ты...

— Ну да, я не землянка, — устало произнесла Йола. — Моя родина — Новастра. Это что-то меняет?

Вит долго молчал, приходя в себя.

— Нет, — твердо сказал он. — Не меняет. Я люблю тебя по-прежнему, кем бы ты ни была. Можешь стать Царевной-лебедью или Царевной-лягушкой... как тебе больше по вкусу. А для меня ты навсегда останешься Йолой... моей Йолой...

— Может быть, Натальей? — лукаво прищурившись, спросила она.

— Может быть. Но Йола мне нравится больше.

— Согласна и на то, и на другое.

Вит снова умолк, собираясь с мыслями, а потом спросил:

— Слушай, а что мы забыли у... э-э... твоих соплеменников?

— Все очень просто. Ни один из террористов не посмеет осуществить налет на резиденцию грагалов. Даже твои преследователи.

— А, собственно, почему? — пожал плечами Вит. — Не постеснялись же они разрушить Зону мониторинга.

Йола загадочно усмехнулась:

— Поверь, нам есть чем себя защитить.

Вит промолчал. Отчего-то он не испытывал подобной уверенности. Видимо, события последних дней приучили его не слишком доверять заверениям в полной безопасности. Бандитские налеты на концерн «Артемида» и Зону мониторинга служили убедительным тому подтверждением. Но, с другой стороны, — грагалы...

Далеко впереди вдруг показались огни крупного города. Йола сверилась с показаниями навигатора и уверенно произнесла:

— Александрия. А чуть дальше — аэропорт Борг эль-Араб. Нам туда.

Аэропорт Борг эль-Араб встретил беглецов обычным многолюдьем и деловой суетой. Вит, подсознательно ожидавший повторения истории с Куябой, был приятно удивлен: никаких толп, штурмующих билетные кассы, никаких полицейских кордонов... все чинно-благородно, как и положено любому уважающему себя крупному транспортному узлу. Единственное, что поразило его — весьма однородный состав пассажиров: высокие темноволосые бородачи с горящими глазами и огромное количество закутанных в черное по самые брови женщин. Количество малолетних детей вообще не поддавалось никакому исчислению. Впрочем, вели они себя на удивление благопристойно: ни шумных игр, ни беготни по залу ожидания, ни громких криков... Быстро создалось впечатление, что все, — и дети, и взрослые — находятся в состоянии ожидания крутых перемен в своей жизни.

Вит повернулся к Йоле. Оказалось, что его жена уже успела достать откуда-то широкий темный платок и замотаться в него так, что видимой осталась лишь узкая полоска вокруг глаз. На роскошные темно-каштановые локоны не осталось никакого намека.

— Зачем? — удивленно спросил он.

— А ты посмотри вокруг, и сразу поймешь. И без того мы привлекаем к себе слишком много внимания.

Вит обвел глазами зал ожидания и понял, что она, безусловно, права. На них глядели все, и мужчины, и женщины. И даже дети провожали незнакомцев внимательными взглядами, на время отставив в сторону игры. Там, где проходил Вит со своей спутницей, тут же стихали всякие разговоры.

«Кажется, я понял, — подумал он. — Как бы Йола ни старалась, буквально все выдает ее принадлежность к белой расе. Начиная от наряда и кончая уверенным независимым взглядом. И никакой платок не в состоянии этого скрыть. А к белым у них отношение особое.»

Он подчеркнуто демонстративно осмотрел жену с ног до головы. Обтягивающие брюки... свободного покроя светлая блузка... Трудно вообразить более разительный контраст с единообразием строгого черного канона...

— Похоже, твой платок выглядит не слишком убедительно, — заметил он. — Можно было и не утруждаться.

— Ошибаешься, — заявила Йола. — Без него мы вообще здесь шагу бы не ступили, чтобы не нарваться на неприятности. Взгляни на здешних мужчин... Любую женщину с непокрытой головой они воспринимают как личное оскорбление.

Вит тут же убедился, что если она и преувеличивает, то самую малость. Они пробирались по залу, сопровождаемые десятками горящих глаз.

— Но ты же их всех загипнотизируешь, если что? — с тревогой спросил он.

— Вряд ли, — усмехнулась Йола. — На такую толпу моих способностей будет маловато. Так что давай попробуем обойтись без лишних эксцессов.

Вит не возражал. Он сильно подозревал, что случись какая-нибудь заварушка — их просто задавят числом и порвут на куски.

— Кто эти люди? — спросил он. — На местных не очень-то похожи. Я всегда считал египтян довольно терпимыми к чужой культуре.

— Так и есть. Это беженцы, в основном из Европейского халифата. После изгнания коренного белого населения там установились почти средневековые порядки, причем самого радикального толка. По мнению новых хозяев Европы абсолютно все, независимо от происхождения, воспитания и вероисповедания, обязаны строго следовать раз и навсегда установленным канонам и предписаниям. Причем, не имеет значения, в какой части света они пребывают... хоть на Аляске. Хорошо, что в последний момент я вспомнила про платок.

— И куда же они теперь бегут?

— Туда же, куда и мы, — в голосе Йолы послышалась усмешка. — На Мадагаскар.

— Вот как? Тоже ищут убежища у грагалов? Сомневаюсь, что они там поместятся.

— Угадал, но не совсем... Мадагаскар, действительно, лишь перевалочная база. Слышал что-нибудь о программе переселения на планеты Дигеи?

Вит отрицательно помотал головой.

— Даже о Дигее не имею никакого понятия. И уж тем более о каких-то там программах. Видимо, слишком много зачерпнул воды из Леты. А Мнемозина, как тебе должно быть известно, посетила меня совсем недавно. Так что смело можешь начинать с самого начала.

Йола стрельнула в него удивленным взглядом.

— А весь последний год ты тоже черпал из реки забвения? — язвительно осведомилась она. — Об этом трубят на всех перекрестках.

— Я редко выбирался на перекрестки, — немного обиженно заявил Вит. — Большую часть года меня занимали куда более важные темы. Например, субкварковая энергетика...

— Ладно, не дуйся, — примиряюще сказала Йола. — Если вкратце, то дела обстоят следущим образом...

Вит слушал внимательно, не перебивая. Он шагал мимо сурово поглядывавших переселенцев, стараясь не оскорбить их чувств ни движением, ни взглядом.

Практически все, о чем поведала жена, было для него внове. Добровольное затворничество в стенах концерна «Артемида» и маниакальная сосредоточенность на проблемах утилизации туннелированной энергии сделали свое дело: он практически выпал из процессов, происходивших во внешнем мире. Они казались ему мелкими и не заслуживающими внимания... До тех пор, пока эти самые процессы решительно не вторглись в его собственную жизнь.

Картина, нарисованная Йолой широкими размашистыми мазками, выглядела воистину впечатляющей.