Чтение онлайн

– Ты заметила, что парочка уехала где-то через пять минут после ухода того человека, - продолжала Эбби.
– А чем они в это время занимались?

– Ну, пару минут у нас заняла процедура покупки, - ответила она. Девушка поставила на прилавок упаковку с шестью банками "Куур". А я, проверяя ее кредитную карточку, обнаружила, что ей нет двадцати одного года, поэтому не продала ей пиво. Она совершенно спокойно отнеслась к этому, вроде даже засмеялась. Знаете, нам самим смешно. Что касается меня, я тоже пробовала пиво, и что тут такого? Ну, как бы там ни было, пришлось ей заменить пиво на упаковку содовой. Потом они уехали.

– Ты не могла бы описать того человека, который покупал кофе?

– Подробно, конечно, вряд ли.

– Ну, он чернокожий или белый? __

– Белый. Кажется, брюнет. Волосы черные, может быть, темно-каштановые. Возраст - лет тридцать с небольшим.

– Высокий или низенький, толстый или худой? Элен, посмотрев в конец зала, ответила:

– Пожалуй, среднего роста. С хорошей фигурой, но не очень крупный.

– А у него не было усов или бороды?

– Кажется, нет... Хотя подождите минутку.

По ее внезапно засиявшему лицу было видно, что она вспомнила некоторые подробности.

– У него были короткие волосы. Ну да. Помню, я еще подумала, не военный ли это. Знаете, здесь крутится столько военных; они постоянно заглядывают сюда по дороге в Тайдвотаз.

– А что еще в его внешности было примечательного, что заставило тебя подумать о том, что он военный?
– спросила Эбби.

– Не знаю. Может быть, манера поведения. Это нелегко объяснить; только если ты часто встречалась с военными, ты сразу сможешь их отличить от гражданских. Большинство из них, например, имеют татуировки.

– У этого молодого человека тоже была татуировка? Огорченно вздохнув, она ответила:

– Я не заметила.
– Как он был одет?

– Хм...

– Ну, костюм, галстук, - подсказала Эбби.

– Нет, на нем не было костюма с галстуком. Ничего особенного. Скорее всего, он был одет в джинсы или черные брюки, а сверху была накинута куртка с "молнией"... Правда, я не очень уверена.

– Может быть, ты случайно заметила, на каком автомобиле он приехал?

– Нет, не знаю, - ответила она без колебания.
– Я не видела никакой машины. Скорее всего, он припарковался где-то поодаль.

– А ты обо всем рассказала, когда полиция приезжала к тебе с расспросами, Элен?

– Да, - ответила она, наблюдая за стоянкой перед входом в магазин, куда только что подкатил фургон.

– Я им рассказала все то же самое, что и вам. Ну, кроме, конечно, всяких мелочей, которые мне было трудно вспомнить тогда.

В зал вошли два подростка, неторопливой походкой направившись к игровым автоматам. Элен, повернувшись в нашу сторону, намекнула, что ей нечего больше сказать, поскольку она и так выложила нам все, что знала.

Очевидно, Эбби была того же мнения.

– Спасибо, Элен, - поблагодарила она, сделав шаг от прилавка. Репортаж появится в субботу или в воскресенье. Так что можешь познакомиться с ним.

Мы вышли на улицу.

– Пора смываться отсюда, пока она не закричала, что все сказанное ею не было предназначено для печати.

– Я очень сомневаюсь в том, что она вообще читает газеты, - ответила я.

– Знаешь, меня больше всего удивляет то, что полицейские не приказали ей держать язык за зубами.

– А может быть, они и приказали, но она не смогла удержаться от соблазна увидеть свое имя в прессе.

Восточная улица 1-64 зоны отдыха, куда продавщица направила Дебору и Фреда, была совершенно безлюдна, когда мы туда подкатили.

Эбби припарковала машину спереди автоматического газетного киоска, и в течение нескольких минут мы сидели молча. Стоявший прямо перед нами небольшой падуб был освещен серебристым светом включенных фар, а горевшие в темноте сквозь туманную дымку лампы казались размытыми белыми пятнами. Будь я одна, я ни за что бы не вылезла из машины и не попросила комнату отдыха.

– Страшно, - прошептала Эбби, затаив дыхание.
– Господи, неужели в этом месте всегда по вторникам так безлюдно, или просто опубликованное сообщение о случающихся здесь по вечерам происшествиях отпугнуло всех от этого места.

– И то и другое не исключено, - ответила я.
– Только я уверена, что здесь не могло быть так же пустынно в тот вечер, в пятницу, когда сюда подъезжали Дебора и Фред.

– Они, наверное, припарковались на нашем месте, - задумчиво сказала она.
– Может быть, тут и были люди, если учесть, что начинались выходные в преддверии праздника Дня труда. Может, именно в этом месте они повстречались со своей бедой, с этим отпетым мерзавцем.

– Если учесть, что здесь были посетители, то рядом должны были быть припаркованы машины, - сказала я.

– И что ты хочешь этим сказать?
– спросила она.

– Если предположить, что именно здесь Дебора и Фред повстречали кого-то, а затем этого кого-то впустили в свой джип, то где же тогда находился автомобиль неизвестного? Или он пришел сюда пешком?

– Маловероятно.

– Если он был на колесах, - продолжала я, - и припарковался здесь же, то несчастье могло произойти лишь при условии, что здесь вообще не было машин.

– Я поняла ход твоей мысли. Получается, что если бы он припарковался один в этом месте и стоял здесь в течение долгого времени допоздна, то он рисковал быть замеченным патрульной полицейской службой.

– Замышляя убийство, он вряд ли не продумал такой ситуации, - сказала я.

Подумав немного, она поделилась своими соображениями:

– Знаешь, меня беспокоит, что все случившееся в тот вечер можно считать и не считать случайностью. То, что Дебора и Фред сделали здесь остановку, было случайностью. Если они действительно встретили какого-то мерзавца здесь либо того, пившего кофе в магазинчике "Семь-одиннадцать", это тоже можно считать случайностью. Но нельзя сбрасывать со счетов и версию преднамеренного замысла, хорошо продуманной операции. Если предположить, что это было похищение, то ведь оно должно было быть заранее спланировано.

Я промолчала в ответ.

В этот момент я вспомнила о предупреждении Уэсли: преступление на почве политики. Однако версия об охотящемся на влюбленные парочки насильнике тоже казалась правдоподобной. Лично я не могла связать исчезновение молодых людей ни с каким другим финалом, кроме трагического.

Эбби завела машину.

Двигаясь по главной магистрали, мы всю дорогу молчали. Установив авторегулятор скорости, она заговорила снова:

– Ты считаешь, они уже мертвы, не так ли?