Чтение онлайн

В эту ночь наши сознания стали единым целым. Я делила их яркие и живые сны об охоте, просторе и мягкой земле под лапами. Ветер шевелил шерсть между ушами, нёбо щекотал запах дичи, сердце рвалось прочь из груди, навстречу бескрайним просторам, полных охотничьих угодий. Я мчалась, как дикий хищник, приобретя форму волка в их ярком, живом сне. Мои лапы тяжело ударялись о земли и приминали траву, мой хвост распушался, мой язык ловил самые мимолетные запахи, янтарные глаза видели каждое мелкое движение. Забыв о том, кто я есть на самом деле, в ту ночь я целиком и полностью преобразилась в волка, разделив с Нилли и Алди всю полноту их настоящей жизни.

Меня разбудил прохладный ветерок, сумрачный свет едва пробирался на маленькую полянку, но по четкому запаху грозовой тучи, я поняла, что собирается дождь. Поспешно собравшись, почти не поев, мы отправились в путь. Дорога и так предстояла нелегкая, но земля может еще больше размякнуть от дождя. Суетливо оглядываясь, я нашла выход из кустарниковой рощи высотой в человеческий рост, мои ноги звонко зачавкали по слякоти.

Мысли то и дело предательски обращались к Дейсту, но я это объясняла не принцем, а моим любимым Шудо. Но каждый раз приходилось сокрушенно себе признаваться в том, что судьба Силенса интересует гораздо больше, чем душевное состояние вороного жеребца. Но как не были сильны мои попытки, достучаться к его Королевской магии, к сожалению, это не удавалось. Я постоянно натыкалась на что-то, но не совсем осмысливала эти стычки, списывая все на свою неопытность. Магия черпала мои жизненные силы, но я упрямо билась в стены Силенса, в жажде прикосновения к нему, хотя бы мысленно.

Во время одной из таких попыток на меня накатила невообразимая человеческой фантазией сила. От удивления я осела на дорогу, неприятно плюхнувшись в грязь, но решительно этого не замечая. Чье-то огромное, просто бескрайное сознание коснулось меня, точнее это я, по своей неумелости вместо принца Силенса наткнулась на это невероятное нечто. Существо едва ли не поглотило меня, но, вовремя спохватившись, я с усилием закрылась от всякого вторжения Динео, спасаясь трусливым бегством. Я до сих пор задыхалась от сильнейшего контакта, опасаясь даже подниматься на ноги, потому что голова предупредительно кружилась, а темно-зеленая листва вокруг превратилась в единую размазанную кляксу. Кое-как приведя свои истощенные силы в порядок, опираясь о холку Алди, с трудом встала, ощущая себя новорожденным котенком, впервые пробующим свои лапы.

Мир для меня стал таким же удивительно новым, как и способность ходить. Надобность же делать вздохи вообще выглядела абсурдной, но Ниллица с тревогой убедила, что в противном случае я просто умру. С нескрываемым энтузиазмом я оглядывалась по сторонам, словно мои глаза никогда в жизни не видели зеленых листьев, грязи и серых волков. Воспоминания и знания возвращались постепенно. В чистое сознание вливалось все то, что было насильно отобрано этим огромным существом. Я с детским страхом принимала назад то, что по праву принадлежало мне. Когда в меня ворвалось воспоминание о чувствах к Силенсу, я с усилием попыталась вытолкнуть их назад, но любовь к принцу гноившейся занозой засело в моем постепенно крепнувшем после его предательства сердце.

Путь стал первой тропой в жизни, в этом пытался убедить меня мой разум, но когда я вновь превратилась в целостного и помнящего свое прошлое человека, категорически отмахнула эту мысль в сторону. Пустой желудок болезненно сжимался от подступающего голода, но я упрямо шла вперед потому, что инстинкт тащил туда, где, по словам Роупа, была моя судьба.

Вспомнив о парнишке, я безрассудно потянулась к нему, окончательно позабыв прикосновение огромного сознания. После долгого пути в компании волков человеческое общение стало необходимым атрибутом кончившегося дня.

Впервые я застала Роупа не в его доме. Парнишка сидел на травянистом склоне, подтянув колени к подбородку, и загадочным взглядом блуждал по просторам. Но я не видела ничего, кроме парня и кусочка холма, который он занимал. Все остальное проваливалось черную тень.

— Роуп, — позвала я. Парнишка со счастливой улыбкой повернулся в мою сторону и вдруг побледнел. — Что такое?

— Ты… — он запнулся. — Теперь вместо цепи нечеткие очертания. Просто силуэт, который мог бы принадлежать абсолютно любой девушке, — прерывисто сказал мне парень, не сводя глаз с меня. Я чувствовала себя неуютно под его взглядом — ведь он меня никогда не видел воочию.

За его спиной сияла луна, я отметила, что там, где был Роуп, уже наступила ночь. Тихий ветер трепал траву и его светлые волосы, розовость щек была невидна под тенью постепенно меняющих цвет от синего к лиловому синяков.

— Может быть, ты просто знаешь, что я девушка, и пытаешься придать мне привычную форму? — мягко предположила я, усаживаясь рядом с ним на траву. Парнишка вздрогнул, ведь я быстро училась управлять своими мыслями, пока ноги несли мое тело дальше по дороге. Ниллица поняла, что я собираюсь делать, поэтому удержала кусочек сознания в теле, позволяя мне двигаться.

— Вполне, — покорно согласился Роуп, он машинально почесал заживающую щеку и тут же поморщился.

— Кто это сделал? — осторожно спросила я, опасаясь задеть чувства моего странного друга.

— Круэл, — спустя некоторое время все-таки ответил Роуп. — При помощи магии, конечно, — поправился он, услышав мой удивленный вдох. — Правда, на большее она не способна. Поэтому использовала меня, чтобы притянуть тебя к нам.

— Глупая она, — саркастически заявила я, мысленно составляя образ Круэл. Жестокая, честолюбивая и эгоистичная хамка. Наверное, так.

Роуп выдавил из себя слабый смешок.

— Давай не будем говорить о Круэл? — застенчиво попросил он, я задумчиво кивнула, забывшись о своем образе в его глазах.

— Конечно. Расскажи мне лучше о себе, Роуп.

— Я…

Парень серьезно задумался, положив подбородок на подтянутые колени, руки обхватили ноги, поза его выглядела до боли детской.

— Даже не знаю, что тебе можно рассказать.

— Ты не хочешь мне доверять?

— Нет, что ты, безымянная, я не желаю соблазнять твою душу, рассказывая об этом месте. Просто… я почти не помню своей прошлой жизни. Сюда я попал почти мальчишкой. Оборванный и голодный я пришел в такое место, которое сумел назвать настоящим домом. Память моя начинается с восьми лет, безымянная, и начинается она здесь. — Он широко обвел рукой вокруг себя, немного откинувшись назад и распрямив ноги. — Ах да, ты видишь только меня, — он заговорщически улыбнулся.

— Это неприятно, тем более я сейчас иду сюда, — протянула я.

— Идешь? — парень встрепенулся. — Но как?

— Моя волчица отвоевала кусок сознания, который остался там, так что я в полглаза наблюдаю за раскисшей дорогой и туннелем из деревьев, — не скрывая, пояснила я, не видя в этом ничего предосудительного.

— Занятно, — протянул он, в своей странной манере потирая подбородок, но тут же отдергивая руку от непривычного синяка. — Как же я не люблю эти физические увечья, — пожаловался Роуп.

— А кто-нибудь их любит?

— Тебе еще повезло, ты девушка, — продолжал сетовать парень. — Никогда не испытывала боли от ран.

Шрам в груди неожиданно отозвался протестом, словно пытаясь убедить Роупа в том, что мое тело испытывало некоторую боль.

— Это не сравнить с теми страданиями, что ты причинял мне магией, — сказала я, не обращая внимания на его странное высказывание.

— Наверно, — он пожал плечами. — Значит, остальные не врали?

— О чем? — не поняла я.